Финал
Шрифт:
Не медля, перерезаю ему сухожилия. Рывок. Впиваюсь клыками в шею. Давлю чуть сильнее, добравшись через плотную шкуру до артерии. Вкус металла: теплая кровь заполняет рот. Противостояние мускул. Секунда, еще одна. Выдернув кусок мяса, получаю удары под дых. Отступаю на несколько шагов. Калахад придерживает рану на шее, сквозь его пальцы текут алые ручейки. Странно видеть, как из призрака вытекает кровь, но она есть, еще как есть!
И в момент, когда он яростно зарычал, накапливая Берсерка, я вдруг вспомнил слова Сидри. Урок пути шамана. "Тихое море". Мой оппонент
Не ярость должна управлять нами, но мы яростью.
Закрываю глаза. Вдох, выдох. Татуировки перестали перемещаться, стали единым узором, песок вокруг замедлил движение. Кукольное дерево затрещало. Концентрируйся, Клиф... Берсерк — это зверь, который должен подчиняться.
— Ра-а-а! — снова пошел в наступление старик, а затем… сбавил темп.
Открыл глаза.
И увидел удивление оборотней вокруг. Я был спокоен, боль расползалась по всему телу, и вместе с тем татуировки расширялись, обволакивали меня второй кожей. Это мой предел. Сочетание внутренней и внешней силы. Воин и шаман в одном лице. Набрав в легкие воздуха…
— Я! — шаг вперед. — Альфа этого племени! — вспыхнула алая аура.
Я видел, видел, как сама сила, мощь Берсерков преклоняет колено. Вторые тела, которых никто обычно не видит, отделялись от всех Берсерков, сама их суть склонилась передо мной. Калахад заметил это. Татуировки на его шкуре постепенно спадали, отказывались сражаться.
— Еще не все! — не уступал старый воин. Выпад!
Я отвел его руку в сторону. Нанес контрудар точно в сердце!
— Кх!
Берсерк не питал более его призрачную плоть, неоткуда было брать топливо. Слабое сопротивление, попытки не закрывать глаза. Постепенно старик сник, смотрел на меня снизу вверх. А я пылал, горел кровавой звездой, и… он видел море, всепоглощающее море. Расслабленная улыбка. Насаживаясь глубже на мои когти, он протянул руку, но вместо удара…
Калахад приобнял меня.
— Кх, — давился он кровью. — Ты молодец, парень... — глаза его сомкнулись. — Молодец.
— Прощай, волк. Спасибо, что именно ты выбрал меня. — Резким движением я выдернул когти, вырвал еще бьющееся сердце! Призрачный орган тут же растворился красной пыльцой.
— Я буду выть, — распадался вервольф на ту же пыльцу, — вместе с тобой. Мой вождь, мой... Альфа.
Испытание было пройдено.
В круге остался только я. Выдохнул пар, собрал остатки сил.
— РА-А-А-А! — запрокинув голову, завыл и зарычал я во всю глотку. Берсерки испарялись, десятки и десятки душ присоединялись рисунками на мою шкуру, а еще больше летело из кровавой реки.
Мое племя, моя армия.
Я упал на колени. В тот же момент все стихло. Идол, треснув, развалился на куски. Алый свет исчез, тело пришло в норму, Нова начинала лечить раны, а мое падающее тело подхватила Сидри, успев в последний момент подставить плечо.
— Победа, — устало улыбнулся я, возвращаясь в человеческий образ.
— Да, Клиф, — с трепетом смотрела она. — Альфа Ярости. Сильнейший.
— Клиф! — прокатилась на коленях Рита, сев
— Жить... — сознание медленно гасло, — буду.
Голоса моих спутниц утонули во тьме. Падать было невысоко, поэтому все хорошо. Надо немного перевести дух, совсем немного. И идти менять этот мир. Спасать свою дочку.
Айвори, продолжая погружаться в бесконечную пучину, пребывала в полусонном состоянии. Вокруг была вода и тьма, но серебряная не дышала, не испытывала ничего, кроме одиночества. Подогнув колени, девушка обхватывала их руками, волосы, плавая, поднимались вверх, а слезинки на щеках ярко выделялись среди водного пространства.
— Па-па, — смогла подумать она, прежде чем снова уснуть.
Альфа злобно зарычал, оттолкнув волчицу. Завладев телом Омеги, он наслаждался всеми благами физической жизни, оттого его ложе полнилась похотливыми волчицами и, конечно, не обходилось и без самой Беатриси.
— Любимый? — захлопала розововолосая глазами.
— Что-то произошло... — процедил Альфа сквозь зубы. — Этот щенок.
Волчий бог отчетливо чувствовал появление… еще одного божества, еще одного вожака. И, пока Клиф не разобрался в этой силе до конца…
— Черт! — полетел поднос с мясом на ковер. — Собрать всех вожаков и ведьм, немедленно!
Глава 48 Плохое решение
Все отряды, выполнив свои задачи, собирались в условленном месте. Стоянка предполагалась долгой, потому на одинокой опушке раскинулось несколько потрепанных палаток и потрескивал умело сложенный костер. Отсюда до столицы оставалось всего полдня пути. Сейчас в лагере не хватало только Клифа и Риты. Алька рассказала дочерям о парящей короне над головой, Аннет — о добытых знаниях по демонологии в замке Корнара. А Рифа...
— Димир? — задумчиво переспросила Мел пацанку.
— Ага.
Ведьмы стояли около палатки.
Вокруг кипела бурная деятельность по обустройству, чтобы с комфортом провести эту ночь. Калеб следил за огнем, Крюгер ломал ветки для лежанок, Селен переговаривалась с Королевой, а Мур, на удивление, жестикулировала Корнару. Демон, в свою очередь, без проблем понимал молчунью и вел вполне светскую беседу, давая дополнительные пояснения по использованию черной эссенции.
— Хм, — поправила очки элементалистка. — Скажи слово в слово, что тебе передал этот дух.
— Да очередная непонятная хрень, — потерла затылок Рифа.
— Котик, помоги мне разложить припасы! — позвала Герта алхимика.
— И-иду, — кивнул юноша Рифе и поспешил на помощь.
Рифа вздохнула и повторила новые кусочки предсказаний.
— Это все? — взял верх в Мел ученый.
— Ага, — принялась искать пацанка сигарету, хлопая по своей куртке.
— Хорошо, — направилась ведьма в свою палатку. — Пожалуйста, не беспокойте меня, надо подумать. — И Плеть скрылась за тканью входного полога.