Фотография как...
Шрифт:
В конце концов, ведь можно никому про бабочку не говорить, а просто повесить этот снимок на стену, он будет неосознанно волновать всех, кто его увидит. То есть он решит свою задачу, а фотограф — свою.
Ассоциации с реальными объектами возникают не сами по себе, ведь это мы их придумываем. Они могут и не присутствовать, но всегда нужно помнить о выразительности формы, что бы она ни означала, будь это фигура человека или тень от чайника. Выразительность целостной формы определяется ее очертаниями, слаженностью и соразмерностью ее частей.
Очень важно
Другой пример — снимок с витриной (илл. 591). Здесь две белые формы ни на что не похожи, зато похожи друг на друга. Это уже абсолютно объективно, пускай до этих нюансов дойдут не все, но совершенно очевидно, что обе формы достаточно схожи (по крайней мере, двумя полукругами), что и дает толчок нашей фантазии.
«Женская» и «мужская» формы контрастны, «женская» изящно симметрична и устойчива, «мужская» этого лишена. Но при ближайшем рассмотрении «женщина» и «мужчина» имеют много общего, просто верхняя форма опрокинулась выступом вниз и начинает растекаться (или расплавляться, кому как нравится), становясь «мужской» (илл. 592).
Заметим, что содержание этой композиции легче обнаружить на рисунке благодаря его обобщенному характеру. Остальные детали и подробности на фотографии не столь важны. Они лишь доказывают фотографическую природу этого изображения.
Вместе с тем, будь это рисунок, а не фотография, он был бы не столь содержательным. Все-таки пластическая ситуация на этом снимке не придумана, а сложилась в реальности, и в этом ее главный смысл.
Это как во сне, одно цепляется за другое, и в результате возникают самые неожиданные ассоциации (кстати, искусство часто и сравнивают со сном) и, кроме того, во сне реализуются тайные желания — гости из подсознания. Сравнение со сном не случайно. Изобразительный язык парадоксален, самые простые вещи он, как во сне, преображает во что-то совершенно невообразимое и непредставимое, но в отдельных случаях приводящее к смыслу, к слову.
Автор обращается к тем людям, которые не допускают «как будто» в свое сознание, а таких рациональных людей очень много. Для них дважды два всегда четыре, и иначе быть не может. Когда строят дом, действительно, не может, и дважды два будет только четыре. Но когда пишут картину или рассматривают фотографию, может быть, и еще как.
Постарайтесь приостановить свой мыслительный процесс на время восприятия, в эти моменты самый ненужный орган — это голова, наполненная словами и общепринятыми штампами. Разрешите себе быть ребенком, ребенок свято верит во все, что ему кажется (поэтому художники так завидуют детям), а «кажется» — это и есть «как будто».
Доверьтесь своим ощущениям, они не делятся на возможные и невозможные. Впустите в себя волшебное слово «как будто» и вы увидите то, что раньше было вам недоступно.
ОТСТУПЛЕНИЕ 5
ФОТОГРАФИЯ И КОМПЬЮТЕР
«Ненасытный
Страшная сказка
Развитие компьютерных технологий, в частности трансформации и обработки фотографических изображений, дает безграничные возможности изменения фотографии, то есть, казалось бы, ее улучшения. Но с появлением компьютера количество хороших фотографий в мире не изменилось, а плохих — увеличилось.
Миллионы людей, в том числе, к сожалению, и фотографы, кликают на кнопки в «Фотошопе», наивно полагая, что занимаются творчеством. Однако известно, что большие творческие возможности, если они слишком большие, превращаются в свою противоположность, то есть в творческий беспредел (илл. 593).
Если с фотографией действительно можно делать что угодно, это нисколько не приближает пользователя компьютера к желанной цели — сделать хорошую фотографию — по одной простой причине: большинство пользователей не знают, что это такое и как это сделать. Они просто не готовы к решению подобных задач и не знают, с чего начать.
Можно изменить цвет кофточки, убрать фон или заменить его другим, можно пересадить голову одного человека на плечи другого. Это довольно забавная игра, вроде детских кубиков. Разница лишь в том, что на коробке с кубиками нарисован конечный результат сложения, то есть к задачке дан ответ.
А в нашем случае ответа нет и не предвидится. Со временем можно научить пользователя компьютера хотя бы основам компоновки изображения. Терпеливым и способным можно объяснить, что такое композиция; очень способные, возможно, со временем смогут «говорить» на этом языке, но компьютер научить этому нельзя.
Нет и не будет такой программы: чувство композиции дано только человеку, это ощущение, его нельзя формализовать или хотя бы объяснить словами. Строго говоря, его нельзя даже в полной мере передать другому человеку, тем более свести это ощущение к каким-либо правилам или законам.
Должен ли фотограф овладевать «Фотошопом» в совершенстве, чтобы самому работать со своими фотографиями? Наверное нет, если для него это слишком сложно. Ведь можно пойти к специалисту и сделать с его помощью то или иное преобразование. Но, безусловно, от фотографа требуется совершенно отчетливое представление о том, что и как именно в отпечатке должно быть изменено, приведут ли эти изменения к реальному улучшению изображения и почему.
А это, поверьте, умение гораздо более редкое и ценное, чем профессиональная работа с компьютерной программой. Компьютерщик может не оценить и даже не заметить тех нюансов, которые ищет фотограф, и почти наверняка не способен выполнить такую работу без четких указаний и постоянного контроля.