Финал
Шрифт:
— Я хочу отомстить.
— Право на месть ещё нужно заслужить. Но я знаю, какой ход мы сделаем. Раз уж Фея оказалась умнее тебя и хотя бы силы сохранила, то дам ей шанс реабилитироваться. Что касается тебя… Знаешь, что теперь тебя ждет?
— Всё на волю госпожи, — склонился парень ещё больше.
— Не лицемерь, Фобос. Этим ты разочаровываешь ещё больше. Тебе надо принять мрак, позволить ему восстановить силу и надеяться, что сможешь сохранить себя. Всё, уйди с глаз долой. Я лишаю тебя имени, пока ты не докажешь, что имеешь право его носить.
Тот,
Глава 11. Фундамент нового мира
В моей жизни хватает моментов, когда дни пролетают быстрее, чем успеваешь их заметить. Так было и в этот раз.
Неделя — пролетела. Наполненная тотальной самоотдачей, беспощадностью к самому себе, готовностью идти на риск… Я и не заметил, как прошло семь дней.
За это время почти удалось решить вопрос с моими землями. Мы вывезли восемь тысяч человек, ещё пара тысяч вскоре тоже отправится в путь, остальные решили остаться, но их решение может ещё сто раз поменяться. Изначально люди в целом были против переезда, но чем больше покидало земли, тем больше в народе возникал страх остаться. Так родилась цепная реакция, отчасти благодаря которой большая часть людей и переселилась. О чем думали остальные, я не знал, но собирался позаботиться и о них. Если они смогут принять мою заботу, но обо всем по-порядку.
С землями Михайловых тоже удалось отчасти разобраться и мы смогли совместными усилиями перебросить половину, где-то шесть тысяч человек. Самое выдающееся достижение приписывалось Степану. Он в одиночку, взяв с собой всех желающих, отправился пешком через город. Почти пешком… Женщины, дети, старики и больные ехали на машинах. Медленно, в общей колонне, что облегчало им путь, но совсем не уберегло от рисков.
В путь отправилось около тридцати тысяч человек. Это было на пятый день после того, как мы сняли Степана. До этого он активно вывозил всё ценное и перебрасывал людей небольшими партиями. На отчаянные меры он пошел, когда на землю Шамал ночью пришла стая демонов и перебила несколько сотен человек. Степан ночевал там же и пока справился с ними… В общем, ему стало очевидно, что и дальше оставаться без защиты нет смысла. Демоны гарантированно вернутся и их будет ещё больше.
Это был не просто страх, а статистика последних дней. Твари нападали всё чаще, не только на нас, а по всему городу. На чужих землях ситуация хуже, потому что там о людях некому позаботиться. Часть народа отправилась к Орловой, но насколько я знал, не особо большая.
Вместе со Степаном вышло тридцать тысяч, но дошли не все. Погибло в пути около двух тысяч. В чем была вина самого парня. Он предупредил о выходе нас, когда уже отправился в путь. Мы срочно выехали ему на встречу, перехватили людей на половине пути, но… Это мягкая, сладкая добыча, в реке с пираньями. Чудовища обезумели от жажды крови. С их точки зрения обед сам вышел на улицы,
Сам маг дошел едва живым. Он в буквальном смысле выкладывался на износ, стараясь поспеть за монстрами. Я видел следы побоищ. Горы трупов — это отнюдь не метафора, а суровая реальность, когда на улицах завалами лежали реально горы разорванных как тварей, так и людей.
Что сказать… После этого события Степан по праву стал самой противоречивой фигурой во всём городе, пожалуй. Тысячи людей его ненавидели, другие тысячи восхищались и благодарили. Сам я отнесся с пониманием. Я действительно его понимал, как никто зная, что каждый день давление нарастало, люди гибли, с этим надо было что-то делать, а ресурсов тупо не имелось.
Любое решение вело к смертям. Не было вариантов, как избежать трагедии. Я хотел помочь всем, рвал жилы, искал решение, но меня не хватало. В этом случае оставалось либо сдаться, либо двигаться дальше, принимая потери, как нечто неизбежное.
Не я один работал на износ. Все, кто хоть как-то мог сражаться, отдавали всех себя. Я не знаю ни одного человека, кто бы за эти дни не получил ранений. Работа на недолго утихала ночью, но и то, не для всех. Потому что ночь — это время монстров и они с удвоенной силой бросались на укрепления людей.
Что касается меня, то я и вовсе, позабыл, что такое сон. Спал урывками в те редкие моменты, когда не приходилось сражаться или развивать форму. Последнее — моя гордость. Спартак, как я его и просил, отобрал первый десяток людей, с которыми я поговорил отдельно. Пригласил их в зал, когда шла очередная погрузка.
— Буду говорить прямо и коротко, — сказал я им тогда, — Времени мало, через полчаса следующая отправка, за это время нам надо с вами всё обсудить. Есть мысли, зачем я вас собрал?
— Нет, господин, — ответил старший из них.
Дела я изучить успел. Это были лучшие из лучших в моём корпусе стражей. Как в плане физической подготовки и личных успехов, так и в плане моральных качеств. По крайней мере Спартак ручался, что эти люди не опустились и при прошлом, коррумпированном режиме. А это показатель. Потому что когда всё твое окружение грабит людей, помогает криминалу, а ты умудряешься держаться от этого в стороне — это пусть маленький, но подвиг. Мало кто способен противостоять окружению.
— Есть способ наделить обычного человека способностями мага, — сказал я прямо, как и обещал, — Метод частично обкатан и проверен на нескольких людях. Но риск всё равно остается. Начиная от случайных травм и заканчивая смертью. Делается это не по щелчку пальцев, от принявших дар потребуется тотальная самоотдача. А ещё в некотором роде отказ от прошлой жизни и взятие на себя гораздо большей ответственности, чем есть сейчас. Дело добровольное. А теперь я хочу услышать от вас вопросы. Если кому-то это сходу кажется неприемлемым, невозможным или что он не подходит, то вы можете уйти. — кивнул я на дверь, — Единственное, попрошу держать это в тайне. Скоро это и так станет всем известным, но пока болтать не стоит.