ФБР

Рыжков Александр Сергеевич

Сердце Горгорота разрывалось на части. Соловьёвой сейчас нужен совет педагога, психолога, друга… А он, мутант хренов, даже слова сказать не может, только тявкает и поскуливает. Нет! Плевать на своё физическое уродство. Внутри грузного и лохматого тела прячется добрая душа Зиновия Сергеевича Градова. Если и не советом, так хоть её теплом он согреет Свету.

Шершавая лапа с четырьмя когтистыми пальцами легла на спину девушки. Нежные и бережные поглаживания действовали успокаивающе. Соловьёва прижалась к мягкой и тёплой шерсти Горгорота. Девушка хотела согреть своё тело. Но больше всего, она хотела согреть свою

душу. И, как ни странно, оба её желания начали осуществляться…

— Убери свои грёбаные лапы от неё, тварь! — тигром прорычал старший лейтенант Говард Закиров.

Рассветное солнце вычерчивало силуэт в оконном проёме. Блеснул электропистолет.

*****

Паника под шатром, на манеже которого Великий Боно отдал своему чупакабровому богу душу, нарастала. Люди, превратившись в единую массу искривленных в криках ртов, рвались к главному выходу. Рвались прочь от смерти.

Разумеется, не обошлось и без жертв. Испуганная толпа людей — ничем не хуже стада баранов, гонимого волком-убийцей. Неудачливая старушка оступилась и легла на пол. Чтобы уже никогда не подняться… Сотни ног многоликого монстра толпы туфлями и туфельками, кроссовками и кедами, мокасинами и сапогами — вдавливали пожилую женщину в землю, превращая в бездыханное месиво костей и кровавого мяса.

Две школьные подруги — Вэньг Ли и Таня Паучкова — даже не подозревали, что и они стали невольными участницами убийства. Ведомые паническим страхом, девушки и не заметили, как пробежались по изувеченному, хоть ещё дышащему телу…

Но вот зловещий шатёр позади. Некогда единая, толпа распалась, растеклась по проспекту, как поток муравьёв, выбравшихся из норы. Ещё какие-то мгновения, и никто уже не дышит тебе в затылок. Можно сбавить темп.

Можно попытаться забыть…

Жаль, что мозг не похож на жёсткий диск. Удалять с него информацию — весьма кропотливое и неблагодарное занятие, требующее большого периода времени. И при всём при этом всегда есть вероятность, что удалённое воспоминание выскочит из «корзины» в самый неподходящий момент.

— Говард, там остался Говард, — замямлила Вэньг Ли. — Мне не следовало с ним ссориться. Мой мальчик Говард, мой красавчик. Мне нужно вернуться за ним. Он ведь может пострадать, он ведь может даже погибнуть…

Ли трясло в горячке. Она развернулась к шатру.

— Дура! — рявкнула Паучкова и со всей силы дёрнула подругу за руку, увлекая за собой. Ли попыталась сопротивляться, но оказалась слабее… — Ты хоть видела, кого та тварь утащила с собой? Светку! Светку, мать твою! А твой любимый Говард побежал за ней, как герой-любовник. Наверняка они уже мертвы. Ты видела, как то чудовище умеет убивать? Вряд ли оно оставляет кому-то шансы… Я не хочу попасть к нему в смердящие лапы. И тебе не позволю этого!

— Да пошла ты! — забилась в истерике Ли. — Да пошла ты, соска крашенная! Говард пропадёт без меня!

— Успокойся, нервнобольная! — Таня влепила Вэньг отрезвляющую пощёчину. — Чем ты сможешь помочь ему? Шею свернёшь Горгороту? Ты хоть понимаешь, что он похитил Светку? Тебе мало её жертвы? Хочешь и себя загубить? И меня тоже хочешь? Дура! — Паучкова не пожалела ещё одной пощёчины.

— Ах ты дрянь! — завизжала Вэньг и вцепилась Тане в волосы. — Ах ты ж…

Паучкова застонала от резкой боли. И без того вскипевший котёл

нервов треснул от жара и давления, извергая наружу струи пара истерии и кипятка злости. Её тонкие пальцы вцепились в смолянистые волосы подруги, как челюсти бульдога в пятую точку случайного прохожего. Девчонки схватились не на шутку. Какие-то мгновения, и они уже катались по земле, щипая друг дружку, душа, кусаясь, плюясь и вырывая волосы.

И ни один пробегающий мимо человек не счёл нужным вмешаться. Словно так и надо было…

То ли боль стала невыносимой, то ли подруги выдохлись, но вскоре они перестали драться. Просто лежали на земле. Бок о бок. Можно даже сказать — в обнимку. Обе тихонечко плакали.

Слишком тяжёлым оказалось испытание этого дня для девчонок. Как по волшебству, они заснули.

Чтобы проснуться от сладкого мужского голоса.

В бледных лучах уличной лампы стоял человек. Мужчина. В трико. В глаза бросался чрезмерных размеров бугор в области паха.

— Девочки, пора просыпаться, с вами хочет повстречаться ваша подруга, — хищно улыбаясь, сказал Серёга.

— Светка? — потирая заспанные глаза, спросила Паучкова.

— Вы так и будете здесь лежать, как трахнутые бомжихи с херсонского шоссе? — грубые слова человека совсем не стыковались с его красивой внешностью и приятным голосом. — Она не будет ждать вас вечно.

— Ты кто вообще такой? — вполне резонно поинтересовалась Вэньг Ли.

— Я тот, кто может исполнить все ваши заветные желания, — театрально продекламировал Серёга. — А ещё я могу отвести вас к Светлане Соловьёвой. И это… Ли, не пытайся делать вид, что тебе не интересно. Ты ведь прекрасно знаешь: где Светка, там и твой любимчик Закиров…

Таня Паучкова ещё до упоминания о Светке поднялась на ноги. Вэньг Ли встала только сейчас. Они обе ошарашенно смотрели на таинственного ночного незнакомца, как крольчихи на удава.

— Короче, времени у меня нет с вами панькаться, — нетерпеливо произнёс Серёга. — Я лечу туда, где будет Светлана и Говард. А вы как хотите…

Он демонстративно развернулся и зашагал в сторону ближайшего неосвещённого переулка. Шагал он медленно, но уверенно.

Подруги переглянулись. В глазах Тани Паучковой читалось недоумение. А вот на Вэньг Ли разговор с незнакомцем сработал лучше ледяной воды.

— Ты как хочешь, а я пошла за ним, — твёрдо сказала Ли, непроизвольно потирая ушибы, полученные в драке с одноклассницей.

— Я ему не доверяю, — призналась Таня.

— Я тоже, — вздохнула Ли и решительно зашагала в сторону переулка.

— Эй, подруга, а как же я? — сон наконец-то сошёл на нет.

Ли ничего не ответила.

— Нет, ну надо же быть такой эгоисткой! — кинула в след Таня.

Ли опять ничего не ответила.

— Да пошла ты, курица! — продолжала Паучкова.

Ли всё отдалялась.

— Чтоб ты была здорова, засранка, — буркнула себе под нос Таня. Отчаянно топнув ногой, она прокричала: — Стой, Ли, подожди, я с тобой!

Вэньг Ли сделала вид, что не услышала, хотя темп сбавила.

Паучкова нагнала её уже в глубине переулка, освещённого разве что редким светом из окон полуразваленных домов. В конце переулка стоял таинственный незнакомец. В одной руке он держал фонарик. Второй он манил девчонок к себе, как какой-нибудь волшебник из педофилической сказки.