Фантом
Шрифт:
Пожалуй, впервые я что-то подобное ощутил, когда вернулся с войны. Я был полон надежд и ожиданий, а на деле я оказался нахрен никому не нужен. Будто не заслужил ничего больше, чем медали на груди. За глаза меня называли палачом и убийцей. Кощеем. Раньше меня это задевало, теперь же... я и сам о себе так говорю.
Со временем ты невольно начинаешь понимать, что пока ты проливал кровь, кто-то другой вкусно кушал и устраивал роскошные балы. Причем человека, который ради всего этого рисковал жизнью, они обозвали убийцей. В отместку я стал говорить им в глаза правду, как ее видел,
Если так подумать, то моя смерть была закономерна. Никто не любит правду, особенно, если она порочит твое имя. Открыв свой рот, я будто повесил на своей спине мишень...
Теперь же я вернулся и меня больше не сдерживают клятвы.
— Пес режима сорвался с цепи, — тихо хмыкаю, чтобы меня не услышала Кэт.
Даже немного смешно, что верный пес пришел за тем, кого раньше клялся защищать, не щадя живота. Если министр финансов действительно причастен к происходящему в городе, то все мои бывшие союзники автоматически становятся врагами, тут уже без вариантов. В этом плане на войне было куда проще, там по крайней мере были свои.
Впрочем, Свои никуда не исчезли, просто их стало меньше и у них теперь новые лица. Двигаясь вслед за Кэтрин, я подумал, что мне бы хотелось назвать и ее своей... Уверен, она стала бы надежным товарищем. Верным последователем Ордена святой Гидры...
— Осторожнее, — тихо раздался ее голос в темном коридоре, — ловушка, — ее тень указала на ничем не примечательную плитку на полу.
Пользуясь чертежами поместья, которые запомнила Кэтрин, нам пока удавалось избежать ловушек, которых здесь было полно. Причем больше всего ловушек оказалось возле кабинета министра. Что он так сильно желает спрятать? Отгрохал себе целую крепость, наполнив ее ловушками и стражей.
Оказавшись перед дверью в кабинет министра, я увидел довольно причудливую дверь, явно магическую.
— Осторожней! — перехватила мою руку Кэтрин, выйдя из тени. — Дверь защищена, никто не сможет пройти без специального ключа. Если же попытаться вскрыть дверь, то активируется сигнализация.
Понятливо кивнув, я задумался, как лучше поступить. Поднимать тревогу совсем не хотелось. Размышляя мне отчего-то вспомнился фильм по Дозорам, где Тамерлан изучал план неприступной крепости, а затем случайно проткнул план пальцем...
— Как открыть дверь, которую нельзя открывать? — с хитрой улыбкой спрашиваю у Кэтрин.
— Залезть в окно? — предлагает она.
— Там скорей всего тоже есть защита, — качаю головой. — Есть и другой способ.
Отпустив тень мотылька, благо эта область уже не патрулировалась, я двинулся в соседнюю с кабинетом комнату. Ей оказалась довольно роскошная спальня. Подойдя к соседней с кабинетом стене, мои руки вспыхнули оранжевым пламенем. Положив их прямо на преграду перед собой, проделываю нам проход.
Под пристальным взглядом Кэтрин:
— Порой легче сделать новую дверь, — с этими словами я толкнул кирпичную кладку, которая осыпалась внутрь.
— Не все способны сломать стену голыми руками, — с усмешкой произносит она. — Хотя стоит запомнить этот способ на будущее...
— Ради вас
Пройдя вслед за Кэт, я оказался в довольно просторном кабинете. Здесь было полно книг, причем с помощью «дара» Архидемона, я ощутил, что в некоторых из них есть магия. Пока Кэтрин возилась с рабочим столом министра, я приблизил руку к маске. Шпильман говорил, что нанес какие-то магические символы на линзы. Интересно, с их помощью можно заметить магические вещи?
Только сменив линзу, замечаю, как на полу проступают наши следы. Также на некоторых вещах в кабинете стали проступать отметины от чужих прикосновений. Интересный эффект, даже любопытно с помощью силы какого пути удалось его добиться? Нужно будет позже спросить.
Благодаря этой линзе я смог не только увидеть следы, но и узнать, к каким вещам прикасались чаще всего. Окинув кабинет взглядом, я обнаружил, что неприметный сборник стихов довольно сильно выделяется, будто автор кабинета любил его почитать на досуге. Чисто из любопытства, достаю сборник с полки.
В стихах не содержалось мистических истин, зато между страниц я обнаружил письма... Открыв одно из них, я углубился в чтение.
В первом послании господин министр жаловался на своего отца. Это письмо должно было направиться к некой госпоже «Д.». То ли он не успел его отправить, то ли не захотел, но в нем говорилось, каким его отец был ужасным распутником, что не пропускал ни одной юбки. В целом ничем не примечательное письмо, если бы не одно НО. Под конец министр финансов вскользь упомянул, что: «Марионетки куда надежней людей, вот бы их всех заменить!»
— Вот бы заменить всех чиновников на механизмы, — с неприятной усмешкой произношу.
Следующие письма я уже рассматривал куда пристальней. Интересно, что еще этот видный деятель наговорит. Вторым письмом оказался сухой отчет о строительстве тринадцати заводов по всей стране. Судя по отчету два завода уже начали выпускать свою продукцию, остальные же будут достроены в течении десяти лет.
Третье письмо оказалось от Короля. Его я прочел пристальней всего. Александр хвалил министра финансов за план реновации столицы, особо подчеркнув, что сроки не должны нарушаться. Совещание по поводу реновации должно было произойти вчера в загородной резиденции Его Величества...
— Перестройка столицы... — задумчиво произношу, — уж не после эпидемии червивых?
Ответа в письмах не было, как и доказательств виновности министра финансов в эпидемии. Возможно, они лишь воспользовались ситуацией. Такое нельзя отрицать. Меня заинтересовало другое. Эти тринадцать заводов, какую будут производить продукцию? Что-то мне подсказывает, что производство марионеток в ближайшую пару лет поставят на поток.
Спрятав письма в подсумок, чтобы позже их перечитать, я вновь обратил внимание на книги. Повинуясь интуиции, переключаюсь на последнюю линзу. Под моим взглядом дверь и окно заблестели серебром, как и Кэтрин, которая уже закончила осмотр рабочего стола. Посмотрев на свои руки, я увидел, что и они светятся серебром.