Фокусник

Сувира Жан-Марк

— И что? — спрашивает Мистраль.

— Вы сами увидите, — только и отвечает Кальдрон.

Он берет пульт и ускоряет воспроизведение, а потом замедляет. Картинки снова прокручиваются скачкообразно.

— Почему изображение так скачет? — спрашивает Мистраль.

— Потому что оно получено с камеры наблюдения и перенесено на DVD. Если бы запись производилась нормально, в режиме реального времени, понадобился бы слишком большой носитель. А если программировать включение записи каждые пять секунд, это позволяет

впихнуть больше материала в тот же объем носителя. На этом DVD собраны кассетные записи за несколько дней.

На экране пассажиры стоят в профиль — очевидно, смотрят на перрон. Потом они постепенно поворачиваются направо, в сторону скамеек. Мистраль спрашивает себя: что же может привлечь здесь внимание? Поскольку в объектив камеры попали именно пассажиры, они скрывают от зрителя сидящих. Потом на протяжении двух или трех секунд появляется пространство между двумя стоящими людьми, и Мистраль видит прямо перед собой мужчину и мальчика. Ребенок наблюдает за руками взрослого, а тот вертит в пальцах игральные кости. У Мистраля перехватывает дыхание. Пассажиры же снова скрывают сидящих, на сей раз разворачиваясь к перрону. После отхода поезда ребенок уже сидит на скамейке в одиночестве.

— Это Фокусник? — спрашивает Мистраль.

— Похоже на то.

— Нужно отмотать на ту картинку и остановить, рассмотреть хорошенько его лицо.

— Я уже пытался, но получается не очень-то здорово. Он слишком быстро пропадает. Изображение расплывчатое, распечатать в пригодном качестве не удается.

— Не страшно. Если это он, мы ведь впервые его видим, знаем, как он выглядит. Так странно смотреть на человека, разыскиваемого уже двенадцать или тринадцать лет!

— Да, верно, это все меняет. Наконец-то он материализовался, пусть хоть так.

— Откуда у вас эта запись?

— Я был в секретариате. В это время прибыл курьер из Управления железных дорог и принес DVD для Сирила Дюмона. Я позвонил руководителям групп, работающих под его началом, — судя по всему, они ничего не знали о расследовании такого рода. Я взял на себя смелость посмотреть, что это за материал, — и вот что обнаружил. А теперь что мы будем делать? — Кальдрон кивает в сторону телевизора.

— Ничего. — Мистраль размышляет. — Ну пока мы ничего не скажем Дюмону: я предпочитаю дождаться, пока он сам заговорит со мной на эту тему, хочу оставить ему шанс. Вы же сейчас отправляйтесь в службу технической поддержки — пускай распечатают нам несколько фотографий этого типа. Их нужно показать мальчику из шестнадцатого округа, малышу с улицы д’Аврон и моей жене. А там видно будет.

— Снимок будет не очень-то удачный.

— Я знаю. Но больше у нас все равно ничего нет. Попробуем работать с этим.

После ухода Кальдрона Мистраль некоторое время пребывает в сомнениях: в какой-то момент он собирается вызвать Дюмона и

спросить его о том, что он скрывает. Но потом решает дать ему шанс самому все рассказать. В итоге он отправляется к Геран. Узнав новость, она хочет немедленно потребовать объяснений от Дюмона. Однако Мистраль просит ее не торопиться и дать Дюмону возможность сделать это по собственной инициативе. Однако, поскольку тот взял двухдневный отпуск, придется подождать. Она нехотя соглашается.

Через два часа Кальдрон возвращается в отдел примерно с пятьюдесятью экземплярами фотографии мужчины с мальчиком. Мистраль пристально разглядывает мутное изображение этого типа: лицо у него невыразительное, и видно, что он настороже. Комиссар в восторге оттого, что наконец знает, как выглядит этот человек: он убежден, что перед ним именно Фокусник. Никакого формального доказательства у него нет, лишь ощущение. Он не может оторвать глаз от фигуры маленького человека.

— По крайней мере, — говорит он, — мы впервые видим его. И хотя картинка получилась не слишком удачной, мы все же получили нечто конкретное.

— Надеюсь, это нам поможет. Я хотел бы разделить ваш оптимизм, но я суеверен, и пока мы не будем знать наверняка… — с сомнением в голосе произносит Кальдрон и не оканчивает своей фразы.

— Вы правы! Но на данном этапе нужно хвататься за все, что у нас есть, лишь бы только остановить его.

— Полностью с вами согласен!

— Венсан, не забудьте сделать подборку похожих фотографий, чтобы вы могли их показать свидетелям вместе с особо нас интересующей.

— Само собой. Один из моих ребят как раз сейчас делает негативы, чтобы подыскать подобные изображения. — Потом он добавляете иронией, надеясь, видимо, разрядить обстановку: — Ясно, что, если фотография этого типа окажется среди портретов щекастых усатых дядек, первый же адвокат-стажер разнесет наши доказательства в пух и прах.

Мистраль отвечает на это замечание натянутой улыбкой: он чувствует, что расследование набирает темп и нельзя ничего упускать.

— Когда все будет готово, начните с секретаря Тревно — так мы сэкономим время, не надо будет журнал посещений изучать. Если такого человека среди его пациентов нет — значит, мы не будем ими заниматься.

— Я ей позвоню и договорюсь о встрече.

— Хорошо. Начиная с завтрашнего дня берите свободных людей и отправляйтесь на Северный вокзал: если получится, доберитесь до мальчика, а еще спросите в службе охраны, кто заказывал этот диск и зачем, и пусть они продолжают все снимать на камеру.

Мистраль встает и идет к доске — зафиксировать там достижения последних дней в расследовании дела Фокусника. Потом он поворачивается к Кальдрону:

— Если этот тип действительно Фокусник, то в ответ на давление он непременно выйдет на охоту.