Фантом
Шрифт:
С тех пор, как в его жизни появились дети, Жозе мучили бессонница и постоянное желание напиться, чтобы забыться в пьяном угаре и больше не думать. Мысли… Они не желают оставлять его ни на одно мгновение, преследуют словно свора голодных собак, заставляя вновь и вновь окунаться в море сожаления и несбыточных желаний. Кто бы мог подумать, что в своей жизни Фантом совершил столько ошибок, от которых уже не сбежать. Это его расплата, его кара за то, что он предал собственные принципы и любовь всей жизни, сам обрек Ванессу на адские муки и позабыл о том, что служит закону. Когда все изменилось? Когда его принципы стали притворством и лицемерием? Чистильщик не мог найти ответы на эти вопросы, да и не хотел этого. А вот желание пустить себе пулю в висок
Сейчас, сидя на кровати, мужчина смотрел вовсе не на спящую Металликану и её соблазнительное тело, которое помогало ему ненадолго расслабиться, а на составленный список, где лишь одно имя было вычеркнуто, но пятнадцать приговоренных все еще не понесли заслуженное наказание и готовятся повторить свое преступление. Этого нельзя допускать, а это значит, что бессонница стала для чистильщика благом. Именно этот верный союзник, по вине которого Порло не может сомкнуть глаз, поможет ему осуществить задуманное. В обители чистильщиков его прозвали Фантомом, неприкаянным призраком, преследующим свои жертвы… Теперь так оно и есть, даже с того света он будет вершить свое правосудие.
Убрав листок с именами, которые уже выучил наизусть, Жозе поднялся на ноги и принялся одеваться. Ему нужно срочно раздобыть данные на подозреваемых и методично устранить их одного за другим, а еще лучше прихлопнуть всех разом, раздавить, не оставить даже следа от этих мразей, что попирают закон. Но даже этого будет мало, необходимо уничтожить центр медицинских исследований, в котором давно уже не ищут лекарства от болезней и не пытаются помочь людям. Столько всего нужно успеть, а времени в обрез, ведь чем дольше он с детьми находится в городе, тем опасней. Ему нельзя светиться, нельзя допустить, чтобы Джувия и Гажил пострадали. Увы, однажды настанет тот день, когда для них будет безопасней, если их спаситель не станет возвращаться в притон Металликаны. Ну, а пока это время не настало, нужно заняться делами и сосредоточиться на поиске приговоренных. Теперь, когда у него нет доступа к базе данных чистильщиков, это будет непросто, но все же выполнимо. Порло ухмыльнулся, у него все еще есть возможность воспользоваться кодом доступа Голдмайна, который он узнал совершенно случайно пару месяцев назад. Кажется, сама судьба благосклонна к нему и ведет его по тропе справедливости и мести.
— Снова уходишь? — пробормотала Металликана, печально смотря на спину мужчины, которого пригрела не только в своем доме, но и собственной кровати. У нее не было чувств к Жозе, она уже давно не наивная девочка, верящая в любовь и дружбу… Нет, все решают выгода и низменные желания, который каждый человек стремится удовлетворить. Но, все же, сейчас смотря на чистильщика, женщина испытывала что-то вроде грусти. Хозяйка притона видела в глазах Фантома ту же боль, что испытывала сама. На него тоже свалилось бремя одиночества и осознания собственной вины. В этом они похожи.
— Да, нужно заняться списком, пока на это еще есть время, — чистильщик замер на месте, смотря в пустоту. — Ты не переживай, я компенсирую все твои неудобства, просто присмотри пока за детьми, не дай им наделать глупостей… Особенно Гажилу, он мальчишка горячий, думает, что он сильный и справится с любой угрозой. Это видно по его взгляду: колючему и злому, жаждущему мести. Но даже с его способностями нельзя быть столь самонадеянным, пусть Гажил выжил там, где не каждый способен протянуть и неделю, но это не значит, что он готов столкнуться с миром. С него станется еще и Джувию в это втянуть, девчонка
— Они семья, так что это объяснимо, — брюнетка устало прикрыла глаза. То, что происходит с ней в последнее время, выбило её из колеи, заставило вновь начать сомневаться и бояться. А ведь она думала, что навсегда избавилась от этого разрушающего чувства. — Я присмотрю за ними, можешь не волноваться, да и компенсации не нужно. Для меня это личное…
— Твой сын? — Фантом уже давно понял, что у Металликаны был ребенок, но его не интересовали подробности случившегося. А сейчас вопрос сам слетел с языка, словно это что-то важное, а сам он способен на проявление чувств и некого сострадания.
— Да. Все было в порядке до поры до времени, я даже была счастлива, несмотря на то, что сделал мой муж, — брюнетка прикоснулась к шраму на своем лице. Он достался ей не просто так, а за то, что она влезла не в свое дело, совсем, как сейчас. Его оставил ей не чужой человек, а тот, кто любил всем сердцем и желал наказать и научить глупую женщину. Она усвоила урок. — А потом выяснилось, что мой ребенок болен. Я все время проводила в больнице, наплевав на бизнес, чуть не разорилась, но все было тщетно. Из меня тянули деньги, говорили, что нужны дорогие лекарства, но ничего не помогало. Когда мой сын умер, я случайно узнала, что надежды никогда не было. Мне лгали… Просто ради того, чтобы вытянуть побольше денег. Я слышала, как медики говорили, что отдел медицинских исследований уже давно ничего не делает.
— Мне жаль.
— Всем жаль, но ничего не изменить. Из этой грязи не сбежать, так что нам остается лишь смириться и плыть по течению, надеясь на то, что однажды все само рассосется.
— Не рассосется, — хмыкнул Фантом, понимая, что он тоже плыл по течению, но теперь его терпение лопнуло! Так странно, но на душе холодно и пусто, мужчина ощущал себя опустошенным соседом, который предстоит заново наполнить. Он переродился. — Но я исправлю это положение дел.
— В одиночку?
— Иногда, лишь так можно победить, выйдя одному против мира, став его страхом, ужасом, карой небесной.
— А не слишком ли ты высокого о себе мнения, чистильщик?!
— Может быть, — Порло быстро завязал галстук, ведь при любых обстоятельствах нужно выглядеть идеально и безукоризненно. — Но я не привык бросать слова на ветер. Все изменится, когда отрублю гидре все её головы.
— Глупец, на месте одной отрубленной головы вырастают две, разве ты не знаешь?
— Тогда мне остается только придушить её, — криво ухмыльнулся брюнет. — Так или иначе, но я уничтожу их всех… Каждого приговоренного, каждого виновного, и тогда настанет момент, когда люди сами смогут выбрать свой путь… Без страха, без оглядки, а мы сами обретем свободу… Наш домик на берегу океана, как и мечтают Гажил и Джувия.
====== Глава 25. Никто не должен догадаться о том, что он был здесь ======
Жозе никогда не любил Магнолию, этот город казался ему слишком серым и невзрачным, а его жители — запуганными трусами, здесь не было ничего, что бы его привлекало или было родным, ничего не вызывало интерес мужчины, именно поэтому он предпочитал жить за городом в полном одиночестве, безо всяких привязанностей. Но так было не всегда, скорее уж это мироощущение пришло с опытом прожитых лет, чем больше Фантом видел грязи и мерзости, чем больше выносил приговоров, тем жестче становилось его сердце, а сам он начал без должного почтения относиться к чужой жизни. Почему так происходило? Размышляя об этом, Порло приходил к выводу, что все дело во власти, которая оказалась в его руках. Жозе ощущал себя властелином не только Магнолии, но и всего Фиора. И это не удивительно, ведь он мог убить любого, кто вызовет у него подозрение, взять все, что захочет. Трудно устоять перед таким искушением… Чистильщик и сам не заметил, как его собственные принципы оказались самообманом и иллюзиями. Мерзко, но от этого никуда не деться, с этим придется жить и попытаться снова не скатиться в пропасть.