Фарфоровое сердце

Нэпьер Сьюзен

— Простите нас на минуточку, — проскрежетал он, уводя Эмили по коридору в комнату отдыха. Там он закрыл за собой дверь и прижал девушку к столу. — И что здесь на самом деле происходит?

— Я не стану говорить об этом с тобой, — повторила она.

— Питер не услышит тебя отсюда. Что бы ты мне сейчас ни сказала, я не признаюсь Питеру в том, что знаю.

— Дело не в этом. — Эмили совершила ошибку, заглянув в его холодные голубые глаза. — Питер не умирает и не страдает смертельной болезнью, если ты об этом волнуешься, Итан. Просто у него

есть… кое-какие секреты прошлого. — Она расправила плечи. — И это все, что ты от меня услышишь. Если у тебя есть вопросы, задай их своему дяде. Но на твоем месте я бы позволила ему рассказать обо всем, когда он сам сочтет нужным.

— О, а ты теперь семейный психолог, да? — усмехнулся он. Эмили отвернулась, но Итан взял ее за подбородок и снова заставил посмотреть на себя. — Что? Что я такого сказал?

— Ничего.

— О, Эмили, ты такая…

— Какая?

— Чертовски упрямая. И слишком добрая. Сначала к дедушке, потом к дяде Питеру. Когда же настанет моя очередь?

— Может, нам лучше вернуться? — смутилась Эмили. — Карли, наверное, сгорает от нетерпения снова увидеть тебя.

— Карли может сама о себе позаботиться.

— Не очень-то галантно.

— Она встречается со мной не из-за моей галантности. А сегодня у нас давно оговоренный поход в театр.

— Вот как, значит, это не свидание. Мы можем стоять и спорить здесь всю ночь. Но я не хочу, чтобы из-за меня ты пропустил свою вечеринку.

— Это не моя вечеринка. Карли является спонсором труппы.

— Как мило с ее стороны.

— Эмили, тебе не стоит переживать из-за Карли…

— Завтра еще не наступило. У меня есть несколько часов уединения, и, если ты не возражаешь, я бы хотела воспользоваться ими.

— Чего ты от меня хочешь, Эмили? — с этим Итан развернулся и зашагал прочь.

Девушка мгновенно пришла в ярость.

— Кажется, — произнесла она нарочито громко, — второпях ты забыл поблагодарить меня за то, что сегодня я спасла жизнь твоего дяди.

Итан развернулся, в два шага оказался рядом и украл у Эмили поцелуй.

— Спасибо. Ты просто героиня. Хотел бы я быть здесь, чтобы увидеть тебя в действии.

— Что? И пропустить мужчин в трико?

— Ты проводишь слишком много времени с Диланом. Ты даже начинаешь говорить как он. Но у меня есть хорошее лекарство. — И Итан проводил Эмили обратно в кабинет.

Питер в ожидании смотрел на дверь. Эмили знаком дала ему понять, что все в порядке. Тогда он объявил, что отправляется спать.

— Прости, Карли, что подпортил тебе вечер, — сказал Итан после ухода старика. — Надо было послушать меня и остаться в театре.

— Мы еще успеваем на вечеринку, но нет, я бы не хотела, чтобы ты снова выходил — так, на всякий случай. Однако мне как хозяйке придется вернуться в театр. Поэтому я поеду на такси, чтобы ты снова не садился за руль.

Эмили даже понравилась эта девушка за то, что она так сопереживала Питеру, когда могла бы раскапризничаться. Итан вызвал для нее такси и повернулся к Карли.

— Я

хочу искупить свою вину, пригласив тебя завтра вечером на ужин, — услышала Эмили. Карли с энтузиазмом согласилась, но удивленно подняла брови, когда Итан добавил: — Кстати, почему бы нам не пообедать вчетвером? Дилан и Эмили тоже могут пойти. Я целую вечность не выходил никуда с братом. А так как мы четверо очень разные, уверен, будет весело.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

— Если ты так представляешь себе веселье, тебе нужно к психиатру, — заключила Эмили, сидя за столиком ресторана и наблюдая, как Дилан танцует с Карли на небольшом танцполе.

— Почему же? Я думал, ты наслаждаешься вечером. — Итан заглянул девушке в глаза, не замечая, как официанты кружат вокруг, убирая со стола грязную посуду.

— Я — да, но вот насчет них не уверена, — указала она на танцующих. Карли и Дилан почти во всем придерживались противоположных точек зрения, но этикет не позволял им рьяно отстаивать собственное мнение, в ресторане на глазах у других. — Почему ты не пошел танцевать с ней?

— Потому что Дилан опередил меня.

— Она ждала приглашения от тебя.

— Карли знает, что я танцую, как медведь.

— Мог бы постараться ради нее, — не удержалась от колкой ремарки Эмили. — Иначе, зачем звать нас в ресторан, где танцы и музыка являются частью атмосферы?

— Поесть.

— Да, еда просто великолепна, — признала Эмили.

Итан подозвал официанта, чтобы тот подлил Эмили красного вина.

— О, не думаю, что мне стоит еще пить.

Официант замешкался, но, получив властный кивок Итана, щедро наполнил бокал девушки.

Итан склонился к ней. В пламени свечей его лицо казалось загадочным, даже зловещим.

— Почему бы не побаловать себя? Ты провела весь день за работой в студии. Ты заслужила ночь отдыха и расслабления.

Всю ночь? Эмили отбросила волнующую мысль. Она не знала, как вести себя с Итаном, когда он в таком настроении. В последнее время он стал мягче по отношению к Эмили. И девушка знала, что ей следует благодарить за это Питера, который строго-настрого запретил племяннику терроризировать ее расспросами.

— Боюсь, я уже слишком избаловала себя сегодня едой и вином.

— Я заметил, как ты макала хлеб в тарелку, — улыбнулся он.

— Не смогла удержаться. Соус был чудесный. Кажется, я слишком жадная.

— Мне нравится, когда женщина ест с аппетитом. Ты наслаждалась каждым кусочком. Очень чувственный получился ужин.

Эмили рассмеялась:

— А когда я заказала этот шоколадный десерт… знаю, мне следовало, подражая Карли, взять свежие фрукты и сорбет.

Итан коснулся пальцами обнаженного плеча Эмили и погладил ее руку.

— Ты никогда не будешь такой, как Карли. Она угловатая, ты округлая… нежные, милые округлости, которые перетекают одна в другую и заставляют мужчину сходить с ума от желания исследовать их все.