FIDES
Шрифт:
Вместо этого Нина, лишённая возможности даже послушать «приём» Северуса, достала с полки справочник по свойствам зелий. Обилие книг она приметила ещё в прошлый визит сюда. В разделе «Обезболивающие» она сразу нашла нужное по коре клёна и водорослям в составе. Издание справочника было весьма современным.
Отметив указание пить только из серебряной посуды (вот почему кубок!), Нина спустилась к заголовку «Побочное действие»: общая слабость, замедление пульса. Полностью устраняет интерес к противоположному полу на срок до суток. Несовместимо со
«Что?!» Нина так и присела с открытой книжкой. Вот это поворот!
За ширму вернулась мадам Помфри, и Снейп снял противошумовой щит, оставшись снаружи.
– Придумал тоже, лечить душевную боль зельем от физической боли… – ворчала женщина, доставая чашки.
– Что Вы, не нужно, мы уже пойдём, – остановила её Нина. – а про… душевную боль это он вам сказал? – девушка понизила голос.
– Ну да, что мол воспоминания мучают, вот и пьёт, да так только хуже будет, там же галлюцинации с этого порошка…
– Мадам Помфри, – тихим шёпотом позвала Нина, – я тут… – она протянула открытую книжку, – я верно угадала? – девушка ткнула пальцем в строки о побочных действиях.
Целительница кивнула.
– Спасибо, – Нина вынырнула из-за ширмы, – у нас дел очень много.
«Вот как, значит. Ну, погоди, Северус, будет тебе и отрава, и интерес».
Девушка потащила зельевара в подземелье, но по дороге передумала выспрашивать, зачем ему состав, слишком некрасивый вопрос получался.
– Мадам Помфри очень не советовала тебе принимать это средство, – как бы мимоходом сказала Нина. Он промолчал, расставляя на лабораторном столе склянки, пробирки и подставку для котла.
– Нарежь это, – Снейп выложил перед лаборанткой ветки и кусок полосы той шкуры, что она принесла от Хагрида.
– Амальгама и лунный камень… – зельевар суетился у шкафчиков, доставая ингредиенты, а после зажёг пламя под котлом. – Кровь дракона… Мерлин!!! Почему её вечно нет!!! Придётся выделять из настойки… – он продолжал что-то подбрасывать в котёл, передвигаясь по кабинету в подобии языческого танца.
– Что дальше? – Нина закончила с поручением.
– Швыряй в воду и помешай против часовой, – он задержался возле поросшего паутиной шкафа со старинным свитком в руках. – Интересно… но сейчас не к месту, – свиток был засунут обратно.
Раствор в котле приобрёл ярко-фиолетовый оттенок.
– Это нормально, – сказал Снейп. – А может, не выделять драконью кровь? Немного спирта не повредит… – он опрокинул колбу целиком в котёл, и зелье стало почти чёрным.
– А какое оно должно быть?
– Как бы тебе объяснить… Почти как у нас на гербе, – зелёным с серебристым отливом за счёт шерсти единорога. В нашем случае, ре-эма с амальгамой, – он подбросил в отвар несколько кореньев.
– Много ещё компонентов?
– Столько, что можно написать отдельную книгу, – с некоторой злобой ответил Снейп. – И варится оно 4
– К ночи успеем, – оптимистично произнесла Нина.
– …а потом 12 часов должно остывать при постоянном помешивании.
– Но можно ведь заколдовать эту…ложку? Или домовиков запрячь.
– Исключено. Помешивать надо с разной скоростью, менять направление и количество раз. Не забивай голову…
– Нет уж, если я лаборант, то мне надо забивать этим голову. Давай я буду мешать?
– Мешать у тебя всегда получится, – язвительно ответил Снейп.
– Северус!
– Твоя задача сегодня – выспаться.
– Ты каждый день это говоришь.
– Это каждый день является твоей задачей.
– Ещё вечер! И это ты не спал больше суток, а не я.
За разговорами коллеги не заметили, как наступила ночь, и как сварилось 4-х часовое зелье, в которое постоянно что-то подкладывали, дорезали, досыпали, и доливали.
Северус с видом механического прибора застыл на преподавательском стуле, отсчитывая время по карманным часам и помешивая в нужные интервалы зелёное с серебряным блеском варево.
– Оно получилось, да?
– Должно. Ему ещё настаиваться трое суток в темноте, – вздохнул он.
– В любом случае, быстрее, чем ждать мандрагоры…
– Да. И, всё-таки, иди спать.
– Может, хоть чаю выпьешь?
Северус не ответил, и Нина вызвала Винки и Добби. Эльфы радостно залопотали что-то о своих делах, и девушка сразу их прервала, чтоб не сбивали профессора.
– Винки, ты уже знаешь, что делать. С тебя – чай.
Зельевар, совсем помятый, всё же глядел на зелье без признаков засыпания. Нина не вовремя вспомнила ещё одно побочное действие выпитого им порошка: общая слабость.
– Северус! Иди в спальню, ты уже неделю нормально не высыпаешься! Я досижу до утра, только объясни, как правильно делать.
– Я велел тебе спать. Завтра будешь вести уроки, – он даже взгляд не оторвал от каменной ложки, которой помешивал отвар.
Нина взглянула на часы. Полночь. Завтрак в 8, уроки в 9. Всё равно первые 3-4 урока зелье ещё надо будет домешивать, – она взяла книгу, по которой зелье варилось. Здесь приводилась довольно сложная схема его размешивания, которое должно производиться через каждые 4 минуты. Читая, Нина непроизвольно крутила рукой в воздухе, запоминая последовательность. Снейп улыбнулся, глядя на её старания. В конце концов, может и правда доверить ей важное, но не запредельно сложное дело?
Положив открытую книгу рядом с котлом, лаборантка встала за спиной профессора, запоминая и его движения, а заодно намереваясь его с этого места выдворить. В спальню.
– Северус, – она положила ладони на его плечи, – я справлюсь, – шепнула девушка ему в самое ухо.
Он всё же отдал ей мешалку, и встал рядом, с полчаса пронаблюдав за её внимательными размеренными действиями.
– Идите, профессор, – улыбнулась Нина. – Ваша миссия выполнена.
Снейп вышел из лаборатории.