Феникс
Шрифт:
— Это размер небольшого штата! — говорю я.
— Как вы думаете, почему они называют его «Десятый»? — спрашивает Гаррик.
— Потому что это десятый штат, — отвечаю я, понимая.
Он кивает:
— На самом деле, это штат в штате, но название в самую точку.
— Это не доказывает, что правительство планирует уничтожить нас, — говорит Палло грубым голосом.
— Согласна, — присоединяется к нему Ангел. — Это всего лишь гетто. Такое же, как Легион, разве что больше.
Я гляжу на Гаррика.
— Откуда
— Не только Дарклингов, — говорит Гаррик, поднимая документы со штампом КОНФИДЕНЦИАЛЬНО. — Прочитав эти документы, я выяснил, что Роуз собирается выслать всех грязнокровок...
— Грязнокровок? — переспрашивает Логан.
— Все те, кто, по мнению Роуза, не вписываются в его концепцию «Единой Веры», «Единой Расы», «Единой Нации», — объясняет Гаррик. — Это касается Дарклингов, Бастетов, богохульников, предателей совей расы, Даков...
— А что на счет Люпинов? — интересуется Палло.
— Мы не упоминаемся в этих документах, — говорит Гаррик. — Полагаю на нас у него другие планы.
— Тогда почему ты нам помогаешь, если Вам ничего не грозит? — спрашивает Палло. — Какая тебе выгода от того, что ты расскажешь нам про «Десятый»?
Лицо Гаррика вспыхивает от гнева.
— То, что я Люпин не значит, что я послушно буду делать все, что мне велит Пуриан Роуз. Я, как оказывается, поддерживаю восстание.
— Я в замешательстве, — говорит Логан. — «Закон Роуза» направлен только на то, чтобы отделить Дарклингов от людей, так каким образом он сможет оправдать ссылку других рас в концентрационные лагеря?
— Дарклинги всего лишь разменные пешки в его игре, — объясняет Гаррик. — Правительство играет на напряженности во взаимоотношениях между расами, которая призвана аккумулировать поддержку сегрегации. Но после вступления закона в силу, они намерены внести к нему поправки, чтобы «Закон Роуза» включал все группы...
— А так как они будут добавлены к уже принятому закону, то ему нет необходимости проводить еще одно голосование, — заканчивает мысли Гаррика Сигур. — Он может послать в «Десятый» кого угодно, и это будет совершенно законно.
Ассамблея недовольно ропщет.
— Вы не ответили на мой предыдущий вопрос, — говорю я. — С чего вы взяли, что Роуз собирается нас всех убить?
— Исходя из той информации, что мне удалось собрать, очевидно, что «Десятый» подразделяется на три города. — Гаррик нажимает на кнопку, и на карте подсвечивается трио городов.
Каждый город окружен собственной стеной и соединен с другими сложной системой дорог и железнодорожных сетей. Гаррик указывает на самый большой город на карте «Десятого», который раз в пять больше Блэк Сити.
— Этот город называется Примас-Один. Это базовый лагерь, куда будут ссылаться все вновь прибывшие, до того, как их оценят, а затем распределят в Примас-Два или в Примас-Три. — Он указывает
Нам показывается панорама Примас-Два. Город включает в себя десятки крупных промышленных зданий.
— Что производится на тех заводах? — спрашивает Роуч.
— У меня не было времени, чтобы как-то добраться до этой информации, потому как появилась Фрея, за ней появилась половина гвардейцев Стражей из охраны завода, — отвечает Гаррик.
— А что происходит с людьми, которые не подходят для работы на фабриках и заводах? — спрашивает Логан.
Гаррик перемещает карту и показывает нам последний город, с восточной стороны гор.
— Их отправляют в Примас-Три.
Он фокусирует экран на нескольких белых зданиях, с зелеными крестами на крыше, с точно такими же, какие рисуют на медицинских лабораториях. Меня охватывает ужас.
— Он собирается ставить на нас эксперименты? — восклицаю я. — Но для чего?
— Точно не скажу, — отвечает Гаррик. — Но те, бетонные здания рядом с лабораториями — крематории, так что они ожидают, что их испытуемые не выживут.
Мне кажется, что меня вот-вот вырвет.
— Это похоже на концлагерь, который они устроили в Бесплодных Землях, — говорит Логан.
— За исключением того, что этот масштабнее, — отвечает Гаррик. — «Десятый» может разом принять двадцать, может, даже, тридцать миллионов заключенных.
— Завтра мы должны сделать все от нас зависящее, чтобы «Закон Роуза» не прошел, — призывает Сигур.
Все, соглашаясь с ним, кивают.
— Но разве Пуриан Роуз не попытается отправить нас в гетто, даже проиграй он выборы? — спрашивает Логан.
— Пусть только попробует! — говорит Роуч. — Это выльется в гражданскую войну, если он отправит, так называемых грязнокровок, в «Десятый», если больше половины граждан проголосуют против сегрегации.
Тот факт, что Пуриан Роуз лично приехал в Блэк Сити, и угрожал мне, чтобы я поддержал его закон, говорит о том, что она права. Он не хочет, чтобы это вылилось в гражданскую войну, если он может её избежать.
— Тогда давайте не дадим этому ублюдку ни единого шанса свершить им задуманное! — выкрикивает Роуч. — Мы собираемся выиграть завтрашнее голосование, верно?
— Верно! — скандируют мятежники.
В комнате начал твориться настоящий хаос. Люди принялись обсуждать новый поворот событий, но я был слишком ошарашен, чтобы слушать их. Я снова смотрел на карту. Это намного больше, чем попытка освободить мой народ из гетто; само выживание нашего вида, и многих других под угрозой. Так как же мне завтра поступить? Все сводится к следующему: Чья жизнь дороже? Натали или моего народа?