Форель
Шрифт:
Андрей отодвинул тарелку и попросил принести кофе. Официантка кокетливо попеняла:
– Вы совсем не поели!
Он отослал ее, не ответив на улыбку.
Зазвонил телефон. Это был Марек. Его голос звучал странно:
– Андрей Владимирович… Только, пожалуйста, без вопросов. Подъезжайте прямо сейчас в «Посольство красоты».
Барсенев хотел вскипеть. Он не позволял никому – даже верному Мареку – ломать свои планы на день. Но было в его голосе нечто… Андрей выдохнул:
–
– Не совсем. Пожалуйста, выезжайте прямо сейчас. Я вас жду.
– Нет, Костомарова сегодня никуда не записана. Если хотите, я могу позвать косметичку… Что вы, на тренажеры она вообще ходит по вторникам и четвергам. Нет, и в солярий она не собиралась…
Администраторша растерянно смотрела на Барсенева. Марек дышал за его плечом.
Андрей выхватил мобильный телефон. Наташа ответила со второго звонка. Голос запыхавшийся:
– Андрейчик, солнце… Я только что с тренажеров… Дай хоть душ приму!
Барсенев стоял в холле «Посольства красоты» и провожал взглядом уставших девушек, которые гурьбой выходили из тренажерного зала. Было три часа дня. Он не сдержался – отодвинул администраторшу и заглянул в зал. Пусто.
Андрей ничего не сказал. Они с Мареком молча вышли из салона. И только на лестнице Барсенев спросил:
– Ты знаешь, где она?
– Знаю. Вылетела в Адлер рейсом в 12.30. Самолет приземлился полчаса назад. Я звонил в справочную.
В начале октября в Сочи наконец началось бабье лето. Курортники с облегчением поснимали свитера и направились на пляжи. Кафешники вновь вынесли на улицу столики-зонтики.
В два часа дня Дронкин на арендованном «Мерседесе» выехал из подземного гаража «Рэдиссон-Лазурной». Он вырулил на Курортный проспект и не спеша направился в сторону центра. За вишневым «мерсом» осторожно следовала белая «девятка» с местными номерами.
Дронкин ехал осторожно, ловко уворачиваясь от южных лихачей на потрепанных «Волгах». В два пятнадцать он припарковался на платной стоянке возле гостиницы «Москва». Закрыл машину и, помахивая барсеткой, отправился в сторону набережной. Проходя мимо летнего кафе «Платан», Дронкин взглянул на меню, пару секунд поколебался и вошел внутрь.
…Самолет из Москвы приземлился в половине третьего. Пассажиры вышли без десяти минут три. Наташа шла в толпе и чему-то улыбалась. Она уверенно отмахнулась от назойливых таксистов и обратилась с вопросом к человеку в летной форме. Тот показал ей на неприметный боковой коридор. Наталья поблагодарила и ускорила шаг.
Двое в спортивных костюмах поспешили за ней.
Марек сидел в своем крохотном кабинетике и принимал донесения. Андрей скинул пиджак, распустил галстук и беспрерывно курил.
Ему сорок лет. Позади десять лет в жестоком
Ему казалось, что он все уже знает, все уже проходил. И страсть, и отчаянье, и победу, и предательство… Выходит, он ошибался…
Несмотря ни на что, он до последнего дня верил Дронкину. И Наташе тоже верил.
А эти двое сейчас встречались в Сочи. Встречались за его спиной.
Зачем? И имеет ли отношение к встрече бандит Жмыхов? Или это для них просто романтическое путешествие?
Андрей скрипнул зубами и набрал номер приемной Дронкина. Секретарша на голубом глазу отчиталась, что ее шеф на переговорах под Волоколамском – «там зона приема слабая, мобильный берет плохо».
А Наташенька так же умело врет, что гоняет на тренажерах в «Посольстве красоты»…
Марек оторвался от телефона. Доложил – в его голосе прозвучало что-то похожее на соболезнование:
– Наталья в пятнадцать тридцать вылетела на вертолете «Ми-2» из Сочи в неизвестном направлении.
– Твои ребята с ней?
– Невозможно. Вертолет зафрахтован на частное лицо. Пассажиров не берут.
– Что Дронкин? – спокойно спросил Андрей.
Марек сбавил тон:
– Дронкина упустили. Он вышел через служебный вход кафе «Платан» и у своей машины не появлялся.
Андрей тяжело сел в кресло:
– Давай заначку.
Марек понимал шефа с полуслова. Он тут же вытащил из ящика стола плоскую фляжку с «Мартелем».
Андрей сделал добрый глоток.
Снова зазвонил телефон.
Марек с непроницаемым лицом выслушал доклад своих подчиненных и положил трубку:
– В шестнадцать ноль-ноль на посадочной площадке виллы Жмыхова приземлился вертолет «Ми-2».
Андрей вернулся домой в двенадцатом часу вечера. Вся квартира была залита светом. Наташа встретила его в коридоре. Она сияла. Андрей с трудом выдавил:
– Ты?..
Она искренне удивилась:
– А где же мне быть? В такое-то время?
«Не догадывается, что я обо всем знаю, – горько подумал Андрей. – Но какова артистка!»
Наташа светилась непонимающей улыбкой. Ее кожа отливала легким бархатистым загаром.
– Ты была в солярии? – значительно спросил он.
– Ага. Двадцать минут погрелась, – простодушно ответила Наташа.
Она и вправду не подозревала, что он все знает, и продолжала его дурить!
Поторопила:
– Ну, чего ты встал в коридоре… Пошли скорей, у меня для тебя сюрприз.
Он, как в полусне, прошел за ней в столовую.
Белое вино, свечи, нарезанный лимон, серебряные приборы.
– Мой скорей руки, а то переспеет. – Наташа ринулась на кухню.
Вернулась с фарфоровым блюдом. Андрей не чувствовал соблазнительного запаха.