Финал
Шрифт:
В этот раз толпа плохо читалась. Все, как завороженные, наблюдали за мной, кажется, забывая моргать и дышать.
— К чему я это всё… Я хорошо знаю, что такое смерть. Сам не раз был на краю гибели. Впрочем, пережив общую трагедию и выживая последние месяцы, не думаю, что здесь остались невинные души, которые ещё не знают, как легко умереть. Тем не менее, трое из нас погибли. Погибли глупо. Возможно, вам не понравятся эти слова. Ведь как красиво может звучать, они погибли, защищая людей. Герои! Но нет. Это глупая смерть. И, если честно, я не могу вспомнить хоть одного случая, чтобы смерть была умной, красивой и возвышенной. Нет, обычно это то ещё дерьмо. Чувствуете этот запах? Разложение. Труп начал гнить, его ткани разлагаются, от него несёт дерьмом. В этом нет ничего плохого, но и хорошего тоже нет. Если кто
— Они были слабы, — раздался голос Степана, — Слабы и не обучены действовать в таких ситуациях. Они не умели драться на смерть, не умели убивать и не верили, что могут погибнуть вот так вот… глупо.
— Спасибо, — кивнул я ему, — Это правда. Они не были готовы, они были слабы. И вас ждет точно такая же участь! — вложил я в голос силу, — Если вы тоже окажетесь слабы, когда смерть подкрадется к вам! Прочувствуйте это как следует!
Я обвел взглядом людей, отмечая реакции и давая время осознать сказанное.
— А теперь урок. Этот мертвец, — указал я на тело, — Перед смертью закидывался наркотиками, которые и превратили его в чудовище, что убило наших собратьев. Вот этот наркотик, — достал я пакетик из кармана, — Белоснежный, как слеза младенца. У кого с чувствительностью получше? Что скажете?
— От него смердит, — последовал ответ.
— Именно! Эта дрянь воняет, как отборный сорт дерьма и любой, обладающей магической чувствительностью, легко это учует. У вас всех уже есть эти способности, но в зачаточном состоянии. Я хочу, чтобы вы тренировались. Прямо сейчас, на этом наркотике и этом трупе. Как следует вкусите этот запах смрада. Я хочу, чтобы вы научились чувствовать эту гадость минимум за сотню метров. Когда научитесь, шансов застать вас врасплох будет гораздо меньше. Для начала и с десяти метров будет неплохо, но сотня — это стандарт, если хотите называться воинами ордена. Лично я могу почувствовать врага на дистанции больше, чем пол километра. Что не раз меня выручало. Полезная возможность? Если да, тогда я не понял, чего вы ждете? Вперед! Только не поубивайте друг друга в давке…
Пока Рязанцев шерстил район, я решил направить своих людей в правильную сторону. Не удивлюсь, если кто-то из них отсеется, даже жду этого, но пусть так. Мы тут в не в игрушки играем. Через пару дней проведу им боевое крещение. Надо только найти подходящее гнездо монстров или мертвецов.
— Эдвард, — отвлек меня от раздумий чужой голос.
Обернулся и увидел Волчонка с мальчишками, что явно пришли с каким-то важным вопросом. Они занимались со всеми, но, скажем так, на полставки. С одной стороны Волчонок опытнее орденцев, так как начал раньше, но… Он же ещё ребенок? Не говоря уж про остальных, которые младше его.
— Чего?
— Мы тоже хотим участвовать. Полноценно, — выделил он это слово.
— Полноценно в чем вы хотите участвовать?
— Ходить в рейды, убивать тварей, сражаться, — заявил этот малолетний герой на полном серьезе, — Ты же сам начал учить и обещал сделать из нас воинов.
— Это когда я такое обещал?
— Когда выпустил против нас мертвецов, — улыбнулся Волчонок.
Хм… Вот же блин. Верно пацан говорит. Я ведь принял решение обучать их по-серьезному, а потом как-то закрутилось, завертелось и этот план отошел на скамейку запасных. Волчонку сейчас шестнадцать лет. Болтле — тринадцать недавно исполнилось. Бегунку — пятнадцать, Севе — четырнадцать. Готовы ли они? — спросил я сам себя и ответил, что да, в принципе можно тренировать. Выглядели они старше своих лет, благодаря
— Хорошо, — ответил я. — Будете теперь заниматься в основной группе. Но не думайте, что вас пошлют в самое пекло. По крайней мере пока силу в полной мере не освоите.
— Это какой уровень? — деловито спросил Волчонок.
— Когда сможешь подряд десяток тридцаток бросить. Не в зале в спокойном состояние, а в боевой стрессовой обстановке! — уточнил я.
В нашем коллективе окончательно устаканилась система измерения. Первый уровень — это самый низ, минимального размера и мощности шар, которым демона разве что пощекотать можно. Десятый уровень — это уже что-то немножко серьезное. Если встретишь слабого мертвеца, есть шансы, что уложишь его одним ударом. Двадцатый уровень — серьезный аргумент. Здесь уже многое наворотить можно. И демона поцарапать, и мертвецов пяток убить. Волчонок сейчас свободно призывал двадцать пятый, но тут надо понимать, что нюансов хватает.
Скорость создания заклинания. Количество повторов, что доступно человеку. Дальность полета и точность броска. Контроль над вариативностью, когда шар превращается в копье и так далее. А ведь есть ещё умение применять навык в бою, когда нет времени подумать, собраться с духом, подышать и настроиться…
Те, кто из первого потока неспешно подбирались к двадцатому уровню. Новички мечтали взять хотя бы десятку. По остальным пунктам — все они были медленные, тратили долгие секунды на перезарядку и не могли похвастаться выносливостью. Рекордсмены держали планку десять шаров подряд, но после этого минут по пять отдыхали. Результаты скромные, но я не сильно печалился. Каждый день показатели чуть-чуть, но росли. Со временем я из них воспитаю могучих магов.
Практика формы шара это не единственное, чем занималась группа. Развитие чувствительности, вот как сейчас с трупом наркомана. Развитие ауры очищения. Сами очищающие работы. Список, что тренировали люди был обширен и каждому приходилось работать на износ.
Шелия, Степан, измененные и сверхи стояли в ордене особняком. Озвученные стандарты работали в отношении них с горем пополам. Степан, который первые два дня радовался, как дитя, научившись видеть магию, честно пытался освоить ещё и очищение. В этом вопросе его уровень ушел недалеко от остальных людей, но… Он при этом оставался магом крови и значительную часть времени, как я знал, уделял развитию уже имеющихся способностей. Тоже самое касается Шелия и Эрминии. Может они и не так далеко продвинулись в чистом очищение, но комбинируя с уже имеющимися способностями, давали фору всем остальным вместе взятым. Более того, они ещё и семимильными шагами осваивали родовое наследие, построенное на символах.
Со сверхами почти также. В плане очищения они действовали, как и все. В вопросе старых способностей — у них явно прибавилось вариативности их применения. Тот же Матвей, который раньше создавал огненные сети, сейчас огнем управлял как ему хотелось. Человек вулкан.
Измененные — эти так вообще монстры. Они дружно решили проложить отдельный путь, вспомнив, насколько хорошо я справлялся с темными магами, и захотев стать идеальными убийцами всего магического. Очищение разрушало магию, а выдающиеся физические возможности превосходили даже то, что было доступно магам. Боюсь представить, куда они зайдут в своих изысканиях. Сейчас измененные на спор перерубали летящие в них заклинания Степана. Потому что научились их видеть! Выпусти их сейчас против любого мага и тот сильно удивится. Посмертно, так сказать.
В этом скрывалась одна из причин, зачем я создавал орден. Не в том, чтобы мои люди стали сильнее, а в том, что они сами творили что-то новое и я мог взять это на вооружение. То же разрубание заклинания… Ведь там ума много не надо. Они напитывали мечи очищением и били в самое слабое место магической структуры. Иногда было достаточно малейшего толчка, чтобы мощная магия схлопнулась.
Не побоюсь этого слова, но это ещё одна революция в мире магии!
Если могущественный маг сплетет могущественное заклинание, а его нарушат одни легким движением, то… Он потратит силы и останется ни с чем. Поэтому, рано или поздно, придется господам магам модифицировать свои наработки, чтобы подстроиться к новым реалиям. Мда… А не сделал ли я так, что магия получит мощный толчок в плане развития? И к чему это приведет…