Фотограф

о’Лик Франсуаза

– А-а, – в голосе Лили звучало явное облегчение.

Клиентка с мужем – никакой угрозы, никаких причин для ревности. Так вероятно она решила, а зря. Знай она меня получше, то это бы вряд ли ее успокоило. Но Лиля не знала меня, и это было к лучшему. Мне хотелось повторить наш раунд в постели ещё раз в самое ближайшее время!

А там, глядишь, и с девушкой в сером всё решится. Она ведь меня обманула! Притворщица.

И все равно, когда я увидел ее фото в рекламном постере, когда сообразил что к чему и чем ей это грозит… забыл и про Лилю, и

про Никитоса. Пулей вылетел из квартиры и помчался предупредить ее. Хорошо, успел вовремя! Этот ее муж – черт знает, до чего он мог дойти. Конечно, всё это для него выглядело паршиво, но бить женщину? Это уже через край.

Женщина создана для наслаждения! Даже если она притворщица.

Я фыркнул и покачал головой. К черту мысли о девушке в сером! Лиля – вот кто был честен со мной. Я глянул на неё – она успела сходить в душ пока меня не было, а Никитос накормил ее завтраком. Или обедом.

– Какие планы на завтрашний вечер? – спросил я, закидывая руку ей за плечи и запуская пальцы ей в волосы.

Хорошая штука – такси! Прямо таки создана для ласк.

Лиля прикрыла глаза от наслаждения, а потом, хитро взглянув на меня, языком надавила на щеку изнутри, имитируя вид во время минета. Черт, вот это я понимаю – прямолинейность!

– Отличные планы, птичка, одобряю, – усмехнулся я и ещё раз почесал ее, как кошку. – Я позвоню тебе ближе к вечеру.

Мы подъехали к ее дому, и она вышла из такси, подставив свою попку для сочного шлепка. Таксист посмотрел на меня с завистью – да, брат, я и сам порой себе завидую!

Вскоре я уже пересел за руль своей тачки, которая прождала меня всё это время у клуба. До встречи оставалось минут двадцать, и я ехал не слишком быстро, барабаня пальцами по рулю и настраиваясь на переговоры.

Я хотел выкупить студию – платить аренду мне порядком надоело. В банке обещали выдать кредит на нужную сумму, и если всё пройдёт гладко, то я стану владельцем здания почти в центре города!

Владеть такой недвижимостью было чертовски статусно, но эти мысли отчего-то вернули меня к девушке в сером и ее мужу-уроду. А точно, он ведь тоже владел какой-то недвижимостью в городе. Девушке в сером везло на подобных мужчин вокруг себя, – хмыкнул я, но тут же одернул себя – я не собирался вертеться вокруг неё! Во-первых, она обманула меня. А во-вторых… да к черту такие проблемы! Вот Лиля, например, – всё четко и по делу. Секс – так секс, минет – так минет. А не вот эти вот заигрывания с облизываниями пальцев и последующим “извращенец”!

Я подъезжал к месту встречи, когда зазвонил мой телефон. Звонила юрист, которая сопровождала будущую сделку, и попросила перенести встречу по непредвиденным обстоятельствам со стороны владельцев.

Тут я ничего не мог поделать, только выругался от души – я ненавидел переносы, когда я уже настроился.

С другой стороны – можно было ехать домой. Я надеялся, что девушка в сером ещё спала, потому что иначе ей пришлось бы иметь дело с Никитосом, который вбил себе в голову невероятную чушь. Родственная

душа, черт возьми! В 21 веке! Я ещё понимал родственное тело – когда занимаешься с кем-то сексом впервые, а кажется, что между вами уже двадцать лет совместной жизни – такое всё знакомое и скучное. Но душа! Что за дерьмо?

Но тут вновь раздался телефонный звонок. На экране высветилось шаловливое личико стриптизерши.

– Егор, – взволнованно проговорила она. – Ты не мог бы приехать ко мне?

– Что случилось? – нахмурился я.

Ни “привет”, ни чего-то более фривольного в ее стиле – это было странно.

– Ничего серьезного, – торопливо объяснила она. – Мне просто нужна твоя поддержка.

Я помолчал, ожидая продолжения или ещё какого-то объяснения, но услышал только вздох.

– Скоро буду, – наконец ответил я.

В конце концов те самые час или два у меня по-прежнему были. Сидеть у постели Милы и слушать бред Никитоса мне совсем не улыбалось. Лучше было зарядиться у стриптизерши – что бы у неё ни случилось.

Когда передо мной открылись ворота дома брата, я увидел его жену, сидевшую на крыльце с самым несчастным выражением лица. Но она быстро скрыла эти эмоции, как только заметила меня. На ней была тонкая рубашка, узлом завязанная под грудью, и шорты. И я был чертовски уверен, что белья на ней не было.

– Привет, – кивнул я и, подойдя ближе, склонился к ней, чтобы поцеловать в висок.

От стриптизерши всегда пахло чём-то таким сексуальным, что я, забывшись, шумно втянул носом воздух, и только потом спросил:

– Костяныч дома?

– Я его выгнала, – отмахнулась она.

Я недоверчиво посмотрел на жену брата:

– Выгнала? Командоса?

– Ладно, он сам ушёл, – недовольно фыркнула она и вскочила на ноги. – Сказал, что я должна успокоиться. Что я принимаю всё слишком близко.

Она зашла в дом, и я вслед за ней.

– А что ты принимаешь слишком близко?

– Он дом купил, представляешь?! – стриптизерша бросила на меня раздражённый взгляд через плечо, словно это я дом купил, а не ее муж.

– Купил дом? В смысле, ещё один?

Она завела меня в зал, где на столике стояли два запотевших бокала.

– Это кола, угощайся, – махнула она рукой в сторону столика и плюхнулась на диван. – Твой командос купил для нас дом вместо этого! И даже не посоветовался со мной! “Я решил, так будет лучше”, – передразнила она его и, ещё раз фыркнув, откинулась на подушки. – Бесит!

– А меня ты позвала, чтобы?.. – я замолчал, позволяя ей закончить мысль, заодно отпивая ледяной напиток из бокала.

– Чтобы понять действительно ли я принимаю всё слишком близко, – она вскочила на ноги и принялась мерить шагами комнату. – Вот согласись, дом – это значительная покупка, и нужно учитывать мнение всех членов семьи, а не решать единолично – нужен ли вообще новый дом, и если нужен, то где и какой и всё такое. Нам всем жить в этом доме, и мы все и должны были решать…

– Погоди, кому это – нам всем?