Финал

Сантана Андрей

— Мел.

Мой голос заставил её чуть дернуть головой. Молниевая опустила лицо, и уголок шляпы скрыл его наполовину.

— Отец... — выдохнула она. Повернулась ко мне. — Я в порядке.

— Уверена? — издалека доносился вой волков.

— Нет. — Горькая улыбка. — Но разве у меня есть выбор? Моя магия самая сильная, сильнее прочих, и она не щадит никого. — Девушка подняла глаза, и они были красны от недавних слез. — И, самое скверное, говорить, что убивает она, а не я, это… это все равно что винить винтовку в том, что она стреляет. Спусковой крючок все равно нажимает

хозяин. — Она разбинтовала руки. — Теперь я понимаю Альку.

— Понимаешь? — чуть изогнул я бровь.

— Когда все закончится, я хочу уйти... — голос ее задрожал. — Оправиться куда-нибудь далеко, и, может быть, в путешествии эта боль уйдет.

Именно об этом я и предупреждал Ави, именно поэтому я ненавидел Беатриси всеми фибрами своей души. Черная Земля и так была не самым радужным местом, а теперь это непрекращающийся водоворот алого. Но все, кого затянуло туда, моя семья... Они не должны сомневаться, что крутятся в нем не в одиночестве.

Когда скупые слезинки окропили девичьи пальцы, я наплевал на статус главнокомандующего. Просто подошел... и обнял свою приемную дочку. Крепко сжал её в своих объятиях. Сначала она хотела отстраниться, тело напряглось, но с дрожащим выдохом мышцы расслабились. Она прислонилась лбом к моей груди. На несколько секунд мы послали окружающий мир к черту. Ведьмочке это было необходимо.

— Я разделю с тобой любые грехи, Мел.

Это единственное, что я мог сказать.

— Как ты с этим справляешься? — прошептала она.

— Моя твердолобость — как скала над волнами...

Легкая улыбка. Ведьма отступила на шаг, разорвав объятия.

— Странная аллегория, — провела она пальцем у глаз.

— Я в этом плох... Кхм, прости. — Это неизменный факт.

Мелони чуть поморщилась, как будто вспомнив что-то важное.

— Во время сражения я услышала голос в голове, — смотрела она то на меня, то на каменного рыцаря.

— Голос?

Мел рассказала про мигрень, змеиное шипение, зов неизвестного. Час от часу не легче. Что за херня?

— Думаю, — вступили в дело ум и начитанность девушки, — нет, предполагаю, что это был дух. Характерное движение эссенции, звериные признаки и короткая связь. Это был могущественный дух, и единственный, кто приходит на ум из-за приближения к Липкой Земле, это Дитрихкт.

— Ты все еще помнишь имя того, к кому мы шли? — потому что я не то что забыл, я даже произнести его не мог без запинки.

— Да. Ты его не слышал?

Я отрицательно помотал головой.

— Почему он обратился только ко мне?

— Ну... — бросил я короткий взгляд на ночное небо. — Скоро мы это выясним.

— Что? — удивилась Мел.

* * *

Рифа, покинув расположение центрального лагеря, все глубже уходила в глухую чащу. Услышав далекий приказ отца "Выступаем!", она лишь еще раз пожелала всем удачи, поправив наплечный мешок. Девушка уже догадывалась, что, скорее всего, дезертирует. Убедившись в отсутствии слежки, она полдня шла без остановок, позволив себе только один привал на пеньке с хлебцем вместо обеда. К сумеркам, когда она выбралась из кустов, взору предстало чарующее озеро. Спокойное,

тихое место с маленькими насекомыми, "чьи задницы", как подумала сама пацанка, светились зелеными огоньками. Подойдя к нему, однорукая умылась, не зная, что делать дальше. Встряхнула мокрыми волосами.

Позади хрустнула ветка.

Резкий разворот! Растопырив пальцы, девушка уже готовилась вытащить кинжалы из ножен, но испуг быстро сменился удивлением, а затем и искренней радостью.

— Кот?

— Рифа?

Они смотрели друг на друга. Юноша был в походной одежде, склянок на его поясе прибавилось, а на шее была намотана ткань, похожая на шарф. Они подошли друг к другу, хотели обняться, но Кот то протягивал к девушке руки, то смущался, отступая. Пацанка вздохнула, закатив глаза.

— Да целуй уже! Чего тянешь?

— П-понял! — не очень умело, даже по-детски, он впился губами в ее губы. Мимолетный поцелуйчик.

— Хм, — улыбнулась Рифа. Схватив юношу за воротник, она притянула его ближе, и теперь поцелуй получился более страстным и долгим. — Я тоже скучала, — подмигнула она.

— И... — перевел он дыхание, — я скучал.

— Меня сейчас стошнит, — продышал Крюгер басом из маски.

Он в сопровождении Герты, Калеба и Селен вышел из зарослей следом за Котом.

— Может, вам уединиться? — не удержался скобный.

— Капитан! — помассировала висок железная.

— Ах! — подняла крюк звуковая, прокрутившись вокруг себя. — Любовь — это так прекрасно! Вот бы и меня кто так целовал, — покосилась она на Джона.

— Тебе маской по лицу постучать? — продолжал ворчать старый охотник под смех Калеба.

— Почему конец света я должна встречать именно с такой компанией? — сама себя спросила Селен.

— Эм... — подошла Рифа ко всем. — А что тут вообще происходит?

— Слежки вроде нет. — Крюгер стал серьезней. — Судя по твоему выражению лица, Клиф ничего не сказал, умный засранец. — Поворот вентиля. — Сейчас объясню.

Глава 10 Разделённые

Пока Крюгер объяснял ситуацию и план Рифе, Клиф то же самое говорил Мелони. Обе ведьмы, получив такие знания, подписали себе запрет на вход в центральный лагерь, чтобы быть подальше от Беатриси. И, пока поисковый отряд выдвигался в сторону старого храма, а Берсерк думал, как ему собрать отряд в Липкие Земли, где-то на краю Черной Земли в глухой, затерянной деревушке, что не была отмечена ни на одной карте…

— И-и-и достаточно! — улыбнулся Корнар, показывая рукой, что вина довольно.

Женщина с косынкой на голове поклонилась. Её взгляд был затуманен, как и у каждого, кто жил в этой деревне. Для них демон и его ученики стали властелинами, гипнотическое внушение не изменило уклад тихой жизни, но любая просьба исполнялась, как будто так и должно быть.

— Не налегайте сильно, — улыбнулась хозяйка дома. — А то ночь на дворе.

— Ох, дорогая, когда еще предаваться порокам, как не ночью? — отпил демон. — М-м-м, — поиграл он жидкостью в бокале. — Как всегда, гадость редкая.