Финал Секатора
Шрифт:
К тому же к середине мероприятия к музыкантам, исполняющим партии на классических инструментах, неожиданно присоединились вполне современные ударник, саксофонист и электрогитарист, а жанр сменился на какое-то подобие симфонического рока или даже металла.
Разумеется, я не только наслаждался музыкой — я мчался через полстраны не для этого. Примерно через десять минут я осторожно положил руку на подлокотник поверх ладони Нинели Кирилловны, провёл пальцами по коже — она сперва отдёрнула, но потом оставила и лишь через пару
— Вы меня смущаете, Эльдар Матвеевич…
Апофеозом первого отделения стала сольная партия гитариста, электрогитара которого неожиданно оторвалась от рук, повисла в воздухе, продолжая играть ещё минуту, а в завершении упала вместе с гитаристом, потерявшем сознание.
— Маэстро Сергей Маврин! — продекламировал Ягудин, и зал зашёлся в овациях.
Нинель Кирилловна, впрочем, аплодировала весьма слабо, и когда народ потянулся в буфет, шепнула:
— Мне скучно. Может, уйдём?
— Вот ведь, как занятно — мне только к концу начало нравиться.
— Вечно вам нравятся утяжелённые гитары, — улыбнулась она.
Отрицать это я не стал. Мы вышли в холл. После перелёта мне дико хотелось пить, но взглянув на очередь у буфета я понял, что в этот раз — не судьба.
— Как вам так удалось так быстро прилететь из Москвы?
— Из Адлера.
— Из Адлера?! — тут Нинель Кирилловна округлила глаза. — Как?!
— Ну, если я скажу, что летел на крыльях любви, то вы скажете, что я наслушался романсов…
— Скажу. Не верю! — она прищурилась и развернулась, встала рядом.
— В таком случае — я был на одной… деловой поездке, уже находился в аэропорту, когда пришло ваше сообщение. Благо, оставались билеты на ближайший рейс. Это было достаточно безрассудно, потому что не знал, шутите ли вы, или нет.
Я продолжил идти к лестнице — спуск вниз вёл к гардеробам, спуск вверх преграждала табличка «Служебные помещения. ПОСТОРОННИМЪ ВХОДЪ ВОСПРЕЩЁНЪ».
— Я тоже не знала, идти или не идти, — кивнула она, продолжив идти за мной.
— Как видите, мы не обманули друг друга, Нинель Кирилловна.
— Куда вы меня ведёте?
В конце лестничного марша путь преграждала полосатая лента, недолго думая, я перемахнул через неё и подал руку.
— Мадемуазель?
— Там какой-то тёмный мрачный коридор… вы смутьян, нас могли заметить.
— И наверняка заметили… — сказал я, и словно в доказательства нашим словам где-то внизу послышался голос охранника:
— Молодые люди! Туда нельзя!
— Скорей! — скомандовал я, и это подействовало.
Нинель Кирилловна подхватила юбку, нырнула под ленточку, побежала по коридору.
Судя по всему, здесь сидела администрация концертного зала, а может, размещались какие-то творческие объединения — дальнем кабинете горел свет.
— Куда? — спросила Нинель Кирилловна, и я указал направление к одной из дверей.
— Эй! Вы куда, шпана малолетняя! — послышался грозный окрик
Я оглянулся: типичный бывший люмпен, нахмуренный, наверняка пьющий. Нинель Кирилловна на секунду замешкалась, затем сделала шаг вперёд, шепча что-то губами.
— Уходи, здесь никого нет… — твёрдо сказала она.
— Так… здесь никого нет, — кивнул охранник, развернулся и зашагал вниз по лестнице.
Мы же нырнули в ближайший тёмный кабинет — пробивался лишь тусклый свет из окна, который выхватил пару столов с рихнерами, шкафы и пару кресел.
Я закрыл дверь.
— Вы довольны? Я совершила правонарушение, за такое могут отчислить! — сказала она, схватила меня за воротник, притянула к себе, и…
Наверное, это повлиял концерт, но в тот момент я подумал, что этот поцелуй стоил тех денег, времени и нервов, которые я потратил на перелёт. Она присела на краешек стола, мои руки начали делать своё дело, борясь с миллионом пуговок на её блузке.
Лифчик оказался кружевным. Значит, свидание действительно планировалось оказаться серьёзным. Но когда мои руки уже нацелились избавиться от этой огромной неудобной юбки, меня хлопнули по рукам.
— Нет… не здесь… — шепнула Нинель Кирилловна.
— Отель, — предположил я.
Она кивнула. По правде сказать, я к тому времени тоже подумал, что чей-то офисный кабинет — не самое правильное место для приобретения девушкой первого интимного опыта. Мы упаковались и направились вниз, мимо одурманенного охранника и прозвеневшего звонка с антракта. Нинель Кирилловна забрала куртку из гардероба, поймав неодобрительный взгляд гардеробщицы, на ходу одела, схватила меня под руку и направилась к выходу. Я же был в одной рубашке и тут же ощутил прохладу петербургского вечера — хоть дождя и не было, ветер оказался сильный, буквально сбивающий с ног.
Следующей была задача — найти отель и добраться до него. Такси и поиск по интернету я пресёк сразу — так можно было растерять весь кураж. Я просто обозрел окрестности в поисках таблички «Отель» — зал располагался в историческом центре, и они были повсюду.
И верно — через перекрёсток от нас высился приятный особнячок, где удалось разглядеть соответствующую табличку.
— Вон там, — скомандовал я, потянув за собой Нинель Кирилловну.
Мы успели сделать пару шагов, после чего я услышал голос:
— Неля!
Моя зазноба остановилась и оглянулась.
Оглянулся и я. Чуть поодаль от входа стоял паренёк в красно-чёрной кадетской форме. Рыжий, кудрявый, с жидким букетом из цветов, явно сорванных на клумбе. Сначала я подумал, что он моложе меня, но затем понял, что мы ровесники. Просто в моём случае постоянно забываешь о том, насколько молод мой организм.
Только в следующий миг до меня дошло, что он назвал её по имени на «ты».
— Неля, я думал… я подумал, что ты всё-таки пойдёшь на этот концерт…