Финал

Сантана Андрей

Ближе к сумеркам устроили привал. Если выйдем с первыми лучами солнца и сократим путь через лисью тропу, к полудню уже будем в относительной безопасности. Относительной, потому что шанс получить пулю сменится интригами гадюки. Самое скверное — зная о всех её злодеяниях, мы все еще не можем убедить Ави. Зараза! Если бы я успел... Если бы пресек битву в тюрьме...

"Эй, не ты ли говорил, что никогда нельзя жить через "если бы"?

Хороший подзатыльник. Спасибо. Мою задумчивость также увидела Рита, когда я слишком долго не отрывал

взгляд от языков пламени, от костра.

Непринужденная обстановка, тишина, трещат ветки. Волки и ведьмы сидят кружочками на расстоянии, Мелони выводит символы в книге, Виктор и Мур позади меня, с другой стороны дерева, а Рита рядом.

— О чем думаешь? — размяла она кисти.

— Ни о чем, — подкинул я порошка в огонь. — И обо всем сразу.

— Понятно, — подтянула она колени к груди. Наши зрачки блестели, завороженно наблюдая за спокойным танцем пламени. — И снова мне... — её голос дрогнул. — Мне не передать словами, как я благодарна, что ты доверился мне.

— Прости? — не очень понял я.

— План по переселению, — закрыла она ладонью серый глаз. — Я… кхм… я все еще часть Серебряного Похода. Я хочу его успеха, желаю справедливости.

Мел оторвалась от книги, приподняв голову.

— Но, с другой стороны, это прекрасная альтернатива, — не могла подобрать слова волчица. — Словно... словно Альфа Огненнолапых поддерживает это стремление. Ух! — Рита взъерошила волосы. — Трудно описать.

— Омега ведь не оставила выбора, кроме войны. Но всегда есть несколько путей к одной и той же цели.

— Да, — кивнула волчица, и теперь мы смотрели друг на друга.

Взгляд, полный любви.

— Господа волки, смущаете, — буркнула Мел.

— Ха! — расслабился я, опираясь спиной о дерево. — Как найдешь ухажера, обязательно представь его мне.

— Ага, — покрутила элменталистка пером. — Вспоминаю, как ты реагировал на Сио в первые дни. Нет уж.

— Ау, — слабая актерская игра. — Ты ранишь чувства старика.

Мои спутницы засмеялись, и Мел снова вспомнила слова древнего змея.

— Невеста монстра. — Кажется, теперь она оценивала эти слова с точки зрения ученого. — Может, это загадка?

— Под монстра попадает… ну… — взбодрилась бурая, — практически любой волк… И даже человек не самой приятной натуры.

"Или демон", — сказала Нова внутри моей головы.

Увольте, темных чудовищ на мой век хватило с избытком.

— Эх, — отложила перо ведьма. — Пока война не закончится, думать об этом бессмысленно. — Искра промелькнула в синих зрачках. — Решаем проблемы по мере их поступления?

— Моя школа, — подбросил я в огонь еще немного порошка, от чего ввысь взмыли искры, гаснущие на лету.

Затем я услышал голос Виктора. Подслушивать было нехорошо, но острозубый, нервничая, собирался с мыслями, позабыв, что, хотя дерево скрывает парочку из виду, мы все слышим. Я прислонил палец к губам: "Ш-ш-ш". Собеседницы поддержали шпионскую забаву.

— М-Мур. — Ох, сколько юношеской неуверенности! —

Тогда, в бою, — прочистил он горло. — Я думал… думал, что... — Движение рук молчуньи, она отвечала жестами. — Нет, я правда испугался! Наверное, я еще никогда так не боялся. — Стук кулака о ладошку. — Я... Я испугался, что потеряю тебя. А ведь поклялся защищать. — Шуршание одежды. — Мы с тобой с самого начала были вместе, именно ты сберегла меня, дала возможность, и... — Виктор постепенно переходил на поток сознания, не давая ни шанса вклиниться ведьме.

Но вот опять щеки Мел раскраснелись, да и Рита прижала волчьи уши, когда мы дружно услышали быстрый поцелуйчик. Думаю, молчаливая чмокнула демона в щеку. О, острозубый не дышит, а сердце пляшет.

— Ты… кхм… хочешь воды? — быстро переключился он, напрочь позабыв о своем монологе. Мур кивнула.

Виктор обошел дерево. Простите, боги, простите, но я не удержался.

— Что у тебя с лицом, зубастый? — ткнул я кукольным пальцем на свои губы.

— Чего? — он старался сделать злые глаза. А рот застыл в улыбке, демон пытался подавить её — и проигрывал своей мимике в неравной битве. — Замолчи!

Что дамы сердца делают с нами?.. Особый вид заклятий.

— Даже не «заткнись»? — поддержала меня Рита.

Под добрый смех демоненок начал рыться в сумке. А Мур, красная до кончиков ушей, также выйдя из-за дерева, шлепнула меня по плечу.

— Эй, я, вообще-то, главнокомандующий! — приподнял я руку, защищаясь от гнева дочери.

И только с ними этот титул ничего не стоит. Просто громкое слово. «Убийца», «Бессмертный», «Непобедимый», «Берсерк», «Зверь»… Для всего мира я буду машиной смерти. И только для них... я хочу быть отцом. Держись, Клиф, у тебя закончились жизни, и встречу с костлявой надо оттянуть, пока я не буду уверен, что все сделанное не напрасно.

Центральный лагерь, как всегда, встретил нас громким оповещением. Вроде ничего не изменилось, но обстановка явно была напряженная. И, несмотря на приказ явиться к Омеге, на ковер…

— Так, — хмуро глядел я на перебинтованную руку Альки. Сама кукольница, несмотря на явное вмешательство целебных сил, все еще выглядела побито. — Если это то, что я думаю... — На меня накатила злоба.

— Был неприятный случай, — сохранила Алька улыбку.

— Беатриси? — прошипела Мел. — Она и нас навестила в разгар сражения. Поэтому лагерь снова открыт для меня.

— Задушу. — Берсерк уже скребся наружу.

— Потерпи, скоро будет такая возможность. — а улыбка-то не фальшивая. — У меня много новостей и важной информации.

— Хорошо. — Я посмотрел на семью. — Соберитесь в моей палатке. По плану Рифа должна прибыть со дня на день.

— Клиф, — успела остановить меня Алька. — Доверься мне и не подавай вида по поводу Бис.

Доверия хоть отбавляй. Сконцентрировавшись, я направился в штаб.

— Ох, Незримая! Мур, что это у тебя? — заметила "мама" рисунок на коже.