Финал
Шрифт:
Повесив трубку, я поежилась от пронизывающего насквозь ледяного ветра, от которого голые ветки кустов гремели, словно кто-то играл на полностью расстроенном фортепьяно. Обхватив себя руками, я попыталась хоть немного согреться. Что-то было не так. Не в правилах Патча было игнорировать звонки, особенно от меня и особенно в таких опасных ситуациях. Мне хотелось обсудить такой неожиданный поворот событий со Скоттом, но он уже скрылся из виду. И если я сейчас его отвлеку, то могу поставить под угрозу всю операцию. Поэтому я двинулась в горку в сторону парковки, которая располагалась
Оказавшись на месте, я оглядела стоящие внизу неровные ряды надгробий, которые как будто вырастали прямо из травы и казались черными и мрачными. Каменные ангелы с распростертыми за спиной крыльями, казалось, парили в воздухе над землей. Луна то и дело скрывалась за облаками, а два из пяти фонарей на парковке не горели.
Белый мавзолей внизу мерцал слабым призрачным светом.
«Скотт!» – мысленно позвала я, постаравшись вложить в этот зов всю свою ментальную энергию. И когда ответом мне стал лишь резкий порыв ветра, я поняла, что Скотт меня не слышит. Я не знала, на какое расстояние могут вообще передаваться мысли, но Скотт, судя по всему, был слишком далеко.
Я присела на корточки за каменной оградой парковки и осторожно выглядывала из-за нее, не отрывая глаз от мавзолея.
Неожиданно через стену перепрыгнул бродячий черный пес, заставив меня испуганно отшатнуться. На вытянутой лохматой морде злобно поблескивали внимательные глаза. Он прошел вдоль стены, остановился, чтобы предупреждающе зарычать на меня, и скрылся из виду. Слава богу.
Теперь, когда я была нефилимом, зрение мое стало гораздо острее – но я все равно была слишком далеко от мавзолея, чтобы разглядеть все так детально, как мне хотелось бы. Дверь в него была закрыта, но это казалось естественным: Скотт ведь вполне мог закрыть за собой дверь, когда входил.
Затаив дыхание, я с нетерпением ждала, когда же появится Скотт, волоча за собой связанную беспомощную Дабрию. Минуты шли за минутами. Я то и дело меняла позу, чтобы не затекали ноги. Проверила телефон – пропущенных звонков не было. Мне оставалось только надеяться, что Патч следует плану и патрулирует кладбище со стороны нижних ворот.
Внезапно я вздрогнула от ужасной мысли: а что, если Дабрия засекла Скотта? Что, если она затаилась и напала на него со спины? Что, если она поняла, что он придет не один?
Сердце у меня ушло в пятки.
А вдруг она позвонила Пепперу и изменила место встречи уже после того, как мы со Скоттом ушли из «Дьявольской сумы»?
Хотя в любом случае Пеппер бы перезвонил мне, мы обменялись номерами телефонов.
Я была погружена в эти тревожные раздумья, когда черный пес вернулся и начал недвусмысленно рычать на меня, стоя у забора. Уши у него были прижаты, а шерсть на загривке стояла торчком.
– Пшел! – зашипела я на него, махнув для наглядности рукой.
Он оскалил зубы и начал угрожающе рыть лапами землю. Я хотела было отступить подальше от стены, на безопасное расстояние, как вдруг…
Мне на шею сзади набросили горячий провод и начали душить. Я вцепилась в шнур, чувствуя, как он все туже затягивается у меня на горле, упала на
Засада!
Черный пес продолжал лаять и метаться кругами, но я уже плохо видела его, перед глазами все плыло. Я начинала терять сознание. Собрав все свои оставшиеся силы, я сконцентрировалась на собаке, пытаясь передать ей мысленное послание: «Фас! Фас! Укуси его! Укуси того, что напал на меня!»
Я не чувствовала в себе сил, чтобы пытаться внушить что-то своему противнику, понимая, что он сразу заметит, как я копошусь в его голове. И хотя я никогда не пыталась воздействовать на сознание животных, этот пес по размерам был меньше любого нефилима или падшего ангела, и раз я смогла в свое время заставить их поверить мне, то с псом все должно быть еще проще и легче…
«Давай! Нападай!» – снова скомандовала мысленно псу, чувствуя, как сама проваливаюсь в темноту и небытие.
К моему облегчению и в некоторой степени удивлению, собака бросилась вперед и сомкнула челюсти на ноге нападающего. Я услышала, как щелкнули зубы пса, слышала, как они вонзились в плоть моего противника и как тот выругался низким мужским голосом. Голос был настолько знакомым, что я окаменела. Я знала этот голос. И я доверяла этому голосу.
Страшно разозлившись, я с новыми силами начала сопротивляться. Пес отвлек внимание нападавшего и заставил его ослабить хватку – я смогла как следует ухватиться за веревку, не обращая внимания на обожженные пальцы, и оторвать его от горла, отбросив в сторону.
Словно змея, смертоносный шнур скользнул по земле, и я сразу узнала его.
Это был кнут Скотта.
Глава 29
Но на меня напал не Скотт.
Кашляя и со свистом хватая ртом воздух, я все же успела заметить, что Данте снова бросился на меня, быстро повернулась и заехала ему ногой в живот. Он отлетел назад и рухнул на землю, вид у него был совершенно ошарашенный.
Взгляд у него сразу стал жестким.
Как и мой.
Я прыгнула на него, повалила, уселась ему на спину и безжалостно начала бить его головой об землю. Но я старалась не разбить ему голову – мне надо было вывести его из строя, но так, чтобы он мог говорить. У меня было слишком много вопросов к нему – и я должна была получить на них ответы немедленно.
«Принеси мне кнут!» – скомандовала я собаке, транслируя ей мысленно картинку, чтобы она точно могла понять мою команду.
Пес послушно подбежал ко мне, неся в зубах кнут, «дьявольская сила» почему-то на него не действовала. Может быть, этот образец для него совершенно безвреден? Впрочем, я с трудом верила в то, что происходит: я могу управлять сознанием животных. Ну по крайней мере этого конкретного животного – точно.