Финал
Шрифт:
— Отмеченные небесами, — кисло сказал Зак. — Ура, честь-то какая…
Фасеточные глаза жреца остановились на Заке, антенны дернулись, словно пытаясь разобрать сказанное.
— Дети часто не понимают важность родительского наставления, — наконец сказал жрец.
— И что это должно означать? — раздражённо спросил Зак.
— Просто мысли вслух, — очень по-человечески отмахнулся лапой жрец. Зориан даже заинтересовался, был ли это естественный жест, или салротум имитировал человеческие привычки. — Я только сейчас понял, насколько вы молоды по людским меркам.
— Мы
— Давайте обсудим, — согласился жрец.
В безлюдной аллее на окраине Сиории симулякрум номер два рисовал на стене. Сравнительно небольшой абстрактный рисунок, отдалённо напоминающий глазное яблоко размером с голову.
На первый взгляд — обычное граффити, каких полно в Сиории. В городе толпы малолетних магов, и многие из них не стеснялись использовать изученное на стенах домов. Красящие чары просты и доступны даже новичкам.
Но его картинка была вовсе не так проста. После получаса работы Номер Два аккуратно соединил две последние линии, и сквозь рисунок на миг проступил горящий голубым сигил.
Пару секунд полюбовавшись своей работой, Номер Два положил на рисунок руку, активировал скрытую под краской заклинательную формулу и направил в неё сознание.
Почти мгновенно перед его мысленным взглядом возникло море горящих солнц, тесно переплетенных паутиной света. Его разум скользил от звезды к звезде — подобные сигилы были разбросаны по всему городу, и с этой сетью ментальная мощь Зориана охватывала всю Сиорию. Каждый дом, каждый закоулок не дальше вытянутой руки. Он мог дотянуться до кого угодно, от голубя до сильнейших магов…
Номер Два поспешно погасил сеть, опасаясь обнаружения. Никто не должен узнать, даже самые верные соратники.
Последний раз посмотрев на рисунок, симулякрум направился рисовать следующий. Часть из них неизбежно будет уничтожена хозяевами домов или городскими службами; ему необходим запас.
— Девяносто девять сигилов были на стене, девяносто девять сигилов сигналы слали мне, — вполголоса напевал он на мотив детской песенки. — Как вдруг один сигил затёрли при луне… И девяносто восемь сигилов остались на стене.
Предстояло много работы.
В тишине пустого класса Зориан и Тинами молча смотрели друг на друга.
Целых две секунды.
— Ты серьёзно? — изумилась Тинами. — Ты можешь познакомить меня с легендарными аранеа?
— Не уверен, стоит ли называть их легендарными, — заметил Зориан. — Они встречаются чаще, чем может показаться, и не особо впечатляют… Но да, я могу с ними познакомить.
Он встретился с Тинами под тем же предлогом, что и в петле — согласившись на тренировку телепатии. Разумеется, стоило ей оценить его возможности, она тут же загорелась узнать, кто его учил, и вот разговор перешёл на аранеа.
Всё это затевалось, чтобы Дом Аопэ подготовился к вторжению. В своё время, когда Зориан и Копьё Решимости привлекли их к борьбе с захватчиками, Дом показал себя великолепно — как сильные и изобретательные
Наверное, не их вина. Ходили слухи, что дом ведьм приносит неудачу — но это наверняка глупые суеверия. Будь они действительно прокляты, они не стали бы Домом…
Помимо суеверий, была еще одна проблема. Он привлекал к себе внимание Дома. Официально он просто сведёт Тинами и Дом Аопэ с аранеа, остальное его не касается — но кто же в это поверит. Он зажигал над головой огромный указатель — "этого парня стоит проверить". А ведь он не собирался привлекать внимания…
Но ничего не поделаешь. Положение отчаянное, ему необходимы все возможные союзники.
— Знаешь, а ведь ты куда интересней, чем я думала, — пристально посмотрела на него Тинами.
— Эм, спасибо, — смущенно отозвался Зориан.
— Не в этом смысле, — поспешно уточнила она. — То есть… Ты спускался в подземелья и учился там у гигантских пауков-телепатов. Я и не думала, что ты настолько… решителен.
— Сочту это комплиментом, — помолчав, ответил Зориан.
— Это он и есть, — согласилась Тинами. — Кстати, почему ты пропускаешь столько занятий? Ты ведь понимаешь, что это не пойдёт тебе на пользу? Даже если ты способней, чем кажешься, нужно поддерживать репутацию.
— Не надо нравоучений. Ты прямо как моя мать, — кажется, сравнение её отнюдь не обрадовало. — А насчёт занятий — я сейчас очень занят и не могу посещать все. Я уже поговорил со своим куратором, он дал добро. После летнего фестиваля смогу вернуться к учёбе.
Если, конечно, он и Сиория переживут фестиваль.
— Дело твоё, — пожала плечами Тинами. — Наши занятия… мы ведь будем продолжать?
— Конечно, — ответил Зориан. — Если хочешь.
— У меня такое чувство, что мне они куда нужнее, чем тебе, — заметила она.
— Есть немного, — согласился Зориан. — Но кое-чему я тоже учусь, так что всё в порядке. Это же не игра, где может быть лишь один победитель.
Он даже не соврал. Занятия с Тинами позволяли оценить, какой уровень считается нормальным для менталиста-человека. В будущем это ему ой как пригодится.
Тинами странно посмотрела на него.
— Что? — спросил он.
— Ничего, — поспешно ответила она. — Совсем ничего.
В небесах над поместьем Яску медленно кружил одинокий железноклюв. Охраняющая поместье стая давно заметила его, но пока не трогала — в какой-то мере он был своим.
Железноклювом был Зориан, принявший зелье трансформации. Безумная идея, но могло сработать…
Он осторожно приблизился к стае, касаясь их мыслей и душ, вычисляя вожаков и слабые звенья. Судомир и захватчики управляли птицами с помощью шантажа — захватив их гнёзда и заколдовав лидеров — но стая не смирилась. Птицам хватало ума понять, что придётся слушаться — но они затаили злобу и жаждали мести.
Несколько часов Зориан парил вокруг стаи, мысленно общаясь, аккуратно распуская чужие ментальные закладки. Малейшая ошибка — и он привлечёт внимание ибасанских укротителей, но Зориан был хорош. У вражеских погонщиков не было шансов.