Фарт
Шрифт:
– Помню. – буркнул Геракл.
– То, что они тебя тоже немного изменяют. Делают сильнее, быстрее, лечат от всего – рассказывали?
– Рассказывали. Не понимаю, к чему ты ведешь?
– К тому, что ты уже не просто человек. Хомо сапиенс. Точнее, хомо сапиенс сапиенс. Ты – нечто другое. Мутант.
– Сам ты мутант. – обиделся Геракл.
– И я мутант. – согласился отчаянно зевающий Фарт. Блин, после еды совсем в сон потянуло. Он достал из рюкзака живчик. Хлебнуть и в флягу перелить. – И ты мутант. И твари, от пустыша до элиты – мутанты. Только им, с их мутацией,
– Все равно… Не правильно это.
– Ох уж этот юношеский максимализм. Ну не мучайся угрызениями совести. Сходи, попробуй уговорить. Я тебя здесь подожду.
– Я серьезно!
– Я тоже не шучу. Даже направление куда идти рукой укажу.
В ответ Геракл обижено засопел. Фарт не стал его беспокоить. Пусть немного поразмышляет. Может сам додумается до мысли, что на кластере главное правило – не сдохнуть. И при этом не перейти черту. Не превратится в мура. Или просто в скотину. За собой Фарт не чувствовал никакой вины. Он несколько раз предупредил этих придурков. Они его совету не вняли. Что ж. Улей им судья.
– Ты бы это... – сказал Фарт – К дереву привязался, да поспал. Вот, держи шнур.
– А ты?
– А я подежурю.
– Может лучше я сначала подежурю, а ты вздремнешь?
– Поверь, от меня на дежурстве будет больше толку.
– Ну, не знаю. – с сомнением произнес Геракл – Ты пять минут назад так зевал, что я уже подумал - обращаться начал. И примеряешься, как бы по шире пасть раззявить, чтобы от меня кусок побольше откусить.
– Балабол. – улыбнулся Фарт – Укладывайся спать. Привяжись хорошо. Не хочу с утра твои останки под деревом закапывать.
Геракл завозился в ветвях. Фарт откинулся на спину и попытался как можно комфортнее устроится в переплетении ветвей. Получалось отвратительно. Постоянно что-то мешало, где-то давило, во что-то впивалось. Короче – совсем не мягкое кресло. Зато точно не уснет.
Он сидел в ветвях, любовался ночным небом и размышлял о всяком-разном. Мысли, не поддаваясь никакой логике, стремительно меняли вектора. Секунду назад Фарт, с улыбкой, вспоминал Лису, через мгновение он уже размышлял об этом рейде, еще через мгновение – вспоминал прошлую жизнь, а спустя миллисекунду – думал об Улье, в глобальном смысле. При этом, не забывая время от времени, проверять даром сенса округу. И внимательно прислушиваться. Так как они залезли на высоту больше трех метров, Фарт не был уверен, что скан сможет зацепить кого-нибудь на поверхности. Пока никого не было.
В два тридцать семь, со стороны лагеря Дика и компании, раздалась приглушенная стрельба. «Зря вы меня не послушали» - с какой-то грустью, даже без злорадства, подумал Фарт. Ему действительно было жаль этих дурачков.
– А! Что?! – подскочил Геракл.
– Геракл! Спокойно! Это Фарт! – повысил Фарт голос – Не дергайся сильно! Помнишь – мы на дереве сидим.
– А? А, точно. – ответил Геракл и вцепился в ветку.
Вскоре он проснулся достаточно для того, чтобы принять более-менее устойчивое положение. Потянулся к живчику.
– Не советую. – прервал его движение Фарт.
– Почему?
–
– Думаешь, закончится так быстро?
В ответ Фарт промолчал, демонстративно поднеся часы к глазам. Он уже слышал, что отстреливается только пулемет Балу. Вот он выдал длиннющую, на половину короба, очередь и затих.
– Одна минута, семнадцать секунд. Все. Можешь спать.
– И ты можешь об этом так спокойно говорить? Да я вообще не усну!
– Послушай, сын Зевса, мне говорили, что у снабженцев запредельные потери. Да после всех рассказов, что я про вас слышал, у тебя должны быть не нервы, а стальные канаты. А ты тут маленькую девочку включаешь. «Не усну». – передразнил Фарт.
– Потери, в снабжении, действительно большие. – глухо ответил Геракл – Особенно, если охранение какую-нибудь тварь пропустят. А так как в первую очередь они пекутся о своей жопе, то пропускали часто. Представляешь топтуна, против которого толпа людей, у которых основное оружие – это арбалеты и клювы?
– Хана толпе. – согласился Фарт – Если не убегут. Огнестрела совсем не было?
– Пистолеты – редко. Какое-нибудь ружье охотничье – уже за счастье.
– Только бег?
– Да, врассыпную. Если тварь увязалась за соседом – считай тебе повезло.
– Сурово. И что же ты не вышел оттуда закаленный?
– Не знаю, может быть другой склад ума? Я каждый раз, после возвращения из таких передряг трясся от страха, представляя, что сожрать могли меня. И погибших мне всегда было жалко, до слез.
– Ясно. А теперь послушай меня. Если желаешь, я могу завтра, после обеда, побыть твоим личным психоаналитиком…
– А до обеда?
– перебил Геракл.
– Что – до обеда? – не понял Фарт.
– Ну ты сказал, что после обеда можешь побыть моим личным психоаналитиком. А до обеда?
– А до обеда мы будем готовится и выполнять свою задачу.
– Вдвоем?
– Вдесятером, бля! Короче, мне завтра нужен свежий имунный, а не варенная рыба с красными глазами. Которую я уже видел сегодня с утра. На КПП. Так что! – повысил голос Фарт заметив, что Геракл снова пытается что-то сказать – Слушай приказ! Закрыл глаза! Заткнул рот! И уснул, от греха подальше. Если мучают кошмары... Ты же в курсе, что все мы здесь – копии? Отлично! Вот и представь, как твой оригинал, или ты сам, провел там, на Земле, свой день, если бы не попал сюда. Исполнять!
Геракл пробурчал себе под нос что-то среднее между «тиран», «деспот» и «мудак». После чего затих.
Остаток ночи прошел довольно спокойно. Никто внизу не шарахался, ломая кусты. Никто не урчал. Фарту даже удалось подремать вполглаза пару часиков. Когда поднявшееся солнце разогнало мрак под деревьями он разбудил Геракла.
Спустились до нижних ветвей. С высоты трех метров уже можно прыгать. Первым пошел Фарт с автоматом в руках. Просканировал местность, никого не засек. На всякий случай сделал спираль вокруг дерева, с внешним радиусом метров в двести, активно используя дар и обычные органы чувств человека. Чисто.