Фраера
Шрифт:
Там работал приятель Герца. Он занимался перебивкой номеров на двигателях, причём так умело, что без экспертизы определить липу было практически невозможно.
Но не это сейчас интересовало бригадира. В сервисе его дружка имелась автомойка, и там работал некий Дятел, в прошлом отпетый уголовник. Но он умел держать язык за зубами.
Загнав машину во двор, Герц нашёл Дятла, подвёл его к «мерседесу», открыл багажник и спокойно сказал:
– Помой его, – и положил в руку мужика двадцать долларов.
Мельком глянув на перепачканный свежей кровью багажник,
Через тридцать минут Герц уже мчался из центра по направлению к Сосновой Поляне, где в гараже должен был его ждать Клим.
Часть пятая
В заложниках
Глава тридцать четвёртая
Несколько телефонных звонков…
Хаммер уже в пятый раз за день набирал номер домашнего телефона Иры, но отец всякий раз отвечал, что от дочки пока нет никаких известий.
Родители волновались. Поводом для этого послужило не только отсутствие Иры в течение последних суток, но и главным образом те странные обстоятельства, при которых она исчезла.
Когда Сергей впервые за сегодняшний день позвонил, Владислав Антонович растерянно сообщил: дочери дома нет. Причём когда он вернулся, то обнаружил, что дверь в квартиру закрыта только на язычок замка, словно её захлопнули, выходя на лестничную клетку, в ванне не спущена вода, телевизор работает, а ни одна из вещей Иры, включая лежащее в ванной комнате чистое бельё, не тронута.
– Может, вы невнимательно посмотрели? – Павлов поёжился от пробежавшего по спине ледяного холода.
– Нет, – категорически ответил Владислав Антонович. – Мы с матерью проверили все, включая те из вещей, которые Ира не надевала уже очень давно. Все на месте. Даже обувь… Такое ощущение, что она вышла из квартиры в одних тапочках и халате на голое тело. Только их мы не нашли. Сергей, а ты знаешь, где Ира может быть? – больше для порядка, чем в надежде получить хоть какую-нибудь информацию, поинтересовался Владислав Антонович.
– Нет, ума не приложу. В таком виде?.. Вы звонили её подругам? Например, Наде? Возможно, она…
– Надя сама нам звонила уже четыре раза. – Отец Ирины на секунду замолчал, словно что-то обдумывая. – Мы связывались с милицией, но там сказали, что дело о пропавших людях заводят лишь по истечении трех суток. Что делать, Серёжа, скажи?! – Голос Владислава Антоновича сорвался, он едва держал себя в руках. – Мать места себе не находит!..
С тех пор Хаммер ещё четырежды справлялся, не появились ли хотя бы какие-то известия от его невесты. Но всякий раз, едва Владислав Антонович снимал трубку с аппарата и с надеждой в голосе кричал: «Алло, Ира?» – Павлов понимал, что все остаётся без изменений, сконфуженно извинялся и вновь вытаскивал из пачки сигарету.
В пепельнице уже скопилась целая гора окурков. Все пространство квартиры на Большой Монетной приобрело серо-голубоватый оттенок от повисшего в воздухе плотного сигаретного смога. Но никотин был не способен хоть на самую малость притупить боль от обжигающих все тело раскалённых нервов.
К
Странно, но Хаммеру совершенно не приходило в голову, что можно открыть окно. В конце концов его голова словно налилась свинцом, веки отяжелели, а белки глаз густо покрылись сетью лопнувших капилляров, отчего приобрели красноватый цвет.
Затушив сигарету в груде окурков, Павлов направился на кухню, открыл почти до отказа кран с холодной водой и подставил под тугую струю голову.
Стало легче, боль постепенно отступила. Чуть отстранившись, Сергей прямо из-под крана стал жадно глотать пахнущую хлоркой воду.
И в этот момент из комнаты донеслась пронзительная трель телефона.
Сергей бросился к нему со скоростью пули, неловко толкнул торшер, покачнувшийся, а затем, словно нехотя, упавший на пол, и одновременно со звоном разбившегося стекла взял трубку мокрыми пальцами.
Сердце едва не выпрыгивало из груди. Казалось, оно не делает этого лишь потому, что не знает, в какую сторону выскочить.
– Ира?! Ира, это ты?!
На том конце линии кто-то тихо засмеялся.
– Ты чего так нервничаешь, дружок? – вежливо поинтересовался незнакомый голос. – Успокойся, здесь твоя мокрощелка. Если хочешь, то можешь её забрать.
– Кто ты такой?! – взревел Сергей, с такой силой сжимая пластмассу телефона, что та жалобно заскрипела. – Где Ира?!
– У нас. Предлагаю тебе маленький чейнч. Ты привозишь сюда все оставшееся золотишко, баксы, полученные за сделку в «Агате», а взамен получаешь свою крошку вместе с розовым халатиком и тапочками. Заманчиво, правда?
Сергею понадобилось какое-то время, чтобы переварить обрушившуюся на него информацию и обрести способность понимать случившееся.
Ира похищена неизвестными, которые требуют за неё выкуп. Драгоценности и деньги. Он должен немедленно ехать! Выбора нет!
– Откуда вы узнали про золото? – совершенно непроизвольно вырвалось у Хаммера.
– От верблюда! – огрызнулся звонивший. – Заодно расскажешь, в каком именно месте затонул буксир. Очень любопытно! Только шевели копытами, Ромео, а то вид твоей голой сучки приводит моих ребят в возбуждённое состояние. Достаточно одного моего слова, и девочка станет матерью-героиней, не покидая пределов кровати. Ты хорошо понял, лосось пятнистый?!
– Да, – не своим голосом отозвался Павлов. – Я все сделаю. Куда ехать?
– Вот это другой разговор, – с облегчением выдавил неизвестный. – Садись в свою замечательную «девятку» и езжай на Каменноостровский, к ювелирной мастерской. Там выходи из машины и жди. К тебе подойдут. Времени у тебя ровно час.
– Но я не успею!.. Мне ещё надо…
– Я сказал – час! Опоздаешь – получишь девчонку по почте, частями! Сначала руку, потом грудь, а дальше все остальное. Усёк?
– Да…
– Тогда двигай. И предупреждаю: если свяжешься с мусорами – считай, девка уже на хор поставлена. Для начала. Все.