Финал

Курмаич Домагой

— Эй, здоровяк! — внезапно сказал он вслух, отчего все трое салротум повернулись к нему. — Скажи честно. На самом деле ты не собираешься пускать нас к вашим вождям?

Зззануда презрительно дернул крыльями и стал формировать ответ.

[Решать не мне,] — сказал он. — [Но, думаю, нет. Мы не купимся на ваши уловки. Ваш род коварен и опасен, и вы всегда жаждете это место. Когда-то оно было вашим, и вы так и не смирились с его утратой.]

Разговаривать дальше было бессмысленно —

на горизонте показались новые точки. По меньшей мере два десятка, и направляются прямо сюда.

[Советую покинуть это место,] — уже уверенней сказал Зззануда. — [Вам здесь не рады.]

Зак и Зориан молча переглянулись. И атаковали дозорных.

Осы среагировали мгновенно, вероятно, ожидали нападения. Зззануда выдернул воткнутое в землю копье и рванулся к ним со скрипящим боевым кличем; двое других потянулись к дротикам. Никто из них не достиг цели — выпущенная Заком мощная телекинетическая волна с секущим ветром смела их, как кегли. Человека такая атака превратила бы в фарш — но салротум отделались ушибами.

Прежде, чем они оправились, Зориан запустил два копья силы разной мощности. Они не стремились убить дозорных, это можно было бы сделать и первым залпом — целью было оценить защиту дьявольских ос и припугнуть племя, чтобы при следующем визите те предпочли говорить, а не драться. Так что парни швыряли троих салротум, как куклы, ломая им ноги и крылья, стараясь, чтобы приближающийся отряд видел эту демонстрацию силы во всех подробностях.

Наконец подкрепление ос подлетело на расстояние атаки — пора уходить. Зак и Зориан выдержали один залп дротиков — просто показать, что могут — и телепортировались прочь.

Они еще вернутся, и вернутся не одни.

— Ладно, теперь, когда все в сборе, можем начинать, — сказал Зориан, обводя собравшихся взглядом. — Я знаю, что между некоторыми из вас есть некие… противоречия, но мы с Заком очень благодарны, что несмотря на это, вы все пришли.

Он посмотрел на Аланика и Сильверлэйк.

В прошлый раз после ухода жреца собрание пришлось свернуть — продолжать без одного из ключевых участников было попросту неправильно. Тогда они только ввели Сильверлэйк в курс дел.

— Понятия не имею, о чем ты, малыш. Лично я была рада нашей долгожданной встрече, — сказала ведьма. — Не моя вина, что Аланик закапризничал. Казалось бы, взрослый человек должен быть в мире со своим прошлым. Не говоря уже…

— Сильверлэйк, пожалуйста, — со вздохом прервал ее Зориан. — Мы здесь, чтобы обсудить Кватач-Ичла и как с ним бороться, хорошо? Давайте вы решите свои личные вопросы как-нибудь в другой раз.

А лучше вообще никогда. Он благодарно посмотрел на Аланика, не поддавшегося на провокацию — жрец делал вид, что Сильверлэйк для него просто не существует.

— Действительно, — согласился Ксвим, постукивая пальцами по столу. — Полагаю, у вас уже есть план?

— Только наметки, — сказал Зориан. — Нам определенно

нужно застать его врасплох, и лучше под конец цикла. Чем ближе к дате вторжения, тем более предсказуемыми становятся его перемещения, к тому же большинство ибасанцев будут заняты — ему будет сложнее вызвать их для защиты или для преследования, когда будем отходить с короной. Что же до самой ловушки… ну, сперва мы собирались выстрелить в него изгоняющей пулей — если получится, это мгновенно решит исход схватки.

— Изгоняющей… тот фокус с монетой, что ты использовал в прошлом? — спросил Ксвим.

— Я все еще не могу поверить, что это сработало, — вздохнул Каэл. — Мне пришлось перечитать записи трижды. Не представляю, о чем думал прежний я, посылая тебя с таким оружием против древнего лича. Это не могло сработать.

— Это была редкая удача, — признал Зориан. — И сработало лишь потому, что Кватач-Ичл не видел во мне угрозы и поймал монетку, вместо того, чтобы отбить ее щитом или телекинезом. Сомневаюсь, что это удастся намеренно повторить — а в бою монетка просто не пройдет его щиты.

— Без шансов, — согласился Зак. — Я уже пробовал нашпиговать его артефактами. Он не пропускает ничего — а то и посылает назад. Он очень хорош в неструктурированном телекинезе.

— Не уверен, что понимаю, как это удалось, — признался Ксвим. — За вычетом стечения обстоятельств — получается, что простенькое заклятье магии душ обезвредило лича. Одолеть лича невероятно сложно — как вышло, что тысячелетний лич так легко пал?

— Потому что назад в филактерию его отослало вовсе не смешное заклятье Каэла, — ответила Сильверлэйк. — А его собственная духовная защита. Можете считать, что уязвимость к подобным дешевым трюкам — слабость, но представьте, что бы было, окажись монетка парнишки хитроумной ловушкой душ?

— Его душа была бы захвачена, и филактерия оказалась бы бесполезной, — сказал Ксвим. — Вот как. Значит, личи делают свою защиту исключительно чувствительной, отзывающей душу назад при малейшем воздействии магии душ.

— Именно, — подтвердил Аланик. — Потерять тело и все снаряжение неприятно — но это ничто по сравнению с потерей души.

— Большинство людей не стало бы постоянно носить уникальные божественные артефакты вроде короны первого императора, — заметил Зак.

— Думаю, Кватач-Ичл уверен, что может отнять корону у любого, кто бы ни забрал его… тело, — вставил Зориан. — А учитывая его уровень сил — он недалек от истины.

— К тому же, зачем тебе потрясающие магические вещи, если боишься их носить? — добавила Сильверлэйк. — Я бы тоже носила корону, будь она у меня. В детстве всегда мечтала быть принцессой…

— Отвлекаясь от неудовлетворенных детских фантазий, хотел бы напомнить, что личи по самой своей природе — могущественные мастера магии душ, и могут очень быстро перестроить свою духовную защиту, — прервал ее Аланик. — Если надеетесь изгнать Кватач-Ичла в филактерию, у вас одна попытка на цикл. Второй раз с ним этот фокус не пройдет.