Фейк
Шрифт:
Он глубоко вздохнул, его грудь вздымалась, когда он, казалось, обдумывал свой ответ на мой вопрос. Надо отдать ему должное: я ожидала, что это будет больным местом, рефлекторной ответной реакцией. Но вместо этого он не спеша обдумывал свой ответ.
— Потому что, — наконец сказал он, его голос был спокойным, но в нем чувствовалось напряжение, — Коди и Стил значат для меня больше, чем любая семья. Я обязан им всем, и я никогда не встану на пути того, чего они хотят. Даже если…
— Даже если им нужна твоя жена, кто не знает, что она твоя жена? Та самая девушка, в которую
Арчер бросил на меня недоуменный взгляд.
— Я никогда не говорил, что влюблен в тебя, принцесса, — он просто выплюнул эти слова, словно они были невкусными, и это только разожгло пламя моего иррационального гнева.
— О нет? Я помню, как ты говорил мне, что не ненавидишь меня, но ненавидишь себя за то, что любишь меня. Это твои слова, не мои, — я сложила руки под грудью и бросила на него возмущенный взгляд, несмотря на то, что его глаза все еще были устремлены на дорогу.
Он насмехался. Он реально насмехался.
— Тебе, должно быть, приснилось, принцесса. Я никогда такого не говорил. Но мне приятно знать, что именно это ты надеялась услышать от меня. Прости, что разочаровал.
Ошеломленное возмущение пронеслось во мне. Я сама виновата в том, что вспомнила наш разговор накануне вечером, но чтобы он прямо отрицал, что говорил это? Это единственное признание с его стороны стало для меня поворотным моментом. Соломинка, которая разбила мою защиту в пух и прах. И он собирался сидеть здесь и отрицать, что вообще говорил это?
— Останови машину, — сказала я, мой голос был холодным и жестким.
Арчер сделал двойной дубль, как будто подумал, что ослышался.
Мои кулаки сжались на коленях, и все мое гребаное тело вибрировало от ледяной ярости.
— Арчер. Останови эту гребаную машину сейчас же!
Я думала, он будет спорить со мной, может быть, просто прямо откажется, но он не стал. Его челюсть сжалась, на виске запульсировала жилка, но он резко свернул на травянистую полосу рядом с дорогой. Мы находились на пустынном участке дороги на окраине Тенистой Рощи, в направлении, полностью противоположном тому, куда мы должны были ехать. Но, с другой стороны, это означало, что вокруг не было посторонних, которые могли бы стать свидетелями того, как я отрезал лживый поганый язык Арчера от его рта его же чертовым ножом.
Как только его машина затормозила, я отстегнула ремень безопасности и распахнула свою дверь.
— Кейт, какого хрена? — воскликнул Арчер, когда я вышла еще до того, как машина полностью остановилась. Неважно, она была достаточно медленной.
Дождь хлестал как из ведра, и через несколько секунд я промокла до нитки. Но я даже не обратила
— Мэдисон Кейт! — крикнул он мне вслед, его голос затих из-за шума проливного дождя. — Куда ты идешь?
Я ничего не ответила, только отмахнулась от него. К черту. К черту его. К черту это дерьмовое, тонкое как бумага перемирие, которое мы строили. Серьезно. Пошло оно все к чертям собачьим, а потом еще раз к чертям собачьим с кактусом в заднице.
Пусть он вернется в свой большой, старый, пустой особняк один и объяснит Коди и Стилу, что он не смог отбросить свою свинячью гордость на пять минут, чтобы восстановить отношения между нами. Если бы они действительно выгнали его, пока он не разберется со своим дерьмом, они бы не были довольны таким результатом.
Ливень заглушал шаги Арчера, пока он не оказался слишком близко, чтобы увернуться. Его огромная рука обхватила меня за плечо и крутанула так быстро, что мои каблуки зашатались в грязи. Я сохранила равновесие, отчасти благодаря железной хватке, в которой он держал меня, и подняла подбородок в упрямом гневе.
— Убери от меня руки, Д'Ат, — шипела я, мой голос был полон яда и ненависти.
— Вернись в машину, Мэдисон Кейт, — приказал он низким, угрожающим рыком.
Это заставило меня только сильнее сопротивляться.
— Или что? — усмехнулась я. — Ты собираешься отшлепать меня за непослушание? — это была просто фигура речи, в лучшем случае насмешка, но по тому, как заинтересованно вспыхнули глаза Арчера, я поняла, что только что подала ему идею.
Будь оно все проклято. Снова.
— Тебе бы это понравилось, не так ли? — ответил он мрачным шепотом, его глаза грели. — Я слышал, как ты кричишь и стонешь, когда Стил шлепает тебя по заднице во время секса. Поврежденные маленькие девочки вроде тебя всегда любят грубость.
Ярость и негодование всколыхнулись в моей груди, и я оттолкнула его от себя, сумев разжать его хватку на моей руке только потому, что он не ожидал от меня этого.
— Ты говоришь как эксперт в этом вопросе, — возразила я, мое отвращение сквозило в каждом слове. — Только не говори мне, что я не единственная девушка, которую ты уже покупал. Прямо как твой прадедушка, да?
Его лицо исказилось от ярости, но я не боялась его. Только по-настоящему слабый мужчина сражается с женщинами с помощью грубой силы. При всех недостатках Арчера, он не был слабым. Даже близко не был.
— Ты ни черта не понимаешь, о чем говоришь, Мэдисон Кейт, — сказал он мне резким жестом руки, словно вычеркивая эти мерзкие обвинения из протокола. — Вернись в эту чертову машину.
Я положила руки на бедра, стиснув челюсть, чтобы не стучать зубами.
— Нет.
Глаза Арчера сузились до щелей, как будто он не ожидал, что я буду с ним спорить.
— Садись в машину, или я заставлю тебя сесть в машину, — он угрожающе шагнул ко мне, и я рефлекторно отступила назад.