Фихте
Шрифт:
с) следовательно, нечто безусловным образом положенноеи на себе самом основанное есть основание некоторого достоверного(и, как то станет ясно по изложению всего наукоучения, всякого) действия человеческого духа, стало быть, являет собой его чистый характер, чистый характер деятельности, как таковой, оставляя в стороне ее отдельные эмпирические условия.
Значит, положение Ясамим собой есть его чистая деятельность. Я полагает себя самого,и оно есть только благодаря этому самоположению. И наоборот, Я есть,и оно полагаетсвое бытие благодаря
(30, стр. 67–72)
I…Первый договор о собственности вообще, включенный в государственный договор, обосновывает правовое отношение каждого отдельного [лица] по отношению ко всем отдельным [лицам] в государстве и тем самым составляет основу того, что называют гражданским законодательством, гражданским правом и т. п. Нам, следовательно, надлежит рассмотреть лишь этот договор во всей полноте, и тогда предмет нашего исследования в настоящем разделе, гражданское законодательство, будет исчерпан.
Как было показано выше, содержанием первоначального права является длительное, зависящее исключительно лишь от воли личности взаимодействие ее с чувственным миром вне ее. В договоре о собственности каждому отдельному [лицу] исключительно присваивается определенная часть этого чувственного мира в качестве сферы его взаимодействия при соблюдении двух условий: он оставляет ненарушенной свободу всех остальных в их сферах и гарантирует ее, оказывая помощь в защите в случае покушения на нее со стороны третьего [лица].
Первоначально ему присвоена сфера его свободы, как таковая, и ничего более. Эта сфера содержит ряд объектов, определенных предоставленной ему свободой. В тех пределах, в которых распространяется эта его свобода, и не далее, распространяется и его право собственности на эти объекты. Он их получает исключительно для определенного употребления; и только из этого употребления и из всего, что не благоприятствует этому употреблению, он имеет право исключать каждого. Определенная деятельность есть объект договора о собственности.
(Вспомним сказанное выше. Первой основой всякой собственности согласно понятию первоначального права является то, что я нечто подчинил моим целям. Каким же целям? Этот вопрос встает перед каждым при заключении гражданского договора, который целиком должен быть определенным и определяющим. Гарантируется лишь эта объявленная и признанная цель в вещах и ничего более, а [право] собственности на объекты распространяется лишь на достижение этой цели, что очевидно.)
II. Эти цели в свою очередь могут быть различными даже при использовании одного и того же объекта и, следовательно, очень различными для разного рода объектов. Спрашивается: нельзя ли все возможные цели гражданина все же подчинить одной единственной цели?
Личность, поскольку она действует, всегда предполагает свое собственное дальнейшее существование; цель ее нынешнего действия всегда лежит в будущем; и она является причиной в чувственном мире лишь в такой мере, в какой она ведет от нынешнего момента к будущему. Свобода и дальнейшее существование существенно связаны, и, кто гарантирует первое, тот необходимо гарантирует и второе. В нынешней деятельности содержится будущее.
Природа определила людей (мы имеем здесь дело только с ними) для свободы, т. е. для деятельности. Природа достигает всех своих целей, следовательно, она и эту цель надежно обеспечила и, по всей видимости, действительно ее достигнет. Какую же систему она могла представить, чтобы побудить людей к деятельности?
Предположим, что каждый человек имеет желания на будущее, тогда природа наверняка достигла бы своей цели, сделав так, чтобы возможность будущего вообще была обусловленадля этого существа его нынешней деятельностью.И наоборот, в желании будущего тогда содержалась бы
Но так как могли бы быть даже люди, не имеющие никаких пожеланий на будущее, то и жажда дальнейшего существования обоснована не чем иным, как нынешней деятельностью, которая сама же опять обусловлена пожеланием будущего; поскольку, следовательно, система природы оказалась порочным кругом, она должна объединить то и другое в чем-то третьем, нынешнем; таковым и является страдание(Schmerz). Если дальнейшее существование в опасности, то со страданием в настоящем связаны и нынешняя деятельность, и желание, и возможность дальнейшего существования. Это страдание— голоди жажда;и оказывается, что только потребность питания является первичной движущей силой, а ее удовлетворение— последней конечной целью государства и всей человеческой жизни и деятельности; само собой понятно, что, до тех пор пока человек остается исключительно под руководством природы и не возвышается благодаря свободе до более высокого существования, только эта потребность и составляет высший синтез, объединяющий все противоречия. Таким образом, высшая и всеобщая цель всякой свободной деятельности — возможность жить. Эту цель имеет каждый; и, поскольку свобода вообще гарантируется, гарантируется и эта цель. Без ее достижения была бы совершенно невозможна свобода, как и дальнейшее существование личности.
III. Итак, мы получаем более точное определение признанного в договоре о собственности за каждым отдельным [лицом] права пользования свободой. Возможность жить есть абсолютная неотчуждаемая собственность всех людей. Мы видели, что ему, [лицу], придана определенная сфера объектов исключительно для определенного употребления. Но конечная цель этого употребления— возможность жить. Достижение этой цели гарантируется — это и есть дух договора о собственности. Принципом всякого разумного государственного устройства является: каждый должен иметь возможность жить своим трудом.
Все отдельные [лица] заключили этот договор со всеми отдельными [лицами]. Следовательно, все обещали всем, что их труд действительно должен быть средством для достижения этой цели; и государство должно для этого предпринять соответствующие меры. (У народа голых право заниматься портняжным ремеслом не было бы правом; или же если оно должно стать правом, то этот народ должен перестать ходить голым. То, что мы предоставляем тебе право заниматься такой работой, означает, что мы обязуемся купить ее у тебя.)
Далее. Всякое право собственности основывается на договоре всех со всеми, который гласит так: мы все владеем этим при условии, что [тебе] оставляем твое. Если кто-то не может жить своим трудом, то ему не предоставлено того, что принадлежит только ему; следовательно, договор полностью ликвидируется в отношении его, и начиная с этого момента он уже юридически не обязан признавать собственность какого-либо человека. А чтобы из-за него не наступила эта непрочность собственности, все должны, исходя из закона и вследствие гражданского договора, отдать своего столько, чтобы он мог жить. С того момента, когда кто-либо испытывает нужду, никому уже больше не принадлежит та часть его собственности, которая требуется в качестве взноса, чтобы избавить другого от нужды, а эта часть по праву принадлежит нуждающемуся. В гражданском договоре с самого начала должны быть предусмотрены определенные меры для такого распределения (Repartition); и этот взнос в той же степени условие всего гражданского права, как и участие в органе, защищающем [собственность], ибо такая поддержка нуждающегося сама является частью необходимой защиты. Каждый как гражданин владеет своей собственностью лишь настолько и при условии, что все граждане государства могут жить на свои [средства]; если же они не могут [на них] жить, то она как собственность гражданина исчезает и становится собственностью всех, разумеется всегда после решения государственной власти. Исполнительная власть столь же отвечает за это, как и за все другие отрасли государственного управления, а бедняк — разумеется, тот, кто заключил гражданский договор, — имеет абсолютное принудительное право на поддержку.