Фантомас
Шрифт:
– Попросите ее сюда!
В открывшуюся дверь мягко проскользнула женщина. Тереза с радостным криком бросилась к ней, но тут же остановилась, увидев, что это вовсе не ее крестная. Этьен Ромбер выжидающе посмотрел на посетительницу. Сколько он ни напрягал память, он не мог ее вспомнить.
– С кем имею честь?
Незнакомка молчала. Ромбер подошел к ней поближе и присмотрелся.
– О, Господи! – вырвалось у него.
В эту секунду снова прозвучал дверной звонок. На сей раз это действительно была баронесса де Вибрей, разнаряженная,
– Ох, я опять опоздала!
Она протянула хозяину руку для поцелуя, нежно обняла Терезу и уже открыла рот, собираясь рассказать о сегодняшнем приеме, как вдруг осеклась, увидев в углу незнакомку с опущенными глазами.
Этьен Ромбер уже успел овладеть собой. Он поклонился баронессе и повернулся к посетительнице. Лицо его было совершенно бесстрастно.
– Мадам, – спокойно проговорил он. – Не будет ли вам угодно пройти в кабинет?
Они перешли в другую комнату, но пробыли там недолго. Вскоре Ромбер вернулся.
– Мсье, вы так побледнели, увидев эту женщину! – промолвила Тереза. – Кто она?
Старик вымученно улыбнулся:
– Дитя мое, вам показалось. Я просто устал. Я слишком много работал все эти дни…
Баронесса всплеснула руками.
– Ну конечно! И в этом виновата только я! Это из-за моих загулов вам приходится ложиться так поздно. Извините, ради Бога. Не смею больше злоупотреблять вашим терпением. Мы немедленно уходим.
Они двинулись к выходу.
Ромбер, торопливо проводив гостей, бегом вбежал в кабинет и запер дверь на два оборота. Затем повернулся к гостье. Губы его тряслись.
– Шарль! – воскликнул он.
– Отец…
Юноша стянул шляпку вместе с париком и устало опустился на диван.
– Я больше не могу… – прошептал он. – Будь проклята эта женская одежда! Хватит!
В голосе отца зазвенел металл.
– Но это необходимо! – резко сказал он. – Я твой отец, и знаю, как поступать.
Шарль Ромбер с отвращением расстегнул корсаж, обнажив мускулистое тело.
– Нет, отец, я так больше не выдержу. Лучше тюрьма, смерть, что угодно!
Он чуть не всхлипнул.
– Ты должен искупить свою вину, – непреклонно произнес Этьен Ромбер.
– Но это не искупление! – выкрикнул юноша. – Это… Это хуже казни!
Отец сурово посмотрел на сына.
– Шарль! – веско сказал он. – Не забывай – для всех ты умер!
– Боже великий… – простонал Шарль. – Я бы предпочел умереть по-настоящему!
Этьен Ромбер быстро пересек комнату, подошел к сыну и обнял его за плечи.
– Мальчик мой! – лихорадочно прошептал он. – Да ты куда нормальней, чем я думал! Когда я спасал тебя, втаптывая в грязь свое доброе имя, рискуя свободой, я думал, что имею дело с сумасшедшим!
Юноша отстранился.
– Отец, – сказал он, и в голосе его прозвучала такая твердость, что старик на мгновение испугался, – прежде всего я хочу узнать, каким образом вам удалось меня спасти. Как вы выдали меня за мертвеца? Если это результат простой случайности –
– Дорогой мой, – помотал головой Этьен Ромбер, – ты не за того меня принимаешь… Разве мог бы я спланировать что-либо подобное! Просто, когда мы сбежали, случай пришел нам на помощь. Я повторяю, случай!
Он поднял палец:
– Можешь не сомневаться, к смерти этого несчастного юноши я не имею никакого отношения. Наверное, он действительно угодил в мельничное колесо… Как бы то ни было, его уже не воскресишь. А тебя мне нужно было спасать. Поэтому я купил тебе женское платье и заставил бежать в Париж без меня.
– И что же дальше?
– Дальше? Я переодел труп в твою одежду, чтобы выдать его за тебя. Само провидение послало мне того несчастного. Только не думай, что это далось мне легко. Нет, тем самым я обрек себя на все муки ада! Ты, конечно, читал в газетах, что я предстал перед судом присяжных, и какие обвинения мне предъявлялись…
Старик с силой потер виски, стараясь отогнать нахлынувшие воспоминания.
– Случайность… – горько пробормотал Шарль Ромбер. – Какому-то бедняге пришлось разбиться насмерть, чтоб я мог разгуливать здесь в юбке…
Голос юноши дрогнул, и он всхлипнул.
– Ах, мой бедный отец! Как будто рок преследует нашу семью!
– Рок… – словно эхо, повторил старик.
Молодой человек поднял голову.
– Отец! – произнес он с отчаянием. – Я не убивал маркизу, поверьте мне!
– Не смей говорить об этом! – голос Этьена Ромбера прозвучал резко. – Никогда не будем к этому возвращаться. Я тебе запрещаю!
Старик прошел вглубь кабинета и облокотился на письменный стол. Он долго молчал, что-то обдумывая. Потом медленно спросил:
– Так ты пришел сюда только для того, чтобы задать мне эти вопросы?
Юноша вскочил:
– Отец! Я не могу больше оставаться женщиной!
– Вот как? Почему же?
– Не надо иронии! – губы Шарля задрожали. – У меня нет сил разыгрывать эту комедию!
Этьен Ромбер пристально смотрел на сына. Новая мысль пришла ему в голову.
– Кажется, я понимаю… – протянул старик. – Конечно, ведь в Руайяль-Паласе только что произошло два крупных ограбления. А мадемуазель Жанна с некоторых пор работает в этом отеле…
Он криво усмехнулся:
– Конечно, никому не придет в голову связывать скромную служащую с именем погибшего Шарля Ромбера. Но, может быть, у полиции найдутся причины заинтересоваться самой мадемуазель Жанной?
Юноша побледнел:
– Отец? Вы считаете меня вором?!
– А ты сам как считаешь?
Голос отца зазвучал зловеще. Он наклонился к уху сына и продолжал шепотом:
– Как ты сам считаешь? Ты можешь утверждать с уверенностью, что этого не делал? А вот я, твой отец, сомневаюсь! Еще когда читал в газетах об этих кражах, я старался гнать прочь всякую мысль о тебе. Но ведь я-то лучше других знаю, каким сыном наградила меня судьба!