Февраль
Шрифт:
— Первый департамент Государственного совета обсуждал вопрос о завещании графа Аракчеева, завещавшего в 1833 году Академии наук 50 тыс. ассигнациями на выдачу в 1925 году премии на лучшее сочинение по истории царствования императора Александра I. Ныне этот капитал составляет 800 тыс. рублей.
— Командующим войсками Московского военного округа издано обязательное постановление о продаже хлеба и муки исключительно по карточкам.
— В Москве в аудитории Политехнического музея состоялось торжественное чествование И. Д. Сытина по случаю 50-летия издательской деятельности, в котором приняло участие свыше 2 тыс. человек.
— Французский парламент принял законопроект, представляющий русским солдатам,
«Все в жизни меняется! Только единственные папиросы «СЭР» были, есть и будут всегда подлинно высокого качества! Товарищество «Колобов и Бобров».
«Военный заем. Второй выпуск. Наша воля непреклонна: война до полной победы над врагом, до полного торжества права и справедливости. Проявим эту волю и мы здесь, в глубоком тылу, приняв широкое участие в военном займе. Наши рубли, превращенные в пули и снаряды, проложат путь для победоносного движения вперед. Приобретайте облигации военного займа!»
«Правление Восточного банка на основании § 63 Устава имеет честь пригласить г. г. акционеров банка на чрезвычайное общее собрание. Предмет занятий: об увеличении основного капитала банка с 5 000 000 до 10 000 000 рублей».
«Член Государственной думы Михаил Мартинович Алексеенко скончался, о чем дочери и внуки покойного с глубокой скорбью извещают родных и знакомых».
Театр К. Н. Незлобина — «У ВАС В ДОМАХ», п. в 4 д. Марка Криницкого.
Опера А. Р. Аксарина — сегодня 1-й спектакль 2-го абонемента с участием Ф. ШАЛЯПИНА — «ЖИЗНЬ ЗА ЦАРЯ».
Театр А. С. Суворина — «МОТЫЛЕК ПОД КОЛЕСАМИ».
Паризиана — сегодня с участием И. И. МОЗЖУХИНА и Н. А.. ЛЫСЕНКО — «ПЕСНЬ ОСТАЛАСЬ НЕДОПЕТОЙ...».
Палас-театр — ресторан открыт с 6 час. вечера. Во время обедов и ужинов блестящ, дивертисмент. Новые дебюты и два оркестра музыки.
Завтра бега на Семеновском плацу.
Начало в 11 час. утра.
«Наружным наблюдением установлено, что 22 февраля в 16 часов на Невском обнаружен нелегал ЧУГУРИН ИВАН ДМИТРИЕВИЧ, член РСДРП с 1902 года, известный в партийных кругах под кличкой «ПЕТР», жестянщик с завода «Айваз», проходивший по делу большевистской школы в Лонжюмо (Франция), неоднократно подвергавшийся аресту и заключению, ссылку отбывавший в Нарыме, откуда сбежал. Ныне — член так называемой Исполнительной комиссии Петербургского комитета РСДРП.
Проходя по проспекту, в контакты с публикой не вступал, но в районе Знаменской площади заметил наблюдение и предпринял попытку скрыться, что ему удалось в одном из прилегавших проходных дворов. Приметы: длинное черное пальто, нижняя пуговица оторвана, воротник под котик, меховая шапка-ушанка, усы средние, бороду бреет».
(Из агентурного донесения)
«Довожу до Вашего сведения, что мною 22 февраля около пяти часов вечера среди публики, выходившей из Таврического дворца по окончании заседания Государственной думы, был обнаружен разыскиваемый Департаментом полиции бывший студент Высшего технического училища в Москве, член РСДРП с 1902 года ШУТКО КИРИЛЛ ИВАНОВИЧ, 32 лет, известный в партийных кругах под кличкой «МИХАИЛ», неоднократно арестовывавшийся и отбывавший ссылку в Вологодской и Иркутской губерниях. Одет под интеллигента, в касторовой шляпе и темно-сером драповом пальто с тросточкой. Наблюдение за указанным лицом передано мною старшему филеру Нарвской полицейской части».
(Из агентурного донесения)
«Переданный мне для наружного наблюдения ШУТКО, проходя по Козьему
(Из агентурного донесения)
«Внезапно распространившиеся в Петербурге слухи о предстоящем якобы ограничении суточного отпуска выпекаемого хлеба взрослым по фунту, малолетним в половинном размере вызвали усиленную закупку публикой хлеба, очевидно, в запас, почему части населения хлеба не хватило и в результате чего установились длинные очереди к хлебным лавкам, особенно в рабочих районах, преимущественно из женщин и детей. На вверенной мне Лиговке в очередях раздавались противоправительственные речи, прекратить которые не представлялось возможным в силу крайней озлобленности толпы.
Попытка задержать подозрительного мужчину, очевидно агитатора, в шинели и сером башлыке, успехом не закончилась, так как женщины буквально оттеснили чинов полиции физической силой и не дали мне возможности проверить его документы. Подозрительный, напротив, получил возможность спокойно уйти в темноту. Филер Романов утверждает, что указанное лицо является разыскиваемым СВЕШНИКОВЫМ НИКОЛАЕМ, 29 лет, член РСДРП с 1907 года, известным в революционных кругах под кличкой «ЛЮБИМЫЧ», привлекавшимся к следствию по делу о вооруженном восстании в Сормово в декабре 1905 года, о чем имею честь доложить вашему превосходительству».
(Из агентурного донесения)
«Сегодня, 22.11.17 г. в 16 час. 30 мин., на Витебский вокзал прибыл эшелон с ранеными солдатами из действующей армии. При погрузке калек в кареты «скорой помощи» на привокзальной площади образовалась толпа из пассажиров пригородных поездов, среди которой раздавались антивоенные и противоправительственные выкрики. Конный жандарм пытался задержать кричавшего, лет 20, но он, проскочив под брюхом лошади, скрылся. По сведениям носильщика, имя кричавшего — ПАВЕЛ КОРЯКОВ, токарь завода «Эрикссон». Прошу проверить сведения об указанном лице по агентурным данным».
(Из агентурного донесения)
«Ваше высокопревосходительство, сегодня, 22 февраля, поздно вечером ко мне явился агент по кличке «Янковский», являющийся членом Петербургского комитета большевиков. Означенный Янковский показал, что сегодня в 19 часов на огородах за Выборгской стороной состоялось тайное совещание столичных большевиков: Чугурин, Шутко, Свешников, Коряков, Скороходов, Каюров, Нарчук, Ганьшин, Лобов. Совещание проводили члены Русского бюро ЦК РСДРП Шляпников, он же Белении, и Залуцкий, находящиеся в регулярных сношениях с Заграничным бюро ЦК. После краткого обмена мнениями о событиях дня указанные лица разошлись по заводам, фабрикам, рабочим казармам, трактирам и другим местам скопления рабочего люда с целью подготовки завтрашних агитационных собраний и антиправительственных митингов по поводу Женского дня, а агент Янковский незамедлительно явился ко мне».
(Из доклада начальника отделения по охранению общественной безопасности и порядка в столице министру внутренних дел Протопопову от 22 февраля 1917 года за № 5861)
«Дорогая Зиночка! Все последние недели после твоего отъезда я безвылазно сидел в конторе и корпел над годовым отчетом, так что упреки твои неосновательны. Спешу рассказать тебе о том, чем заняты умы нашей столичной публики. Я имею в виду потрясающую речь Павла Николаевича Милюкова в Думе. Теперь она уже ходит по рукам в списках, но я слышал ее от очевидца.