Финал
Шрифт:
А ещё вместе с ними я создам десятки проблем, которые неизвестно, как решать. Если силу давать в любые руки, то сколько пройдет времени, когда ею начнут злоупотреблять? Чтобы избежать этого, надо придумать систему регуляции.
Но как? Форма подчинения — какой-то излишне тиранический вариант. Тогда уж вместе с ней надо тренировать зловещий смех, заказать пошив темного балахона и найти лысого кота. Или это я должен быть лысым, а кот пусть остается пушистым? Ох уж эти трудности темных властелинов…
Шуточками
Глава 6. Со скрипом
— Мам, ты звала? — вошла Амалия в кабинет.
— Да, надо поговорить. Как себя чувствуешь?
— Как когда упала в пропасть, но тебе это нельзя, поэтому вернулась.
— Юмор? — изогнула бровь Кино, — Это хорошо. Нам нужно сейчас держаться.
— Я знаю, мам. Как ты сама? Как братик? — Амалия глянула на мамин живот.
При этом рефлекторно погладила свой. Там ещё не за что держаться, но инстинкты успели включиться, оберегая самое драгоценное. Осознав свой жест, Амалия смутилась. Не до конца она ещё осознала изменившийся статус.
— Я целительница. С ним всё будет хорошо. А ты за собой следишь?
— Разумеется, — закивала Амалия, садясь в кресло, — Мам, как ты держишься? У меня до сих пор в голове не укладывается происходящее…
Голос девушки задрожал. Ей было стыдно от этого, Амалия понимала, что матери не легче, чем ей, а может и сложнее в десятки раз. Но и промолчать было выше сил. Кино на это ничего не сказала, встала из-за стола, подошла и обняла дочь.
Так они и сидели следующие минуты, молчаливо поддерживая друг друга.
— Ну всё, хватит, — вздохнула женщина, — Надо поговорить. Подкину тебе дум, чтобы заняться было чем.
— Что ещё? — невольно напряглась Амалия.
— Твой парень переезжает к нам. — Кино села в кресло напротив и уставилась на дочь, отслеживая её реакцию.
— В смысле? — глупо переспросила девушка.
— В прямом. Теперь здесь жить будет. Ты не рада?
— Эм… Погоди, я не понимаю. А что с его землями? Как он их оставит?
— А он вместе со всеми людьми переезжает. Уже начал, на самом деле. Полчаса назад уехал к себе и, думаю, где-то через полтора часа прибудет первая партия.
— Мам… Ты издеваешься? Что происходит? — нахмурилась дочь.
— Мы, в смысле я и твой брат, попросили Эдварда взять нас под свою руку.
— Стать его вассалами? — до Амалии плохо доходил смысл сказанного. — Но как же так?
— А
— Получается, мы теперь его вассалы?
— Получается, что да. Это будет скреплено вашим браком. Ты же не думала, что свадьбу отменим?
— Но…
— Сыграем сразу после траура. — твердо сказала Кино, — Уверен, твой отец одобрил бы.
— В голове не укладывается. Эдвард теперь наш глава?
— Тебя это смущает, дочь? Сама же за него замуж собиралась.
— Прости, мам, что-то я туго соображаю. А что брат? Он ведь наследник?
— Ещё он не дурак и понимает ситуацию.
— А Сергей? Игорь? От таких новостей голова пухнет, — вздохнула Амалия, потирая виски.
— Что они? Им и так править не светило, так что примут, никуда не денутся.
— Они уже в курсе?
— Да, знают. Я с ними поговорила.
— И что сказали?
— Твой брат не одобрил сначала. Потом задумался и согласился. Сергей и Игорь — они сейчас слишком подавленны, чтобы открыто возмущаться. Но я хочу, чтобы ты с ними поговорила, в первую очередь со своим братом и… скажем так, сгладила острые углы. Заодно будет, чем заняться.
— Где они сейчас?
— Патрулируют стену. Будь там аккуратнее, не лезь на рожон.
— Постараюсь, — хмыкнула Амалия, находясь под впечатлением от услышанного.
— Привет, сестренка, — махнул Артем рукой, — Ты как раз на момент затишья.
— Затишья? — переспросила Амалия, оглядываясь.
Артем сидел на капоте машины. На ней же он ездил вдоль стены, как догадалась девушка. Рядом находились одни из ворот, сейчас закрытые. На улице несло запахом гари. Здесь, до стены, всё выглядело прилично, но вот за ней… Очевидно, откуда запах идет. Брат успел повоевать с утра. Артем сидел в легкой куртке нараспашку, ничуть не боясь мороза. Впрочем, с их родовым даром холода не страшны. Вокруг него образовался круг метров пять диаметром, идеально сухой и теплый. А дальше снег покрывал асфальт.
— Да, сегодня твари что-то разбушевались, уже три раза нападали.
— За утро?
— Ага. Ты как, сестренка? В твоем положение нужно беречь себя, — усмехнулся он.
— Живая, как видишь, — улыбнулась Амалия, садясь рядом и прижимаясь к плечу брата.
Она чувствовала, что несмотря на бравый тон, братец на нервах.
— Уже в курсе про новости?
— Да, мама просветила, — ответила девушка, — Как ты на это вообще согласился?
— Пришлось, — вдохнул он, — Не то, чтобы я в восторге… А, ладно, кому я вру? Бесит меня это всё. Тебя ведь мать послала?