Финальная бойня
Шрифт:
— А чего он вообще на Молодого взъелся? Столько народа на смерть отправил.
— Да хрен его знает. Убить почему-то хочет. Но, думаю, есть, за что. Шеф просто так ничего не делает.
— Ну да, — кивнул второй. — Ладно, давай на маршрут. Неуютно мне. Ещё и птицы эти орут.
— Давай. А я пока посты проверю.
Второй остановился, продолжил парить. Первый двинулся в мою сторону, и это было проблемой. Ещё несколько шагов, и он заметит меня.
Убрать его незаметно не получится. Я вскинул пистолет, прицелился в голову, нажал на спуск, но охранник запнулся о неровно лежавшую
Попадание в голову. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
— Тревога! — заорал второй, вскинул автомат и веером выпустил в мою сторону очередь.
Секунду спустя заорала сирена. Точно такая же, как в Казани. Ее звук заставил меня скрипнуть зубами. Как я ее ненавижу.
Все полетело к чертям! Попытка скрытного проникновения провалилась, и оставалась только резня. Старое доброе ультранасилие.
Глава 24
Пули косили живую изгородь выше меня. Я навёл перекрестие тепловизионного прицела на силуэт охранника и несколько раз подряд нажал на спусковой крючок. Попал. Парень дернулся, завалился на землю.
Сморгнув уведомление интерфейса, я сменил магазин в пистолете и убрал его в кобуру, схватился за рукоятки автомата. Темноводов, скорее всего, попытается сбежать или спрятаться. К тому же я почему-то уверен, что сюда уже едет подкрепление. Сомневаться в этом не приходится.
Да так оно и есть, скорее всего.
На камеры и остальное можно уже не отвлекаться, бежать самым коротким путем. Спасти меня может только скорость.
Поднявшись на ноги, я рванул вперёд по отрисованному интерфейсом маршруту через лабиринт. Услышав сбоку шаги, вскинул оружие, сориентировавшись по тепловизору, навёл автомат на бегущего по перпендикулярному коридору человека и утопил спусковой крючок. Он запнулся и упал. Я побежал вперёд, высунулся, навёл ствол ему в голову и нажал на спуск.
Попадание в голову. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
Ага, значит, сперва я его не дострелил. Ну ладно.
Побежал дальше. Из-за поворота послышались шаги, причем, это был уже не очень человек. Запустив руку в подсумок, я выхватил гранату, большим пальцем сорвал предохранительную крышку, с хрустом вдавил кнопку и метнул ее вперёд, низко, параллельно земле. В темноте ее и не заметишь сразу.
Сам бросился ничком. Послышался взрыв, крики. Вскочил, побежал дальше, выбежал на площадку.
Я наводился и стрелял быстрее, чем думал. Выстрел — и тянущийся к оружию охранник заваливается на землю и обмякает. Ещё выстрел, и второй, хрипящий и пускающий изо рта кровавые пузыри, падает. Третий, четвертый, пятый. Похоже, что я уничтожил целый патруль.
Чуть в стороне был фонтан, керамическая чаша оказалась разбита, и вода бодрой струёй бежала на землю, растекаясь по брусчатке большой лужей и уходя в щели между плитами. Так, дальше.
Вперёд, к дому, осталось совсем немного. Поворот, ещё поворот, прямо метров тридцать, мимо фонтанов. Сирена заглушила все звуки, воду, крики птиц. Помимо нее я слышал только тяжёлые
Я вывалился из лабиринта и увидел особняк, совсем рядом. На эту сторону выходила огромная лоджия, на которой, наверное, можно было собрать тридцать человек гостей, я даже заметил газовый мангал и стулья. И почему-то я уверен, что Темноводов жарит на нем вовсе не синтетические колбаски, а что-нибудь вроде стейков из мраморной говядины. То, что мне приходилось есть всего пару раз в жизни.
В дом вела небольшая дверь. Я подскочил к ней, услышал рядом шаги, резко развернулся, вскидывая автомат, и нажал на спуск. Выбежавший из-за поворота охранник споткнулся и упал.
Попадание в грудь. Пробитие брони. Множественные ранения грудной клетки. Повреждения внутренних органов. Мгновенная смерть.
Я рванул на себя створку двери, держа в правой руке автомат, навёл ствол на врага, сориентировавшись по отрисованной интерфейсом линии, нажал на спусковой крючок. Оружие дернулось гораздо сильнее, чем обычно, всё-таки я держал его одной рукой, но «базуки» позволяли мне проворачивать и такие фокусы.
Враг был в броне, но она не стала преградой для пуль с обедненным ураном.
Попадание в грудь. Пробитие брони. Множественные ранения грудной клетки. Повреждение внутренних органов. Мгновенная смерть.
Я тут же перевел ствол на второго врага, который вскинул автомат и нажал на спусковой крючок. Его линия прицела тоже была отрисована, баллистический процессор работал во всю мощь.
Ускоритель рефлексов сработал, я рванулся в сторону, разминувшись с красной полосой, пули размолотили дверной косяк. Мягко выжал спуск.
Попадание в грудь. Пробитие брони. Множественные ранения грудной клетки. Повреждение внутренних органов. Мгновенная смерть.
Дверь вела в кухню, огромную и сделанную по всем современным стандартам. Думаю, что не во всех элитных ресторанах Новой Москвы есть такие, что уж говорить о тех, который я посещал раньше. Здесь пахло металлом, дезинфицирующим средством, кровью и порохом. Ну и уксусом. Думаю, что я до самого конца жизни буду чувствовать этот уксусный запах, которым воняли зомби.
Кухня — неплохой способ войти. Через эту дверь, очевидно, завозили продукты, ведь Темноводов однозначно принимал здесь гостей. Тут и подъезд был специальный, дорога вела от самых ворот усадьбы, но я по ней не пошел. Уж слишком велик был риск спалиться.
Камер на кухне тоже оказалось достаточно, видимо, охрана следила за этим местом, и как за ещё одним входом, ну и за рабочими, наверняка. Интерфейс отметил шесть штук под потолком, в поле зрения было все помещение. Но мне уже не было никакого резона прятаться. Это будет последнее дело, в котором я буду участвовать, а потом у меня будет новая личность, новое лицо и новая жизнь вдалеке не только от Новой Москвы, но и вообще от России.
Я двинулся в сторону выхода из кухни, увидел на мини-карте отметку. Ага, один. Либо самоуверенный, либо ещё не до конца понимает, что происходит. Возможно, хочет застать меня врасплох. Ну, всякое бывает.