Фрактал
Шрифт:
Когда доктор, явно сконфуженный и еще больше разозленный, был выдворен за дверь, щеголь обернулся к находившимся в комнате. Бросив полный презрения взгляд на младшего брата, он едва задержал его на своем отце и, наконец, остановился на Кальвине.
– Кто ты такой, как твое имя, должность, чин, из какой ты страны?
– требовательно спросил Мортимер.- Впрочем, это я и так знаю. Астал. Проклятый Астал снова хочет свести нашу страну в могилу, погубив отца? Ах!- щеголь приложил ладонь к сердцу, будто ощущая сильнейшую боль.- Все ваши разговоры о мире и дружбе - не более, чем пустой звук. Подлые предатели!
–
– Сейчас же прекрати, глупый сын!
Даже этот самоуверенный человек вздрогнул от голоса короля, наполнившегося неожиданной силой и властностью. Он сел, выпрямившись на кровати. Сейчас он вовсе не выглядел ни больным, ни слабым.
– Ты ничего не понимаешь, и смеешься судить? Если не прекратишь свои необоснованные обвинения, я велю больше не показываться мне на глаза!
– Ооо,- протянул Мортимер, на лице которого появилась нехорошая усмешка.- Значит, их яд достиг даже вашего сердца. Если бы я не появился так быстро, кто знает, чтобы они с вами сделали? А, кстати, где еще один? Я слышал, вас было двое, шпионов и убийц! Где та девчонка, что была с тобой? Отвечай, негодяй!
– Эй, эй, полегче дядя,- Кальвин почесал голову, ухмыльнувшись,- разве мы знакомы, что ты бросаешь мне такие странные обвинения?
– Принцу Мортимеру Риокийскому, наследнику королевского сана этой страны, ни к чему знать имена двух шпионов Астала.
– Мортимер!
– королю вновь пришлось прикрикнуть на сына.
– Простите, отец, сорвалось. Значит, я не зря приказал не пускать их во дворец. Но как же я мог забыть про своего глупого младшенького братца,- Мортимер пригвоздил Ренье взглядом.- Играешь в послушного сына, да? Но именно ты ответишь, если с отцом что-то случится!
– Брат...- Ренье выглядел сконфуженным и потерянным, так что Кальвину стало жаль его.
– Мортимер, значит, это ты приказал не пускать посланников Астала ко мне?
– голос короля был способен расплавить и металл.
Выпрямившись и гордо подбоченившись, принц принял патетическую позу.
– Да, это был я, и что, обвините меня в чем-то? Я не сделал ничего незаконного. Лишь заботился о вашей жизни, отец. Кроме того, согласно закону, их визит должен быть заранее согласован в Сейме. Так как этого не произошло, я не мог допустить столь возмутительного события.
Этот человек продолжал удивлять Кальвина. Он с такой легкостью менял мнения и взгляды.
– Это не тебе решать!- рука короля хлопнула по спинке кровати. Кальвин мысленно помолился. Сейчас начнется гроза. Так вот, какими были отношения в королевской семье Риокии. И таким же был Астал, до того, как на трон взошел Сай. Как же тяжело бремя правителя страны, раздираемой на части различными силами и влияниями.- Кальвин Рейвен и его напарница прошли полный опасности путь, и, наконец, достигли моего дворца. И как их здесь принимают?- с закрытой дверью, как шпионов или преступников?! Как я смогу посмотреть в глаза королю Валентайну после этого?- король Риокии закрыл глаза рукой, покачав головой. Отняв ладонь, он продолжил,- Если мой старший сын оказался настолько недальновиден, что позволил Сейму собой потакать, как я могу доверить ему страну? Не следует
– Отец!!!
– лицо Мортимера перекосилось. Кулаки сжались так, что побелели костяшки пальцев, все унизанные баснословно дорогими кольцами,- вы не посмеется этого сделать.
– Посмею и сделаю, я так решил и пока еще правитель - я...
– лицо короля исказилось, он слегка пошатнулся. Но отстранил руку, поданную бросившимся к нему Ренье.- Не нужно. Я пока могу сидеть без посторонней помощи.
– Что ж,- Мортимер выпрямился, взяв себя в руки,- но этот договор не будет подписан. Я этого не допущу. Я не позволю подлому Асталу превратить Риокию в свой протекторат, как это стало с Вальцем. Я не отдам ни пяди земли. Не этой проклятой стране, полной еретиков, демонами юга наводненной.
– Брат! Что ты такое говоришь!?- Ренье действительно был слишком добрым, раз его так расстраивало такое положение дел в семье, 'слишком добрым',- подумал Кальвин. Хорошо, если эта доброта не была признаком слабости. После такого решения короля, жизнь младшего принца могла стать лишним грузом на чаше весов, в той игре, которую разыгрывал перед всей страной Мортимер.
– А ты молчи, не смей путаться под ногами!- подняв палец, Мортимер наставил его в грудь брата.- А насчет договора, даже вам отец известно, что такой важный документ, как этот, никогда не станет легитимным до того, как будет обсужден на заседании Сейма. Я позабочусь о том, чтобы он никогда не прошел даже первое слушание.
– Ты встанешь на моем пути?
– брови короля поползли вверх.
– Да, я пойду даже против вашей воли, отец,
– Что ж, в таком случае...- рука короля поднялась и повернулась тыльной стороной.
– Ты не оставляешь мне выбора.
– Что это?
– шепотом спросил Кальвин у Ренье.
– Я думаю... нет, я уверен, отец решил пойти на крайний шаг. Если он хочет усмирить брата... Несомненно, это печать Лавкрита, основателя королевства.
– Лавкрита?
– Кальвин нахмурился. Печать Лавкрита? Слепого Безумного Бога? Неужели остались еще какие-то материальные артефакты от него, кроме того, который используют в высшей степени заклинаний? Удивительно.
– Может ты и поднаторел в том, чтобы выслуживаться перед Сеймом, что уже предел позора для принца страны, но еще недостаточно знаком с высшим законодательством страны, которой собираешься править. Если потребуется, я воспользуюсь кольцом.- С этими словами король продемонстрировал странной изогнутой формы перстень с изумрудным камнем в центре. Он был выполнен в виде шестигранника, который держали в клювах две птицы, похожие на журавлей.
– Вы не посмеете,- Мортимер побледнел, отступив на шаг.
– А кто запретит мне? Ты?
– с вызовом спросил король.
– Тссс,- прошипел Мортимер.- Что ж, делайте что хотите, отец. Вы все же король этой страны. Но знайте, я никогда не приму договора с Асталом.
– С этими словами принц вскинул голову.- Прощайте, отец, и ты брат. Но думаю, посланнику Астала стоит подумать о своей безопасности, пока он пребывает в нашей стране. Не один я против этого договора. Есть и такие, кто на улице запросто воткнет ему нож в спину, как проклятому шпиону.