Фантомас - секретный агент
Шрифт:
Брок снова привлек к себе Бобинетту; он нежно пытался усадить ее к себе на колени, но молодая женщина, все упорнее уклонявшаяся от ласк капитана, посмотрела на часы, стоявшие на камине.
— Четыре часа, — сказала она, — мне давно пора идти.
Брок проследил за взглядом своей возлюбленной и внезапно стал серьезным:
— Клянусь честью! И мне тоже пора бежать в министерство.
Оба встали. Бобинетта отыскала свою шляпу, потом перчатки, Брок прошел в рабочий кабинет, отделенный от спальни
— Бобинетта! — позвал он.
Когда молодая женщина, неторопливо откликнувшись на приглашение, вошла в комнату, офицер стоял перед бюро и рылся в большом ящике, где хранились разнообразные бумаги.
— Ты знаешь, моя маленькая Бобинетта, что я хочу назначить тебя моей единственной наследницей. — Капитан искал что-то среди документов. — Я хотел бы тебе показать… это насчет точного написания твоего имени, ведь вообще-то тебя зовут Берта…
Но молодая женщина, подойдя, быстро схватила листок сиреневой бумаги.
— Ах, каналья! — вскричала она, размахивая письмом и изображая гнев. — Я тебя поймала, ты писал женщине! Ах, какое начало: «Моя обожаемая малютка, какими долгими кажутся мне часы, когда я ожидаю…»
Капитан Брок расхохотался.
— Ну-ка, я еще не видел тебя ревнивой!
Бобинетта вопросительно посмотрела на него. Он объяснил:
— Но пойми, глупышка, это я писал тебе, два часа назад. Ты знаешь, я всегда боюсь, что ты не придешь на свидание, а ты ведь обычно опаздываешь!..
Успокоившись, Бобинетта помогла Броку обследовать его ящик. Здесь были семейные письма, целые страницы шифров, подлинные военные документы, даже банковские билеты. Но вскоре Бобинетта заметила свой почерк на хорошо знакомых ей листках.
Она была возмущена:
— Это ужасно, так меня компрометировать, как ты это делаешь… Смотри, это мои письма… Письма любви… интимные письма валяются бог знает где! Нет, решительно…
Брок оправдывался:
— Ты ошибаешься, моя кошечка, я храню твои дорогие послания как драгоценность, вместе… видишь, вот они все… О, их так мало, но они все целы!
— Ты уверен в этом?
— Клянусь тебе…
Бобинетта размышляла, а капитан вернулся в спальню, надеясь найти там дарственный акт.
— Пойдем со мной, Боб, — сказал он.
В спальне офицер открыл маленький секретер. Он думал, что его возлюбленная следует за ним, но она оставалась в кабинете.
— Бобинетта! — позвал он, удивленный.
Она медлила. Брок вернулся обратно и столкнулся с молодой женщиной, украдкой прятавшей что-то в карман.
Они с минуту молча смотрели друг на друга.
— Что ты там делала? — с подозрением спросил Брок.
— Ничего! — холодно заявила Бобинетта.
Но капитан, обеспокоенный и почти разгневанный, взял ее за руку.
— Скажи мне!
Рыжая
— Ну да! Я их забрала, мои письма. Мне противно, что они везде разбросаны по твоей квартире. По-твоему, это ничего, что твой денщик прочтет их в свое удовольствие… что твоя консьержка будет в курсе… Поистине у вас, мужчин, нет никакого такта, никакой деликатности.
— Бобинетта! — заклинал ее капитан. Он просил прощения, тихо, торопливо, как преступник, а Бобинетта высокомерно, с некоторым презрением, слушала его. Впрочем, вскоре она пообещала больше не сердиться.
Спустя несколько минут, взволнованная больше, чем ей хотелось показать, она умчалась, запечатлев на лбу своего любовника торопливый примирительный поцелуй.
Брок подошел к окну и стал наблюдать, как она поворачивает за угол улицы Лилль к улице Святых отцов, направляясь к набережным. В руке у Бобинетты была свернутая в трубку бумага… Брок, кажется, узнал эту бумагу, ему был знаком ее вид, ее цвет…
Оставшись один, совершенно один в своей маленькой квартирке, показавшейся ему очень печальной после ухода любимой, капитан Брок посмотрел на часы. Пять часов! Давно нужно идти в министерство!
Торопливо надевая пальто, прилаживая фуражку, капитан подошел к бюро. Броку, из-за его особых познаний в крепостной артиллерии, была поручена секретная работа по обороне фортов к востоку от Парижа и размещению штата рабочих на время мобилизации, и сейчас он лихорадочно искал в ящиках свой доклад.
Вот уже десять минут он с тревогой перерывал их и не находил ничего.
— Это невозможно!.. — кричал он, все громче браня самого себя. — Заглавие написано большими буквами, я написал сбоку красным карандашом «Секретно» и два раза подчеркнул; невозможно, чтобы эти бумаги не бросились мне в глаза…
Брок много раз перебрал все документы, вытряхнул свой большой кожаный портфель.
— Прекрасная Бобинетта, — сказал он раздраженно, — роясь здесь, устроила большой беспорядок!
Вдруг он остановился, упал в кресло, от волнения даже капли пота выступили у него на лбу. Он внезапно вспомнил о бумажном рулоне в руке его любовницы.
— Боже мой, что если?..
Он не закончил свою мысль… Бобинетта, должно быть по легкомыслию или по неумышленной оплошности, не подумав, взяла этот документ, чтобы завернуть свои письма. Да, не подумав, унесла с собой секретный план мобилизации… Ах! Вот так история! А если план затеряется? Выпадет на улице?
Брок не мог простить себе, что позволил молодой женщине рыться в его бюро. Вдруг он вскочил. Размышлять было некогда, надо было действовать, вернуть во что бы то ни стало потерянный план. Брок был уверен: документа у него больше нет.