Фрейд
Шрифт:
Фрейд. Мы уверены, что открыли…
Марта. Постыдную тайну. Что-то вроде семейного позора. Когда-то ты мне рассказывал обо всем… Теперь ты молчишь, но, когда вечером выходишь из кабинета, у тебя такие глаза, которые меня пугают. (Неожиданно и пылко обнимает его. Страстно.) Зигмунд, неужели ради нашего счастья ты не хочешь…
Раздается (за кадром) звонок.
Фрейд и Марта не слышат его. Фрейд смотрит на Марту с какой-то исполненной
Звук открывающейся двери.
Дверь открывает горничная.
Голос горничной за кадром. Доктор Флисс пришел.
Лицо Марты цепенеет, она разжимает руки. Фрейд выпрямляется, глядит сурово.
Фрейд. Нет, Марта. Даже ради нашего счастья.
Марта (снова ледяным тоном). Тогда больше не говори мне ни о чем. Никогда. Пусть будут наши дети, дом, близкие. Обо всем прочем я знать не хочу.
Фрейд с тревогой на нее смотрит.
Марта отворачивается от него и обращается к Флиссу, которого мы не видим.
Марта. Здравствуйте, доктор. Я думаю, что наша девочка спасена.
(29)
Спустя две недели. После полудня.
Флисс и Фрейд идут по залитому ярким солнцем Рингу; они идут по направлению к большому каменному мосту через Дунай. На Ринге толпы людей, мелькают туалеты дам, сияют витрины роскошных магазинов.
Флисс (он – в цилиндре и черной визитке, с тростью – одет гораздо элегантнее Фрейда) разглядывает прохожих и витрины с исполненной горечи веселостью.
Прошла красивая женщина, дерзко взглянув Флиссу прямо в глаза.
Тот ответил ей победоносным взглядом донжуана и даже проводил ее глазами, бесстыдно оглянувшись вслед. Кажется, что именно с ней он прощается.
Флисс (с легкой грустью, чуть-чуть над ней подтрунивая). Прощай! Прощай!
Фрейд не скрывает своей печали. Он идет сквозь толпу, не замечая людей.
Фрейд (услышав слова Флисса, словно очнулся). С кем это вы прощаетесь?
Флисс (делая неопределенный жест). Со всем вокруг. С Веной.
Фрейд (искренне удивившись). Неужели вы любите Вену? Я ненавижу ее. Ничтожные люди! Жалкие любвишки! Мелкая сволота! И, считая туристов, здесь больше антисемитов, чем жителей.
Флисс (добродушно). Вы бы не смогли жить в другом месте.
Фрейд. Верно. Но сегодня вечером я останусь в
Флисс (искоса взглянув на него). Однако вы снова встречаетесь с Брейером.
Фрейд (слегка смутившись). После его возвращения виделся с ним два раза. Он бросает психиатрию.
Флисс. Черт возьми! Для этого надо прочно стоять на ногах. Чем он намерен заняться?
Фрейд. Возвращается к неврологии, это его специальность. (Пауза. С робостью.) Мы вместе пишем книгу.
Флисс (недоверчиво смотрит на Фрейда). О чем же?
Фрейд. О его методе катарсиса. (Пауза.) Мы условились, что не станем касаться проблем сексуальности.
Флисс. Что же тогда остается? Болтовня.
Фрейд (спокойно). Флисс, когда дети вырастают, настает их черед кормить родителей. Брейер помог мне. Я уважаю его, как собственного отца, и буду уважать, что бы ни случилось. Он погрязнет в медицинской практике, а мне хочется, чтобы он написал… свою книгу.
Флисс. В вас слишком много добрых чувств, Фрейд. Избыток. Не забывайте, что наука бесчеловечна.
Фрейд дружески на него смотрит, хочет что-то сказать, но молчит. Проходит Дора под ручку с офицером. Фрейд кланяется ей, но она отворачивается. Флисс, который тоже намеревался поклониться, заметив это, не кланяется.
Флисс. Кто она?
Фрейд. Это Дора, вы же знаете. У нее невроз навязчивости. Внезапно она перестала приходить ко мне.
Флисс оборачивается и смотрит на Дору, которая слегка прижимается к офицеру.
Флисс. Она, кажется, вылечилась.
Фрейд не оборачивается.
Фрейд (мстительно усмехнувшись). Она была бы совсем здоровой, если бы поклонилась мне.
Они вышли к берегу Дуная, перешли набережную и вступили на мост. По шоссе проехало несколько карет. Тротуар безлюден. Они дошли до середины моста.
Флисс (неожиданно останавливает Фрейда). Здесь, над рекой, посреди города – идеальное место.
Фрейд. Действительно, идеальное.
Они облокотились на перила. Справа набережную окаймляют дома, над которыми возвышается огромное чертово колесо парка Пратер. Флисс достает из кармана два кольца; на оправе выгравированы змеи.