Фантом
Шрифт:
– Умею, но ты можешь помочь и с ними, femme fatale.
Она фыркнула. Проклятие! Какого Хадса она вообще смущается? Подумаешь, мужской пресс!
– Я тебе не служанка.
Рие чуть наклонился, пока Хэлла быстрыми отточенными движениями делала узел, и шепнул:
– Нет, ты всего лишь та, кто с помощью артефакта может меня убить.
По телу прокатились мурашки.
– Ты можешь убить меня и без артефакта.
– Я не убиваю… По возможности.
– Для кирпича ты слишком добр, – буркнула Хэлла.
– Что ж… Может, я просто не хочу быть кирпичом?
Она
– Готово, – еле слышно сказала она и отвернулась.
– О! Идеально! Осталось прихорошиться и можно выезжать!
Хэлла дождалась, когда он сделает ей прическу. Рие явно нравилось возиться с волосами, что неудивительно, учитывая, что раньше у него были собственные длинные. Может, он скучал по ним? Хотя едва ли он носил такие прически. На всякий случай Хэлла все же уточнила, когда они забрались в кеб.
– Не носил, – подтвердил Рие. – Но у меня и правда много времени из-за почти отсутствующего сна. Заплетать волосы довольно просто, и при этом убивает время. Вот я и практиковался. Сейчас практиковаться не на чем, – он показательно потянул за пряди, которые едва закрывали кончики его ушей. – Ну и еще я пытался привить Донни любовь к опрятному виду. Но она ненавидит косички.
Хэлла поелозила на сиденье. И нерешительно спросила:
– Что меня там ждет?
– Злой Тео и молчаливая Донни. Но в целом все будет отлично, не переживай.
Она цокнула языком. Легко сказать, трудно сделать. Когда кеб остановился, Хэллу подташнивало из-за переживаний. Когда Рие подал ей руку, чтобы помочь выбраться наружу, она вцепилась в его пальцы с такой силой, что он удивленно изогнул бровь. Хотя бы комментировать не стал. Кеб довез их до какой-то подворотни, где стояла пара бугаев, дымящих сигаретами. Они оглянулись на гостей и тут же улыбнулись:
– Никто, давненько не видели тебя тут.
Рие пожал руку сначала одному, затем второму. Незнакомцы выглядели внушительно, хотя были ниже Рие почти на голову.
– Будешь? – один из них открыл портсигар, предлагая присоединиться.
– Спасибо, но пас. Бросил.
– По нам соскучился, а, Никто? – насмешливо спросил второй.
– Конечно, только и видел, что ваши лица в сладких снах, не смог терпеть и сорвался сюда.
Бугаи довольно заржали. Хэлла на всякий случай прислушалась к магии внутри нее. Никогда не знаешь, когда придется швырять в кого-нибудь фаерболы…
– Донни еще не?..
– Нет, у нее Малой.
– Отлично, они оба мне и нужны!
– А это кто? – кивнул один из них на Хэллу.
– Моя дама.
– Белладонне не понравится, если ты будешь таскать шлюх сюда.
Хэлла могла принять многие обвинения в свою сторону, но уж никак не такие и не от таких личностей! Она магесса, и пусть натворила немало глупостей, но оскорблять себя не даст!
– Ты слишком… – начал было Рие.
– Шлюха здесь только ты, – ответила быстрее него Хэлла.
– Что? – взревел
– Еще раз назовешь меня шлюхой и будешь давиться грязью. Может, это научит тебя держать язык за зубами.
Он только открывал и закрывал рот в ответ, а Хэлла шевелила пальцами, под которыми струнами натягивалась магия. Глаза ее наверняка потемнели, белки стали черными.
– Ох, моя дорогая колдунья, не злись на него, он не обучен манерам, – Рие улыбался.
– На первый раз прощаю, – великодушно отступила она.
– Мальчики, не советую вам злить femme fatale, – заметил Рие, распахивая перед Хэллой дверь.
Едва войдя внутрь, она ощутила, как в нос ударил тяжелый запах прокуренного помещения с мерзкой вонью стоялого перегара. В темном коридоре было несколько дверей и лестница, ведущая наверх.
– Нам на второй этаж. На первом здесь бар, – пояснил Рие, выступая вперед.
Хэлла плелась за ним, стараясь дышать пореже. Они вышли на тускло освещенный пятачок коридора, и Рие толкнул центральную дверь, на сей раз проходя вперед. Изнутри комнаты уже слышался знакомый голос Теодора, от которого у Хэллы все внутри сжалось от тревоги.
– Доброе утро, мои ночные пташки! Вы не ждали, но я пришел!
Хэлла неуверенно остановилась в дверях, следя, как Рие проходит вперед и по-хозяйски распахивает тяжелые портьеры, от которых тут же вспорхнуло облако пыли. На диване у столика, заставленного пустыми бутылками, между которых стояла пепельница в окурках, сидела худощавая девушка. Волосы ее были не белыми, а скорее серыми, как от смывшейся краски… Хэлла могла представить ее с черными волосами и тут же вспомнила, как несколько декад назад застала Теодора в «Бичерине» вместе с этой самой девушкой… Значит, это была Белладонна?
– Чтоб тебя, Никто! – поморщилась она от света.
– Посмотри хоть, как выглядит день. Тео, ну что ты смотришь на меня так, будто между нами напряжение, которое можно разрешить только в постели?
– Какого импа ты притащил сюда эту дрянь?
А вот это вполне заслуженно, так что Хэлла молча проглотила оскорбление.
– Решил окончательно предать всех? – едко бросил Теодор.
– Ты слишком нервный, попей ромашку, bonbon.
– Я? Я единственный, кто с самого начала говорил, что тебе не следует заигрывать с какой-то девицей, которая что-то разнюхивает! И я был прав! А теперь я снова вижу тебя с ней! Чтобы что? Чтобы она при первой же возможности побежала докладывать обо всем своему любимому Баррету?
– Я серьезно, Малой, поменьше экспрессии. Ты переигрываешь, – ровным тоном произнес Рие. Хэлле не нужно было смотреть в его лицо, чтобы понять, что тот, кто держал ее за горло, вернулся… Подросший 9888. Кирпич.
Теодор фыркнул, но напора не сбавил:
– Ты уже доверился ей. Решил, что она твоя Рубиновая дама? Что ты можешь создать семью, как Аконит, и притворяться, что ты нормальный человек? Нет, ты кирпич! И Барреты могут тобой гордиться, ты идеально исполняешь роль послушного раба! Ты жалкий кусок дерьма! Поверить не могу, что восхищался тобой!