Фейерверки смерти
Шрифт:
Владимир не моргнул и глазом.
— Разнесу башку, — пообещал он.
— Вот ты как заговорил, сука! — рявкнул юнец, и в то же самое мгновение Свиридов поймал его взгляд с точечными зрачками. Да… Инстинкты самосохранения в данный момент играют последнюю роль у этих людей.
Парни явно под наркотой. А таким все равно, лишь бы получить деньги, дающие им возможность приобрести вожделенное зелье.
И тут рука самого молодого из бандитов дрогнула у горла Берга. Вполне вероятно, что она дрогнула просто так, от напряжения, но, может быть, это
…Свиридов без раздумья нажал на курок.
Грянул выстрел. На лбу молодого вырос маленький красный кружочек, расплывающийся в бесформенную кровавую кляксу, и парень, перевернувшись в воздухе, грянулся головой об асфальт и замер.
Последний из бандитов бросился бежать, Свиридов вскинул пистолет на растворяющуюся во тьме фигуру, но только проследил ее движение до черной громады крупнопанельного девятиэтажного дома, в тени которого налетчик и пропал.
— Весело, весело встретим Новый год… — проговорил Владимир и, подойдя к Бергу, поднял его на ноги. — Ну как вы, Иван Германович?
Тот пощупал царапину под подбородком и хрипло выдохнул:
— Черрррт… а я думал, что все… уже конец.
У этого парня глаза были совершенно…
Берг оглянулся на недвижно простершегося на земле несостоявшегося своего убийцу и медленно побрел по дороге. Владимир последовал за ним.
Через полчаса они оказались возле дома Берга.
Глава 5 РАДУШНЫЙ ПРИЕМ В ДОМЕ ИВАНА ГЕРМАНОВИЧА БЕРГА
Это был великолепный, благородного вида двухэтажный особняк красного кирпича, с прекрасными высоченными окнами, поднимающимися от фундамента до карниза, с частыми переплетами. Особый колорит ему придавало то, что по всем фасадам он был украшен пилястрами.
Парадный вход располагался под внушительным балконом в выступавшем вперед крыле особняка, увенчанном стройным фронтоном с колоннами. Широкая парадная лестница была украшена двумя рядами фонарей.
На фоне мрачных девятиэтажек, высившихся в паре сотен метров от дома, этот особняк, в котором более пристало жить английскому лорду, выглядел как лебедь среди стаи пучеглазых пеликанов.
Не говоря уж о том, что безвкусные архитектурные пропилеи большинства "новых русских", разбросанные в этом удаленном от центра районе там и сям, не годились и в подметки дому Ивана Германовича, в очередной раз показательно свидетельствуя о сомнительности архитектурных пристрастий нынешних хозяев жизни.
Увидев резиденцию Берга, Свиридов присвистнул.
— Да, не слабо, - откомментировал он. — Таврический дворец. Дом с мезонином. Как говорится, "вот через площадь мы идем и входим наконец в большой красивый красный дом, похожий на…" чего-то там.
— Ну, вот и прибыли, — обессиленно произнес Берг. — Погодите-ка… это что такое? Никак у меня гости?
На асфальтовой стоянке возле дома, обнесенной низеньким метровым чугунным
— Это не ваш "мерин"? — спросил Свиридов.
— Нет. У меня "шесть-ноль-ноль" не имеется. Да и номера такого я что-то не припомню.
Нет… не припомню.
— То есть эту машину вы видите в первый раз?
— Совершенно верно, — ответил Иван Германович. — Вот джип мне прекрасно знаком.
Это мои охраннички.
— Как раз кстати, — сказал Свиридов. — Ладно, давайте ключи или что у вас там. Я первый войду… Не хотелось бы получить очередной камуфлет прямо на пороге вашего дома.
— Вот ключи. Код я наберу сам. Мне не хотелось бы сообщать его без крайней на то надобности.
— Да? А мне кажется, что для многих людей он не суть какой секрет, — неодобрительно сказал Владимир, глядя на освещенные окна во втором этаже. В затянутых же стальными решетками окнах первого было темно. — Кто вообще его знает, этот код?
— Ну, конечно, моя дочь. Потом начальник охраны и еще Евгений Иванович.
— Какой Евгений Иванович?
— А, это моя правая рука в руководстве фирмой. Директор "Айсберг-банка" Евгений Иванович Мещерин. Достойнейший человек.
— Личное дело гражданина Мещерина я пока что не запрашивал, — вполголоса проговорил Владимир, поднимаясь по широким белым ступеням. — Ну что, набирайте ваш код.
"Ну и рожа у вас, Шарапов", — едва не сказал Свиридов, глядя на то, как маленький человечек в грязной одежде, с подбитым глазом и подтекающим носом набирает код на щитке сигнализации великолепного особняка.
Который тем не менее принадлежит именно этому маленькому человечку.
Свиридов отстранил Берга и, открыв дверь, шагнул внутрь. Сделав несколько шагов вслепую, он больно ударился обо что-то твердое.
Неожиданно кто-то включил верхний свет — Владимир зажмурился, избегая ослепительного, до рези в глазах, освещения.
Уже через секунду он скоординировался и оценил свое положение в пространстве, но было уже поздно.
Владимир ощутил, как в его лоб плотно упирается пистолетное дуло.
— Это че за козел, а, Макс?
Свиридов приоткрыл глаза.
Перед ним, вытянув вперед руки с нацеленным в лицо Свиридова пистолетом системы Макарова, стоял высокий широкоплечий парень в светлом пиджаке, надетом поверх светлой же футболки с треугольным вырезом.
За его спиной маячил второй, не менее внушительный представитель мужеского полу.
Он-то и выдал на свет божий сакраментальную фразу про козла.
— Да их двое, — проговорил Макс, кивая на застрявшего в дверях Ивана Германовича. — Ваще бомжара какой-то.
— Да ты с кем разговариваешь, гнида… — начал было Берг, но незамедлительно получил мощный удар в солнечное сплетение и, беззвучно хватая воздух разинутым ртом и выпучив глаза, как придавленная каблуком лягушка, свалился на пол.