Фейбл

Янг Эдриенн

Я выставила ладони вперед и замерла, когда на палубу позади Уэста вышли еще несколько человек. Его яростный взгляд был прикован ко мне.

– Фейбл! – внизу снова прогремел хриплый рев Коя, но Уэст не сдвинулся с места. Он все так же продолжал сверлить меня глазами.

– Сорок медяков за то, чтобы переправить меня через Узкий пролив, – я подняла между нами руку, к которой по-прежнему был привязан тяжелый кошелек.

Уэст напрягся, и в его глазах замелькало множество мыслей, но затем он снова схватил меня за руку и толкнул назад.

– Убирайся с моего корабля.

Я

сильно прикусила нижнюю губу, чтобы не дать пролиться слезам, которые вновь подступили к глазам. Мне придется отдать ему все.

– Пятьдесят два медяка и два куска пиролита за проезд, – я с трудом перевела дыхание. – Пожалуйста.

– Мы торговцы. Мы не занимаемся перевозкой пассажиров, – сказал Уэст, и его руки сжались в кулаки по бокам.

Это была ложь, и мы оба это прекрасно понимали. Торговцы постоянно переправляли людей через пролив.

Взгляд Уэста упал на мою разбитую губу, и я с напряжением наблюдала, как ходят желваки на его лице. Я все еще ощущала засохшую кровь, которая стягивала кожу на моем лице.

– Во что ты вляпалась? – Уэст посмотрел вниз через ограждения на Коя, который расхаживал по причалу, поджидая меня.

Я медленно завела руку назад, доставая нож из-за пояса. Одним четким движением просунула лезвие между ладонью и кошельком, чтобы разрезать ткань, которой он был примотан к моей руке. После этого я пихнула кошелек Уэсту в грудь.

– Я никуда тебя не повезу, – его голос скрипел, как мокрый песок скрипит о камень.

С трудом сглотнула, благодарная темноте. Я чувствовала, как у меня горит лицо, чувствовала предательские слезы, которые подступали к глазам.

– Ладно. В этом порту найдется хотя бы один шкипер, который возьмет пятьдесят два медяка, – я зажала лезвие ножа между зубами, перекинула одну ногу через борт и потянулась к веревочной лестнице.

Плечи Уэста напряглись, и он глубоко вздохнул, крепко вцепившись в ограждения.

– Подожди.

Я застыла, и предательская слеза скатилась по моей щеке. Уэст посмотрел поверх меня на другие корабли, стоявшие на якоре в бухте, после чего снова устремил свой взгляд к горизонту.

– Уэст, – окликнула его девушка, и в ее тоне прозвучало явное предостережение.

Когда он перевел на нее взгляд, на резкие линии его профиля упал лунный свет. Уэст выругался, протягивая открытую ладонь в мою сторону.

– Давай сюда деньги.

У меня отвисла челюсть.

– Что?

– Что? – эхом откликнулся мужской голос на палубе, но я не смогла рассмотреть, кому он принадлежал.

Уэст проигнорировал его.

– Деньги, – повторил он медленнее.

Я спрыгнула с бортового ограждения обратно на палубу.

– Пятьдесят два медяка и два куска пиролита за переправу до Сероса, – я повторила условия, не в силах скрыть отчаянной надежды в своем голосе.

– По рукам.

Я взяла ладонь Уэста в свою и пожала ее, но стоящая рядом со мной девушка продолжала смотреть на него, склонив голову в недоумении.

– Тебе лучше не возвращаться сюда, Фейбл! – крикнул Кой, и я вздрогнула, когда моя ладонь выскользнула из руки Уэста. – Если

я когда-нибудь снова увижу твое лицо на этом острове, я привяжу тебя к восточному рифу! Буду смотреть, как твоя плоть гниет и сходит с костей!

Я наблюдала, как он идет обратно по причалу и исчезает в темноте. Лишь тогда, когда я повернулась лицом к стоящей на палубе команде «Мэриголд», я осознала, что произошло.

Мне удалось сбежать с Джевала.

Шесть

Молния озарила облака над «Мэриголд», рассыпавшись паутиной света.

Край шторма достиг барьерных островов в темноте, и сильный ветер нагнал в бухту холодный туман. Корабль качнуло прямо на туман, и фонарь закачался в кулаке девушки, когда она подняла его перед собой.

– В последний раз, если я все правильно помню, вся команда принимала решение голосованием, – ее взгляд переместился с моего лица на мои босые ноги.

Уэст проигнорировал ее и подбросил мой кошелек в воздух. Молодой человек в очках, стоявший позади, поймал его обеими руками. Свет фонаря отразился от широких круглых линз, когда юноша посмотрел на меня.

– Я согласен с Уиллой, – мужчина с темными волосами, собранными в хвост, шагнул вперед. – Я не слышал, чтобы ты спрашивал нас, хотим ли мы взять пассажира.

Я осталась стоять в тени квартердека [5] , прижимая к груди пояс с инструментами. Четыре члена экипажа стояли рядом с грот-мачтой, ожидая от Уэста ответа. Однако он, казалось, тщательно взвешивал свои слова, поэтому молчание между нами затягивалось и становилось все более напряженным.

5

Квартерлек – помост либо палуба в кормовой части парусного корабля.

– Пятьдесят два медяка, – Уэст посмотрел на девушку, и она едва не рассмеялась.

– Ты серьезно? Какое нам дело до пятидесяти двух медяков? За последние два года мы ни разу не брали на этот корабль ни одного пассажира, и я не понимаю, зачем начинать сейчас.

Юноша в очках стоял и наблюдал за происходящим, переводя взгляд с Уэста на девушку. По виду его испачканных чернилами пальцев, обхвативших мой кошелек, я догадалась, что он был у них казначеем. Для него вряд ли имело значение, что Кой хотел выпотрошить меня, как рыбу, впрочем, как и то, что Уэст покупал у меня пиролит в течение двух лет. Его работа заключалась в том, чтобы команда не вмешивалась в дела других людей, хороших или плохих.

– В чем дело, Уэст? – по ступеням лестницы, расположенной рядом со мной, спустился мужчина с кожей цвета обсидиана. Он провел рукой по своей бритой голове и уставился на Уэста.

– В деньгах, – огрызнулся тот. – У кого-то из вас имеются возражения?

Девушка, которую они называли Уиллой, уставилась на Уэста, и ее большие внимательные глаза ничего не выражали.

– Да, у меня имеются.

Уэст повернулся к казначею, и по его напряженной челюсти было видно, насколько сильно он раздосадован.