Фронтовое милосердие
Шрифт:
В соответствии с замыслом Ставки 1-й Белорусский фронт должен был разгромить бобруйскую группировку противника. В начале весны 1944 года его фронтовые госпитали, дислоцировавшиеся в районе Брянск, Бежица, освобождались от раненых и больных. Госпитали отстояли от переднего края войск правого крыла фронта более чем на 350, а от левого крыла — более чем на 700 километров. Эти госпитали в апреле — мае были передислоцированы и развернуты в районе Гомель, Речица, Калинковичи, Мозырь на расстоянии 45–90 километров от переднего края. В то же время была усилена госпитальная база левого крыла фронта. Она насчитывала 20 госпиталей на 10 400 коек и размещалась в районе Сарны, Олевск, Белокоровичи, Овруч, Коростень.
В исходном положении и в ходе операции войска правого и левого крыла 1-го Белорусского фронта были разобщены рекой Припять и ее болотистой поймой.
На 20 июня 1944 года ГБФ включала в себя 5 эвакопунктов, из них на правом крыле фронта было 3 и на левом 2, 159 госпиталей на 83 200 коек, в том числе 94 госпиталя на 53 200 коек находились на правом крыле и 65 госпиталей на 30 000 коек — на левом крыле фронта.
На запрос штаба фронта от 8 июля о готовности медиков к обеспечению боевых действий войск левого крыла начальник медицинской службы фронта генерал-майор медицинской службы А. Я. Барабанов, докладывая о повышении готовности, перечислил ряд мер, проведенных службой.
В составе ГБФ левого крыла фронта, отмечал начмед, развернуто 25 ППГ в районе Сарны, Маневичи, Киверцы. В их задачу входит быстрое следование за войсками и освобождение госпиталей армий от раненых по мере их загрузки. 25 из 42 ППГ, находившихся во фронтовом подчинении, в том числе 19 из 27 ХППГ, сосредоточивались на левом крыле фронта.
Щедрость чрезмерная, если учесть, что главное направление было на правом крыле и глубина операции здесь предполагалась в 2–3 раза больше, чем на левом крыле.
Барабанов дал указания о передислокации по 3–4 ЭГ на станции снабжения 47-й и 69-й армий с расчетом приема ими всего потока раненых.
Эти мероприятия предполагалось осуществить до начала операции. Такое решение было совершенно правильным. Ближайшие к фронту населенные пункты, где располагались фронтовые госпитали, находились далеко от переднего края войск: Сарны более чем в 130, Киверцы — в 70 километрах. Что же касается городов Овруча и Коростеня, где располагались госпитали, то они были от сражающихся частей на расстоянии более 250 километров. Но законно возникает вопрос: почему только для 47-й и 69-й армий и почему только по 3–4 ЭГ? За исключением 1-й Польской армии, наступавшей во втором эшелоне левого крыла фронта, все армии нуждались в том, чтобы в их районах были развернуты фронтовые эвакогоспитали. Чтобы не загружать армейские госпитали, требовалось развернуть не по 3–4, а минимум по 6–8 ЭГ, при этом с увеличением числа развертываемых мест (относительно штатного числа) на 40 %, обязательных для всех госпиталей фронтового подчинения на период Белорусской операции.
Намечено было также в ближайшие дни освобождение ЭГ и ГЛР на 5000 коек в районе Новозыбков, Клинцы и перебазирование их в район Ковеля. В число госпиталей включены 2 СГ. Один из них — для развертывания госпитальный базы в районе Бреста.
Эту наметку в отношении Ковеля, который был освобожден 6 июля, медицинская служба фронта выполнила только к 1 августа. Госпитальная же база в Бресте, освобожденном 28 июля, была создана только 6 августа в составе 7 ХППГ, 1 ГЛР, 1 ТППГ и 3 ИППГ.
Все ГБА освобождались от раненых со сроком лечения свыше 20 суток. Они переводились в ГБФ.
К сожалению, эта крайне необходимая мера оказалась не осуществленной не только на левом, но и на правом крыле фронта.
И наконец, из четырех фронтовых автосанитарных рот две передавались на левое крыло.
Такое решение не учитывало боевую и медицинскую обстановку, сложившуюся на правом крыле фронта. Первые фронтовые госпитали в Бобруйске только 9 июля приступили к приему раненых, а войска правого крыла вышли на реку Шара, продвинулись
Армии левого крыла фронта, за исключением 61-й, 8-й гвардейской и 69-й, имели меньше госпиталей, чем армии правого крыла.
Хорошая организация квалифицированной хирургической помощи раненым, эвакуация их по назначению и лечение по специальностям в условиях высоких темпов наступления армий возможны тогда, когда армии располагают достаточным количеством госпиталей, в первую очередь хирургических, и когда фронтовые госпитали продвигаются за войсками, наступая, что называется, на пятки армейским.
70, 47 и 1-я Польская армии левого крыла фронта не располагали необходимым количеством госпиталей и нуждались в усилении.
Польская армия только что закончила формирование. В этот период я был в армии, имел встречу с ее командующим генералом Зигмундом Берлингом, посмотрел некоторые медсанбаты и ХППГ. У меня осталось хорошее впечатление о врачах, их подготовке к работе в боевых условиях. Армейским хирургом был назначен начальник кафедры госпитальной хирургии Военно-медицинской академии профессор А. В. Шацкий. Александр Владиславович в 1913 году окончил Военно-медицинскую академию, в октябре 1918 года начал работать в ней младшим преподавателем. В сентябре 1944 года Шацкий был назначен главным хирургом Войска Польского. В декабре 1944 года постановлением Президиума Крайовой Рады Народовой ему было присвоено звание генерал-майора медицинской службы. Обладая обширными теоретическими знаниями и многолетним опытом хирурга-клинициста, он много сделал для подготовки военных хирургов Войска Польского.
Армейским терапевтом стал старший преподаватель кафедры терапии Военно-медицинской академии В. М. Новодворский. Витольд Марцелович окончил Военно-медицинскую академию в 1912 году, возвратился в нее через десять лет ординатором терапевтической клиники. Он не любил кабинетной работы, основное рабочее место свое находил у койки больного, был строгим учителем и мудрым наставником, блестяще владел дифференциальной диагностикой, что делало его ценным преподавателем-клиницистом. В ноябре 1944 года он был назначен главным терапевтом Войска Польского, а в декабре Президиум Крайовой Рады Народовой присвоил ему воинское звание генерал-майора медицинской службы.
Хорошим организатором медицинской службы 1-й Польской армии оказался и ее начальник — полковник, а затем генерал-майор медицинской службы М. А. Могучий, знавший практическую хирургию и на личном опыте убедившийся в огромном значении своевременного маневра госпиталями для хорошей постановки лечения раненых.
Фронт имел возможность усилить армии ППГ. У него их было достаточное количество. В момент своего прибытия госпитали дислоцировались на расстоянии более 70 километров от переднего края. Скрытность подготовки к наступлению требовала этого. Из-за дальности расположения ЭГ ими труднее было маневрировать. Они не имели своего транспорта для следования за войсками своим ходом.