Фрактал

За окнами большого, светлого помещения середина весны. Бьются о стёкла капли; бегут водяные струи, размывая городской пейзаж. Серое, однотонное небо. Тарахтят проезжающие автомобили. Пахнет городом, немного сыростью, немного освежителем; под потолком гудит мощный кондиционер.

Помещение заполнено компьютерами; по экранам бегут нескончаемые линии кода. Молодые люди и девушки, в одинаковых белых рубашках с синими воротничками, с одинаковыми логотипами на нагрудных карманах – символ атома с шестеренкой внутри –

провожают глазами каждый символ, букву, цифру. Делают пометки в блокнотах, иногда переглядываются, перемигиваются, понимающе кивают друг другу… кипит работа – финальные тесты, генеральный прогон, важна каждая мелочь.

В дальнем углу, за прозрачными стеклянными стенами, разгорается спор:

– Это в принципе невозможно! Физика, химия… невозможно создать настолько продуманное существо, имея только форму, без начатков содержания! – Рогов горячился – да и где будет мораль, религия, все основы мироустройства? Все пойдёт прахом!

Мише двадцать восемь. Среднего роста, спортивный, с приятным голосом и синими глазами; обожает водолазки в стиле Джобса и красивых женщин (последнее стоило ему изрядной доли капитала). Основатель «Технологий будущего».

– До Флеминга плесень была застарелой грязью; нейтрон не существовал даже в виде теории… Все невозможное невозможно до тех пор, пока его нет. Потом оно есть – флегматичный Коля, со смешной фамилией Бражка, развел руками – смирись, в теории, появление черепашек-ниндзя допустимо.

Коле двадцать девять; женат, двое детей. Невысокий, полненький, совсем не публичный.

– Идиот! – Рогов зло отвернулся от друга.

– Сколько можно? – голос старшего из компании, Семчева, усталый – может ли летать Супермен; почему Бэтмен не ломает ноги, теперь это… по три десятка лет! У тебя – ткнул пальцем в Бражку – сын в пятый класс идёт; у тебя – палец нацелился на Мишу – дело к третьему разводу! Завтра презентация "Фрактала", а спорите о том, может ли генетически модифицированная крыса заказать пиццу через интернет.

– Не может – буркнул Рогов.

– Вполне может – не остался в долгу Бражка.

Семчев махнул рукой: коллеги по разработке первой в мире автономной системы искусственного интеллекта "Фрактал" неисправимы, за пять лет совместной работы Юрий Николаевич привык и бурчал скорее по привычке, чем по необходимости. Ему скоро шестьдесят; былой задор первооткрывателя ушел, заодно унеся большую часть волос и принеся взамен морщины.

– Надоело! – Миша резко поднялся с кресла – Компьютер!

Ближнее к нему "окно" погасло, потемнело; сверху вниз побежали вертикальные строки текста и через минуту трансформировались в контур человеческого лица.

– Слушаю – голос из колонок вполне человеческий, "живой", звукорежиссёры отработали на славу.

– Почему идёт дождь? Третий день? – Рогов указал на окна с "весной" – где такое бывает?

– Раз в три-четыре года, согласно широте и долготе вашего местоположения. Исходя из метеоданных за 70 лет, этот год будет дождливым, продолжительно теплым, высок риск гроз.

– Поменяй. Надоело.

Пейзаж в окнах

резко изменился; вид на Елисейские поля, Эйфелеву башню и ряд маленьких кафе, где смутно угадывается копошение посетителей.

Щелкнул, переключился кондиционер – запахи; можно угадать ароматы выпечки, кофе, смутных духов; звуки – с городской суеты на трудно передаваемый шум туристического района с мопедами, отдаленными криками торговцев и едва уловимым шумом Сены.

– Так-то лучше – Миша сел обратно, довольно потянулся.

– Насчет завтра без изменений? – Коля, поглощенный компьютером, на перемены не обратил внимания.

– Да. Полный доступ с 13 до 13.30… – Семчев потер лысеющую голову – До последнего не верилось, что выгорит.

– Так на кого работаем! – Рогов поднял палец – такие ресурсы дали, что…

– Знать бы, на кого конкретно… – Бражка на минуту оторвался от монитора – ты вот что знаешь, кроме этого? – указал на логотип-"атом" – Ничего. И я ничего. И он – показал на Семчева – Дали здание это секретное, бумаг заставили подписать с трехтомник. Это даже сотрудники не наши! ни имен, ни фамилий; просто дали в пользование.

– И денег с возможностями дали столько, что хватит твоим правнукам – закончил за него Миша – Мы же обсуждали в начале; везде гос. гербы на документах, на первое испытание полковники с генералами приезжали… точно не на чужих, на своих работаем. А кто они… – Миша задумался – да все равно, кто; мы создали изумительный продукт и никто этого не отнимет.

Пухлый Бражка снова "ушел" в монитор – непонятно, согласен с другом или нет.

Семчев беспокойство Коли разделял, но советский опыт выработал привычку не делиться мнением в открытую. Помимо прочего, в силу возраста Юрий Николаевич мог быть дальновиднее молодых горячих коллег; он терзался смутными предчувствиями по поводу "Фрактала" – как когда-то мирный атом стал невероятным оружием, так и разработанный "Технологиями будущего" алгоритм может в одночасье…

За окнами минус-второго этажа бурлил Париж; на два этажа выше холодный, ранне-весенний дождь поливал неприметный запущенный особнячок, чудом устоявший среди заброшенных промышленных развалин.

Они всегда вдвоём – Николай Иванович и Николай Геннадьевич, кураторы "Технологий Будущего". Мышиного цвета "Хонда" проезжает шлагбаум и останавливается у двухэтажного особнячка, некрасивого и почти заброшенного. Промышленная окраина; лают собаки; дороги – грязное месиво, не знающее асфальта.

Первый куратор – лет сорока, в недорогом костюме-тройке – чистый технарь: ни одного лишнего слова, только по теме и всегда со знанием дела. В руках потертый коричневый портфель, из которого он никогда ничего не доставал.

Второй, коренастый, с мягкими кошачьими движениями и пристальным взглядом тёмных, чуть навыкате, глаз, в первую встречу назвался "охранником"; полушутя, полусерьезно заявил, что государство умеет защищать свои вложения любыми средствами… в подробности не вдавался.