Финал
Шрифт:
– Этот дебил даже интервью дал!
– удивилась злая до невозможности девушка.
– Когда только успел? Я ему ... оторву!
Волкан и Честер поморщились.
– Может, тебе стоит взять два дня передышки и побывать где-нибудь за городом?
– робко подал голос менеджер, имея в виду психиатрическую клинику. Однако, ему удалось затащить ее только в кабинет продюсера, где Джулия металась, как ужаленная, выговаривая все знакомые маты в адрес не только Ромео. На этот раз она прибавила в список спесивую натуру Эрика Блайда. Алан следил за ней,
Генри тоже смотрел на взбешенную певицу, но вообще ничего не понимал и ждал объяснений, иногда поглядывая на друга. Но Волкан пока не собирался говорить.
В дверь очень вовремя постучали. Алан открыл, принял заказанные им пирожные и чай. Выставил все это перед удивленной девушкой и пригласил ее присесть. Она, как прирученная дикая кошка, послушно заняла место на диванчике рядом с Волканом. Но уминая продукты, продолжала периодически фыркать.
– Мне кто-нибудь скажет, что произошло?
– не выдержал Генри.
Алан с укором посмотрел на него, покачав головой. Честер тоже не одобрил любознательности товарища. А Джули уставилась на продюсера, словно на врага народа. Пирожное она сжимала в правой руке, как боевой снаряд. Прищурившиеся глаза уже целились.
– Ясно.
– Пожалел о своем вопросе Генри.
– Молчу.
– Алан, - задумчиво протянула девушка, отпив глоток чая с бергамотом.
– А твой отец сегодня в родовом гнезде? Может, съездим в гости?
– Дня на три!
– согласно поддакивал Честер.
– А то и на четыре!
Джули по-змеиному уставилась на менеджера, и он пояснил:
– Пока ты будешь отдыхать, мы тебе состряпаем плотный график, чтобы ты ни о чем не задумывалась!
Она немного успокоилась.
– Если хочешь, мы поедем прямо сейчас!
– предложил Волкан.
– Генри, ты же не против, если я украду твою звезду на несколько дней?
Учитывая настроение девушки, Генри был только рад избавиться от нее.
– Конечно, - согласился он.
– Только верни ее в более уравновешенном состоянии!
Алан усмехнулся пожеланию друга и увел Джулию с собой. Мужчины выдохнули и перекрестились. В последнее время они стали очень набожными!
Старый граф действительно был дома. Он встретил гостей тепло и радушно.
– Чем обязан?
– улыбнулся граф, принимая в объятия девушку.
– Алан позвонил и предупредил, что вы едите. Рад вас снова видеть вместе. Джули, ты для нас всегда будешь самой дорогой гостьей!
– Спасибо, - в ответ тепло улыбнулась ему она, слегка приобняв.
– Гарри, а не хотите ли на несколько часиков позабыть обо всем и как в прошлый раз прокатиться верхом, а?
Старый лорд рассмеялся.
– Нельзя так часто!
Девушка помрачнела. Отец Алана снова развеселился.
– Ну, хорошо.
– Я попрошу, чтобы седлали?
– обрадовалась она, не оставляя шанса мужчине отказаться.
– А может, сначала
– попытался остановить напористую девушку мужчина.
– А вы сможете нормально сидеть в седле после чая?
– ехидно заметила гостья.
– Ты права. Иди. Мы сейчас тебя догоним.
– Алан, ты, кстати, тоже едешь!
– приказным тоном заявила девушка, перед тем как исчезнуть в стороне конюшен.
Настроение у Джулии было настолько отвратительным, что влетев к конюшни, она своим видом распугала всех лошадей. Конюхи сами чуть не заржали от страха, когда рыжий ураган влетел в помещение. Но, услышав распоряжение хозяина, переданное гостьей, слуги принялись быстро седлать лошадей. Для девушки хотели выделить спокойную коняшку, на которой она ездила в прошлый раз. Однако норовистая девица уже подобрала себе собрата по душе. Ее просто манило неведомой силой к стойлу с непокорным черным скакуном. Сегодня он вел себя тише обычного. И когда Джули прошла в его пространство, не сопел и не бил копытом, чтобы запугать. Он склонил к ней голову, позволив коснуться ладонью своего лба.
– Мисс, - спохватился побледневший конюх.
– Вам лучше выйти оттуда. Джинн - строптивый. Он любимчик бывшей хозяйки. И после ее смерти никого к себе не подпускает!
Но Джулия не слышала голоса напуганного мужчины. Она смотрела прямо в глаза животного и видела в них что-то такое, чего не замечал раньше никто.
– Не хочешь размять ножки?
– заговорила с ним девушка.
– Тебе, наверное, надоело уже стоять здесь?
Конь внимательно слушал, отвечая на ее вопросы кивками и ржанием.
– Вы оседлаете его для меня?
– спросила, наконец, обратившись к замершему словно статуя, напуганному и удивленному одновременно конюху.
– Простите, мисс. Но он никого к себе не подпускает. Его выводят только для пробежки по кругу.
– Пояснил человек и отодвинулся подальше.
– Хорошо, - прошипела Джулия.
– Тогда скажите как, и я сделаю все сама.
Конюх сдался, наблюдая, как девушка потащила за собой седло и потник. Он указывал, что делать, и с нескрываемым удивлением подмечал, как капризный Джинн терпеливо ждет, когда его закончат седлать. Разобравшись с подпругой, девушка ловко вскочила в седло.
– Открывай, - крикнула она слуге, распахнувшему заслонку.
Как раз в этот момент в конюшне появились уже переодетые господа, с раскрытыми ртами замершие у входа.
– Джулс, слезь с него!
– попытался приказать Алан, испугавшись за сохранность девушки.
– Он сбросит тебя!
Но она лишь коварно усмехнулась в ответ на замечание и пришпорила коня. Джинн вылетел из загона конюшни, как пущенная стрела. Помчался вперед, весело и быстро, радуясь возможности размять ноги. Он любил свободу, просто раньше ему не с кем было ее разделить. А теперь... Джули радовалась так же, как он, ловя ветер, чувствуя его на своем лице. Проблемы разлетались на кусочки под копытами Джинна.