Фатум

Буркон Виктор

– Ага, - пообещал Стефан, - Если увидишь Жана, передай, что мы его ждём.

Идти было совсем не далеко, и вскоре вся компания приблизилась к ветхому домику, самовольно занятому рыцарем. Дверь его оказалась широко распахнутой, а позади неё царила непроглядная мгла. В общем-то, ничего необычного, но разыгравшееся воображение оруженосца придало этой картине зловещие оттенки. Желудок его заранее напрягся, ладони вспотели, несмотря на колючий ночной холод.

"Вот бы очутиться подальше отсюда!
– с тоской подумал Кен, отчетливо припомнив трупы

изувеченных крестьян.
– Не хочу больше такого видеть!"

Тем временем Стефан достал огниво и запалил самодельный факел. Выставив его перед собой, словно меч, он решительно шагнул внутрь. Остальным, хочешь не хочешь, пришлось последовать за ним.

Комната, в которой они очутились, выглядела по-настоящему жутко - буквально всё в ней было залито кровью. Тёмно-бордовые пятна виднелись повсюду, на столе, на лавках, на печи. А в огромной кровавой луже, растекшейся по полу, осталось множество чьих-то следов. Однако тел или их останков нигде не наблюдалось.

– Во чёрт! Мерзость-то, какая!
– ужаснулся дядя Хавьер.

– Да уж, - подтвердил Тинто, - Судя по количеству крови, обоих порешили в этой самой комнате.

Остальные подумали точно также, сомнений в том, что Клод Д'Эфле и Рутгер Кото уже мертвы теперь ни у кого не осталось.

– А ты, получается, нам врал!
– прорычал Стефан, взглянув на побледневшего Сису.

– Нет!
– ответил тот.

– И мы, по-твоему, должны поверить, что ты спокойно спал, пока убийца вытворял такое?
– указав на кровавые пятна, поинтересовался Стефан.

– Он сам их зарезал!
– истерично завопил дядя Хавьер.
– И нас хотел прикончить!

– Нет!
– испуганно крикнул Дамир.
– Я видел убийцу, но я не убивал!

– И кто же тогда убийца?
– язвительно спросил Стефан.
– Может, просветишь нас?

Дамир смертельно побледнел, теперь он понял, что перепуганные ополченцы способны расправиться с ним немедленно.

– Я толком не разглядел, - пробормотал он.
– И, кстати, я видел его не здесь, а на болотах, пока пытался сбежать из этой проклятой деревни!

– Сбежать?
– перебил Хавьер.
– Если совесть чиста, зачем тогда бежать?
– продолжил нагнетать он.

– Эта деревня проклята!
– громко заявил Дамир.
– Я жил здесь раньше и знаю об этом. Поэтому-то, увидав первых покойников, я сразу решил убраться отсюда.

– Хватит городить чушь!
– не унимался Хавьер.
– Придумал какое-то проклятье, чтоб себя обелить, гад! Думаешь, мы поверим?

– Нет, он говорит правду, - заступился за новенького Жан.

Все вздрогнули от неожиданности, в пылу страстей никто не понял, когда он успел подойти.

– Старик все уши прожужжал мне этим проклятьем, - продолжил бывший стражник.
– Кажись, лет пять назад какой-то мужик, из местных, рехнулся и точно также распускал людей на фарш. Правда его поймали и всё вроде успокоилось.

– До позапрошлой ночи, - воспользовавшись ситуацией, добавил Дамир.

–

Убийцу я не разглядел, но я догадываюсь, кто бы это мог быть!
– заявил он, и, изобразив уверенность, оглядел лица притихших ополченцев.

– И кто же?
– спросил Стефан.

– Он!
– указал на оруженосца Сису.
– Это ж очевидно!

Услышав нелепое обвинение, Кен вздрогнул. Происходящее слишком напоминало его ночной кошмар. Проклятый новичок и наяву не давал покоя!

– Ах ты, сука!
– заорал оруженосец и, сжав кулаки, шагнул к Сису.
– Убью гадёныш!

– Постой!
– остановил его Тинто.
– Пускай доскажет.

Остальные согласно закивали головами, и Кен был вынужден им подчиниться.

– Вспомните, как он набросился на меня позавчера. Разве тот бред, что он тогда кричал, не показался вам странным?
– напомнил Дамир и, убедившись, что зародил сомнения в душах ополченцев, пояснил: - Проклятье выбирает тех, кто послабее духом или переживает душевные терзанья. А этот сопляк недавно спёр чье-то золото и теперь мучается раскаянием. Мне это дед Волан сказал.

– Это правда?
– спросил у оруженосца Тинто.

– Ну, типа того, - замялся Кен.

– Так это ты всех порешил?
– испуганно пробормотал дядя Хавьер.

– Ты что совсем мозги пропил?
– разозлился Кен.
– Думай, о чём говоришь!

– А ты мне рот не затыкай!
– зло прошипел Хавьер и, обратившись к остальным, заверещал: - Чего там спорить? Связать обоих и под замок, пущай посидят пока суд да дело!

– Верно!
– поддержал Стефан.
– А там уж разберёмся кто прав, кто виноват.

Почуяв опасность, Кен сделал шаг обратно к двери:

– Да вы что, с ума все посходили?
– возмутился он.
– Я не дам себя трогать!

– Держи его!
– пронзительно заверещал дядя Хавьер и бросился к оруженосцу, намереваясь повалить его, но натолкнулся на кулак и с воем отшатнулся в сторону.

Его пример остудил остальных ополченцев, на миг они застыли в нерешительности.

"Пора тикать!" - понял Кен и, воспользовавшись заминкой, бросился к двери.

Возможно, он смог бы скрыться, если б не вовремя опомнившийся Стефан. Тот ловко подставил подножку, и навалился на упавшего оруженосца со спины. Кен завертелся на полу, пытаясь сбросить противника, но к Стефану на помощь подоспел Тинто, вдвоём они легко добились победы.

– Чёрт! Ловкий зараза, - пробормотал Стефан, пытаясь отдышаться.

– Мужики, а вы случаем не переборщили?
– поинтересовался Жан, не принимавший участия в потасовке.
– Я ручаюсь, что Кен лежал в горячке и никого не трогал.

– Ага, видали, как ты за ним приглядываешь!
– перебил стражника дядя Хавьер.

– Дристал поди где-нибудь, пока он наших товарищей резал!

Тут Жан покраснел и осёкся. Затем, справившись с собой, он открыл рот, видимо, собираясь ответить, но его опередил Тинто: