FOL
Шрифт:
За поляной начиналась низина, с еще не просохшей после недавнего дождя почвой. Иван мельком глянул в ту сторону и остановился как вкопанный. На влажной глине темнел четкий след лапы. Здесь явно прошел какой-то зверь, причем зверь крупный. Острые когти глубоко впечатались во влажную глину. Иван сразу понял, что след свежий. Он не был охотником, но это было ясно и так. Вчера вечером был небольшой дождь, а след четкий. Значит, зверь бродил совсем недавно. Возможно, даже сегодня.
От этих мыслей Ивану стало плохо. Кроме камней и палок у него нет никакого оружия. Ах, да, еще складной
Иван вспомнил, что в самый первый день, когда оказался в этом мире, он уснул возле водопада в горах, а кто-то недобро смотрел на него из чащи леса. Страх, который он ощутил тогда, вернулся снова.
Иван быстро пошел в сторону дома, постоянно оглядываясь и ускоряя шаг. В спешке не заметил торчащий корень, споткнулся, и кубарем покатился по земле, чуть не переломав себе руки и ноги. Грибы вылетели из сумки, и рассыпались по земле. Иван вскочил на ноги и дальше побежал, не разбирая дороги.
На берегу, у дома все было тихо и спокойно. Иван зашел в дом. Плетеная из травы дверь выглядела слишком хлипкой. Теперь дом совсем не казался надежным убежищем. Для сильного зверя разломать такой дом – пара пустяков. Он построил не надежное убежище, а домик ленивого поросенка Ниф-Нифа.
Первые три дня, после того, как обнаружил след зверя, Иван провел на берегу реки, ловя рыбу и собирая орехи. Постоянно носил с собой тяжелый увесистый камень. Прекрасно понимая, что появись зверь здесь, вряд ли это булыжник сможет как-то его защитить.
Надеяться Ивану здесь было ни на кого и не на что. Разве что только на Бога. Эта мысль показалась ему очень важной и серьезной. Иван нашел две более–менее ровные палки и связал их травой вместе. Получился крест. Иван прикрепил крест в углу своего убогого жилища, и решил помолиться. Слова как-то сами лились из груди. У Ивана на глазах даже навернулись слезы. Особо верующим он никогда не был, в церковь не ходил, но всегда считал, что что-то там наверняка есть. И сейчас, вдруг оказавшись один на один с неведомой опасностью, он со всей очевидностью понял, что кроме Бога надеяться ему здесь абсолютно не на кого.
Иван вспомнил, как некоторые его приятели с усмешками и кривляньями говорили про церковь и верующих. Тогда Иван не придавал этому значения. Сейчас Ивану совсем не было смешно. Сейчас он охотно взглянул бы на тех своих приятелей, окажись они здесь, рядом с ним.
Пару дней Иван просидел дома, но голод погнал его снова на поиски пищи.
Далеко углубляться в лес он теперь побаивался, поэтому пошел вдоль берега моря.
За очередным поворотом берега ему послышался какой-то непривычный звук. Остановился прислушиваясь. Было явно слышно, как разговаривали между собой два человека. Один говорил быстро и порывисто. Другой отвечал односложно, то ли соглашаясь, то ли отказываясь от чего-то. Слов было не разобрать. Ветер с моря сносил звуки в сторону. Иван остановился, напрягая слух. Здесь, люди?
Он пошел на голоса, раздвигая ветви, закрывающие обзор, и вдруг очень близко увидел темные силуэты двух людей, стоящих близко друг к другу. Он даже вздрогнул от неожиданности.
Это
Молодые люди заметили Ивана, и тоже вздрогнули от неожиданности. Девушка вскрикнула, и мгновенно скрылась в кустах. Юноша не испугался. В его руках, появилось короткое копье, и острие уперлось в грудь Ивана. Наконечник копья был металлическим. Не из кости, не из камня, из металла, причем явно металла хорошего, возможно даже стали. Иван поднял руки, демонстрируя раскрытые ладони. Булыжник, который он нес всю дорогу, остался лежать в песке.
Юноша о чем-то быстро заговорил, явно спрашивая. Язык Ивану был не знаком. Собираясь в Бразилию, он пытался учить португальский, и даже в этом деле немного преуспел. С помощью разговорника мог составить отдельные фразы, и надеялся, что поймет ответ. Но юноша говорил не по-португальски.
Иван постарался ответить ему уверенно и спокойно. Естественно по-русски. Экспериментировать с португальским не было смысла.
– Я с разбившегося самолета. Пассажир. Из России. Меня зовут Иван.
Юноша опять что-то спросил, не опуская копья.
– Иван, - еще раз повторил Иван, для убедительности показывая себе на грудь.
– Я – Иван, а ты?
Юноша опустил острие копья к земле.
– Тапу Ливи.
– Тапу Ливи? – переспросил Иван.
– Тапу Ливи – повторил юноша, показывая себе на грудь. Острие копья не поднялось вверх. «Уже легче», - подумал Иван.
Юноша что-то крикнул, и из кустов боязливо вышла девушка.
– Ароха, - показал на нее юноша.
– Очень приятно, - ответил Иван. – Я тут живу неподалеку…
Он показал в сторону своего дома.
– Надо кое-какие вещи забрать.
Юноша явно никуда не хотел идти. Девушка настороженно держалась за ним. У Ивана в доме оставалась кожаная куртка, в кармане которой лежал кошелек с деньгами. Все это как раз сейчас, когда он нашел людей, могло очень даже пригодиться.
Тапу Ливи что-то быстро начал опять говорить Ивану не двигаясь с места. В отчаянии, пытаясь объяснить своим новым друзьям, чего он хочет, Иван стал лезвием ножа рисовать на песке картинки. Вот дом, вот человечек идет вдоль моря, вот он встречает двух человечков, и они втроем возвращаются к дому.
Тапу Ливи похоже понял, и они пошли в сторону дома Ивана. Юноша держался настороже, крепко сжимал древко копья и внимательно поглядывая по сторонам.
«Эге, - подумал Иван, - они, похоже, знают о существовании зверя и всерьез бояться его».
От дома он, слава Богу, ушел недалеко. Через полчаса они были уже на месте. Иван зашел в дом, взял куртку. Больше ничего его здесь не удерживало.
Обратно шли почти бегом. Юноша и девушка чего-то сильно боялись. А когда поблизости раздался треск ломаемых ветвей, аборигены бросились бежать со всех ног. Иван старался не отставать. Кто-то большой и тяжелый шел за ними.