Фатальная красота
Шрифт:
Поднявшись на крыльцо коттеджа, я с удовольствием закурила сигарету и сделала несколько затяжек перед тем, как нажать кнопку звонка.
В ответ на звонок передо мной отворились врата обители Виктории Казаченко, и прямо перед глазами оказался красавец-атлет, который осведомился о причине моего визита, а также о том, кто я, собственно, такая. Я ответила на все интересующие его вопросы, после чего застыла в ожидании, надеясь, что меня пропустят внутрь. Ничего подобного не произошло, и мне пришлось снова обратиться к охраннику.
— Теперь я могу попасть в дом или для этого придется пройти паспортный контроль? — съязвила я.
— Минутку,
Парень ушел, но появился довольно быстро и пригласил следовать за ним.
— Хозяйка недавно поднялась с постели и велела ее не беспокоить без особой надобности, — без малейших эмоций пояснил парень.
— Так сказать, до особого распоряжения, — тихонько буркнула я с иронией.
— Язвить в присутствии Виктории Андреевны не следует, она дама серьезная, — посоветовал мне парень, даже не обернувшись.
— Понятное дело, положение обязывает быть серьезной.
— Насчет положения ничего сказать не могу, только шуток она не любит. Никаких, — оглянувшись, произнес охранник.
Через минуту мы очутились в гостиной на втором этаже, где парень меня и оставил, удалившись на свой боевой пост. Просидев минут пять на мягком диванчике, я досконально изучила интерьер комнаты — так я смогла скоротать время. К тому же раз Виктория Андреевна любит заставлять людей ждать — на здоровье, показывать недовольство не собираюсь. Действительно, зачем доставлять удовольствие малоприятному человеку, а эта дамочка почему-то уже была мне неприятна.
Наконец-то молодая вдова удостоила меня чести своим присутствием. Величественной походкой она прошествовала (иначе и не скажешь) на середину комнаты и устроилась в кресле, облокотившись на спинку и закинув ногу на ногу. С такой внешностью ей только богинь играть в кинофильмах. Да-а, сочувствую мужчинам, встретившим ее на своем пути. При виде ей подобных они сразу теряют голову, и нет гарантии, что смогут потом ее отыскать. Про таких обычно говорят: секс — бомба замедленного действия, в смысле, неизвестно, когда рванет. К сожалению, по сравнению с ней любая красавица (даже я) почувствует себя бедной Золушкой, не достойной появиться в приличном обществе.
— По какой причине пожаловали? В милиции я уже давала показания, — снисходительным тоном сказала хозяйка дома.
— С милицией не сотрудничаю, я сама по себе, — поправила я вдову. — Друг вашего покойного мужа, Иван Александрович Леднев, нанял меня для выяснения обстоятельств убийства Кузьмы Филипповича. Надеюсь на ваше сотрудничество.
— И чем же я могу быть полезна? — с легкой улыбкой на губах спросила хозяйка. — Я мало знала о делах мужа и о его знакомствах. Друзья Кузьмы такие пресные люди, с ними со скуки помрешь. Как сами видите, женщина я молодая и мне хочется веселиться: дорогие клубы, походы в рестораны в шумной компании. Согласитесь, друзья мужа не вписываются в представленную мною картину.
— Виктория Андреевна, — сказала я, стараясь сохранить серьезную мину при театральном пафосе собеседницы, — для начала меня интересует, как вы провели вечер среды и утро четверга. Расскажите об этом подробнее.
И она устроила целое представление.
— Тот злополучный день! — с притворным горем воскликнула Виктория и заплакала. При этом ее действия были настолько неестественно наигранными, что я ни на секунду не поверила в искренность ее слез.
— Извините, что я вас расстроила, Виктория Андреевна, — произнесла я, устав наблюдать за красующейся передо мной вдовушкой, — но я хотела бы услышать о…
— Да, конечно, — продолжала собеседница играть роль скорбящей вдовы. — Дайте мне минутку прийти в себя. Итак, вас интересует четверг… Пожалуй, стоит начать с самого начала, то есть с того, как я поехала на дачу. В среду часов в пять я созвонилась с подругами и договорилась провести остаток недели в их компании у себя на даче. Дома делать было нечего, скука смертная, а все это отрицательно влияет на мою внешность, к тому же я начинаю чувствовать себя старухой. После звонка я занялась сборами, муж ничего не имел против и был рад предоставить мне возможность развеяться. Сколько заняла дорога на дачу, не помню, мы с подругами были увлечены обсуждением новостей. При желании вы сможете это узнать у следователя, он не терял времени впустую. В расторопности ему не откажешь. Спать мы с девочками легли поздно, потому что к нашей маленькой компании присоединились соседи, и пирушка затянулась. На следующее утро мне позвонил Иван Александрович и сообщил горестную весть, — Виктория вновь начала шмыгать носом, не перестав при этом выглядеть очаровательно. — Мой Кузенька умер в расцвете лет. До чего судьба к нему несправедлива!
Сделав вид, будто не замечаю ее явного лицемерия, я задала наиболее насущный вопрос:
— Виктория Андреевна, а как зовут ваших подруг? Желательно к именам присовокупить еще и адресочки.
— Вы многого хотите, Нина Алексеевна.
— Татьяна Александровна, — поправила я собеседницу и готова была поклясться, она специально назвала меня чужим именем. — И все же, вам так или иначе придется сообщить координаты своих подруг.
— Так уж и быть, скажу, — снисходительно сказала Виктория, утирая скупую слезу. — Одну подругу зовут Ларионова Нелли Борисовна, вторую — Афонченко Галина Владимировна. Точного адреса не знаю, мне визуально запомнился дом из красного кирпича около городского парка, квартиры пятая и шестая. Они соседки.
— Замечательно. Теперь неплохо бы выяснить некоторые моменты, связанные с окружением вашего мужа. Что вы можете сказать о конкурентах Кузьмы Филипповича?
— В его дела я не вникала, только знаю, что помимо банка у Кузьмы есть еще фирма по каким-то перевозкам.
— Грубо выражаясь, вам было все равно, чем занимался ваш муж.
— Как вы смеете так говорить?! — возмутилась Виктория Андреевна, привстав с кресла. — У меня были душевные отношения с мужем, и нашему счастью все завидовали. Если хотите знать, Иван Александрович в том числе, ведь ему вообще не удается отыскать мало-мальски симпатичную спутницу.
— Примите искренние извинения за оплошность и соболезнования в связи со смертью мужа, Виктория Андреевна, — искусно изобразила я подхалимские интонации, с некоторым опозданием посочувствовав вдове. — Согласна, я недостаточно деликатно выразила свою мысль.
— Думаю, вам лучше уйти, — высокомерно сказала хозяйка, задрав нос.
— Хорошо, но прежде я хотела спросить, где охранник вашего мужа, Сергей?
— Этот неудачник больше не работает в моем доме. Он не уберег Кузеньку, и прощения за это ему никакого.