"Фантастика 2025-103". Компиляция. Книги 1-17
Шрифт:
— Семен, а вы с Княжичем в какой университет-то поступали? — неожиданно для себя спросил я, прерывая поток размышлений.
Семен, до этого ковырявший вилкой остатки макарон, поднял голову, и в его глазах вспыхнула гордость:
— В Высшую Академию Магов.
Я поднял бровь:
— Разве она не только для дворян? Или ты... гений магии? Или у тебя огромный резерв? Ты же вроде из мастеровых, а не из знати.
Семен усмехнулся:
— Да, из мастеровых. Но наш род древний, у нас свои техники контроля энергии. Да и в Питерской Академии
Он отодвинул тарелку и пристально посмотрел на меня:
— А ты, Петь, куда поступал? Ты же тоже студент?
Я вздохнул и отставил чашку:
— В этом году мне не удалось. Но есть шанс стать вольнослушателем в Академии магов. Вот только... я не знаю своего магического потенциала. Наш род молодой — я лишь третье поколение дворян. В детстве меня проверяли, но родители ничего не сказали о результатах.
Семен вдруг оживился:
— А давай проверим сейчас? У деда есть простой артефакт для определения склонностей к магии. Конечно, не такой точный, как в Академии, но кое-что покажет!
Он вскочил из-за стола и направился к старому дубовому шкафу с потертыми от времени резными узорами. Открыв потайной ящик, Семен достал небольшой кристалл в медной оправе, испещренной руническими символами.
— Дай свою руку, — сказал он, и в его голосе прозвучала деловая серьезность, совсем не похожая на его обычную манеру говорить.
Я протянул ладонь, чувствуя, как сердце забилось чаще. Кристалл лежал холодный и безжизненный.
— Теперь сосредоточься, — прошептал Семен. — Представь, будто пытаешься зажечь огонь в ладони... или сдвинуть этот кристалл силой мысли.
Я закрыл глаза, пытаясь ощутить внутри хоть какую-то искру. В голове мелькнули детские воспоминания — как однажды во время грозы у меня случайно разбилось окно, хотя я к нему даже не прикасался. Родители тогда сильно перепугались...
Вдруг кристалл дрогнул.
Сначала лишь слабое мерцание, затем — вспышка тусклого синего света.
Семен ахнул:
— Ого... Так у тебя есть потенциал! Правда, странный... — Он нахмурился, поворачивая кристалл. — Обычно цвет соответствует стихии, но этот оттенок...
— Что это значит? — спросил я, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.
— Не знаю, — честно признался Семен. — Но в Академии точно разберутся.
Кристалл снова вспыхнул, на этот раз ярче, и на мгновение мне показалось, что в его глубине мелькнул чей-то глаз...
Но, возможно, это просто игра света.
Или начало чего-то нового.
Глава 3
В тишине библиотеки раздался грохот разбитой китайской вазы эпохи Цин. Хрустальные осколки рассыпались по паркету, сверкая в лучах утреннего солнца.
«Маменька бушует», — подумал Княжич Дмитрий, сжимая виски пальцами. Голова раскалывалась после
— Димочка! — из-за двери донесся резкий голос. — Ну что, узнал, о чем я просила?
Княгиня Марфа Дубова ворвалась в комнату, словно ураган. Ее темно-синее платье с золотым шитьем трепетало от резких движений, а глаза горели холодным гневом.
— Мам, отстань! — Дмитрий застонал, отворачиваясь к окну. — Голова раскалывается, а ты тут со своими просьбами…
— Ну точно сын своего отца, Дуб дубом! — княгиня сжала кулаки. — И пьете без разбору, лишь бы настояно на дубовой коре!
Она говорила с истерическими нотками, но в ее голосе сквозила не просто злость — страх.
Дмитрий нехотя повернулся к ней:
— Ну, сделал, как ты сказала. Встретил этого внука лавочника — Степана Карасева. Наехал на него, заявил, что его дед делал халтуру, что шпаги подвели моего деда в бою…, сказал, что он мне теперь должен.
Княгиня схватилась за голову, словно от физической боли.
— Идиот! — прошипела она. — Я просила тебя подружиться с ним! Напоить, втереться в доверие, а потом выведать, где архив! А ты что сделал? Ты нажил себе врага! Если его дед узнает, что ты интересовался шпагами — быть беде!
Дмитрий фыркнул:
— Да что ты привязалась к этим шпагам? Они у отца в чулане пылятся. Дуэльные, по спецзаказу. Мне бы пригодились…
— Пригодились?! — княгиня резко подошла к нему вплотную, и Дмитрий впервые заметил, как дрожат ее руки. — Ты даже не понимаешь, что натворил твой дед…
Она глубоко вздохнула, словно собираясь с силами, и начала рассказ, который Дмитрий слышал лишь в обрывках пьяных пересудов.
— Твой дед, князь Владимир Дубов, в молодости был горяч и глуп. Он заказал у тогда еще молодого, но уже известного артефактора Карасева — деда этого самого Семена — пару дуэльных шпаг. Специальные, магические…
— Знаю, знаю, — махнул рукой Дмитрий. — Парные, с зеркальными свойствами. Что-то сделал с одной — отразится на другой.
— Ты не понимаешь! — княгиня ударила кулаком по столу. — Твой дед вызвал на дуэль молодого офицера — Рязанова. Но струсил. Перед поединком смазал свой клинок ядом… И когда достал шпагу — один из клинков начал чернеть на глазах!
Дмитрий нахмурился.
— И что?
— А то, что он в панике заколол Рязанова еще до начала дуэли! Отравленным клинком! — княгиня закрыла лицо руками. — Это было убийство, Дима. Не дуэль. Позор. И если об этом узнают…
— Но ведь прошло столько лет! Кто теперь вспомнит?
— Весной князь Юрьевский заказал у Карасева похожие шпаги. И на приеме у императора предложил устроить выставку фамильного оружия! — княгиня сжала его руку. — Осенью все князья принесут свои клинки. А у нас — один из них черный. От яда. Император сразу поймет, что случилось. И тогда…