ФрендЗона
Шрифт:
В моем случаи лучше бы это была смерть…
За год, проведенный вместе с Софии, я привык ко всем чертам ее характера, ее эгоизму, самовлюбленности. Она умела любить других и любить меня, но все же больше всего на свете она любила только себя – это, наверное, был один из самых больших ее минусов. Меня даже это не раздражало, я любил ее такой, какая она есть.
Но, наверное, она перестала любить меня таким, какой я есть. Иногда ее раздражало то, что я мог говорить часами, а ей хотелось молчать. Ну, с этим я
Переломным моментом в нашей жизни стал вечер двадцатого октября. Весь день она вела себя не так, как обычно, она была раздражительна, нервничала и на все срывалась, можно сказать, я видел ее такой впервые в жизни. Она мыла посуду, я сидел и читал книжку, но звук разбитой тарелки моментально отвлек от чтения.
– Я так больше не могу! – сказала она и слезы у нее пошли просто ручьем.
Я быстро поднялся из-за стола и подошел к ней, хотел обнять, но она отстранилась от меня, оттолкнула, словно пыталась сказать «не приближайся ко мне».
– Что случилось? – спросил я.
– Я так больше не могу! Я не могу скрывать это от тебя! – сквозь слезы закричала Софи.
– Ты о чем?
– Я изменила тебе! – наверное, в эту секунду в моем мозгу взорвалась большущая атомная бомба.
– Что? – в недоумении переспросил я.
Это защитный механизм нашего организма – если какая-то стрессовая ситуация, то мы просто не хотим в это верить, мы хотим отгородить себя от этого, залезть в домик, задвинуть шторы и сказать, что нас нет. Но иногда даже бункер не может отгородить нас от злой правды.
– Я изменила тебе… – повторила Софи. – Я не могу скрывать от тебя правду, я слишком сильно люблю тебя…
В жизни я могу простить все… Но не измену. Я был зол на нее, я так сильно ей доверял, так сильно. Она уничтожила все в один миг, одним словом. Прежнего больше никогда не вернуть; как бы вы не старались, некоторые главы жизни нельзя переписать по-новому.
– Кто он? – спросил я, мне было интересно, чем же этот человек мог быть лучше меня, за что она предала наши чувства.
Она стояла и рыдала, слезы текли ручьем, но мне не было ее жалко, я стоял как окаменевший.
– Кто он? – еще раз спросил я, у меня был просто пик злости. Мне казалось, что вулкан вот-вот взорвется во мне.
– Дже… Джеймс… – выговорила наконец она его имя. Но, наверное, этот момент был еще болезненней того, когда я услышал про измену. Это было предательство моего лучшего друга. Мое сердце разлетелось на маленькие кусочки, которые я больше никогда не смогу собрать воедино.
Как я выбежал из квартиры – не помню.
Я помню дождь, который шел в тот вечер – я шел под ним, но не чувствовал его. Я не чувствовал, как капли падают на мое тело, я не чувствовал ничего. Во мне умерло все – все мои чувства, все эмоции, в тот момент умер в чем-то даже я сам.
Я пришел к Джеймсу и с силой постучал в дверь, когда он открыл, я помню его улыбку, этот сукин сын еще смел мне улыбаться, он хотел мне что-то сказать, но не успел – я нанес ему несколько ударов, он не успел ничего понять, как уже лежал на земле с окровавленным лицом.
– Что с тобой? – он попытался меня схватить, чтобы я его не бил, на моих глазах выступили слезы, мне хотелось обвинить его во всех смертных грехах.
Я сумел сдержаться, чтобы не добить его, но я не сумел сдержать свои слезы – наверное, со злостью, которая
Я потерял любимую девушку, я потерял своего лучшего друга.
Эта боль никогда не угаснет во мне, она всегда будет разноситься эхом по моему сердцу, по мои чувствам. Я уже никогда не сумею полюбить так, как любил ее, я уже никогда не сумею доверять, как доверял ей. И больше не обрету друга. Лучшего друга.
Все умерло во мне.
Часть 2
Обрести друга
Иногда тебе кажется, что обычный мир просто перестал существовать, а ты находишься посреди огромного бушующего океана на маленькой лодке, которую несет куда-то. Куда – ты не можешь понять, ведь ночь и шторм, и у тебя даже нет весла, что бы направить ее. Но зачем ее куда-то направлять? Юг, север, восток и запад стали едины – большим бушующим океаном, какая разница, куда тебя выкинет с этой лодкой?
Или же, может, боги сжалятся над тобой и избавят от страданий – потопят твою лодку.
Жизнь – это большой, темный, бушующий ветрами и штормами океан, а ты маленькая точка на той лодке без весла. И никогда не знаешь, куда же тебя вынесет. Ты просто не в силах что-то изменить. Не в силах выбирать направление, которым уносят тебя волны бушующего океана.
Моя лодка принесла меня к странным берегам.
Целый год для меня выпал из жизни – обыденный мир перестал существовать, боль предательства и утраты преследовала меня. Минуты стали часами, часы сутками, каждый день – годом.
Иногда казалось, что скоро я сдамся, не выдержу этого больше, по вечерам я закрывал глаза, чтобы заснуть, но вместо этого сразу же вспоминал о ней.
Софи.
Ее глаза, прикосновения, запах. Я все время думал о ней; возможно, я совершил самую большую ошибку в жизни, расставшись с ней. Но я не мог ее простить. Измена для меня – это самый страшный грех, может, потому что я никогда не думал ни об одной из женщин, когда находился рядом с ней. Она была для меня центром вселенной, она стала всем, чем я так сильно дорожил в жизни, а потом предала все это.
Я не смог ее простить.
Год после разлуки с ней был самым трудным в моей жизни, – не буду скрывать, иногда было настолько больно, что впервые в жизни я понял, как у человека может болеть душа. Эта боль тяжелее всей боли, когда-либо причиненной человеку. Она ранит так глубоко изнутри, что у вас просто не остается ничего другого, как терпеть эти страдания.
А все ради чего? Ради любви?
Я провел год за границей, и наверное, это время помогло мне понять, принять и хоть немного, но забыть Софи. Забыть не в смысле как человека, а забыть сердцем, не любить так сильно. Или, возможно, я любил ее настолько сильно, что в какой-то момент просто разлюбил. Но эта история изменила мою жизнь, в прямом и переносном смысле – из мальчика который был влюблен по уши, она сделала мужчину, который стал реалистом и смотрел на мир не через розовые очки.