«Фукусима»
Шрифт:
Незабываемое ощущение – смотреть, как он прилетает, берёт у меня с руки курицу и жрёт. Я сшил для него толстую перчатку из сапога, из толстокожего голенища. У него был такой мощный хват, что я его уважал, а когти-ножи – это оружие киллера.
А потом Яша учился ловить приманку. Я бросал муляж курицы, и он его брал с лёта. Мы ездили на большое поле. Там не было ничего опасного для птицы: не было проводов, столбов, высоких деревьев, не на что присесть соколу, вот он и прилетал ко мне на руку.
И каждый день он ловил птиц:
Я потом расскажу, как он кормил меня в дороге.
Саша Мороз: «Попутного ветра в горбатую спину!»
Санёк посоветовал мне горбатую бабу, говорит, что у него был опыт. Мы ржали. А он попивал пиво с булками и развивал тему: смотри, говорит он, на горбе качаться хорошо, если она снизу, а если сверху, то не очень понятно. И сзади, говорит, не очень удобно, но зато компенсируется всё это именно позой, когда она снизу!
У меня была Жасмин, она негритянка. А вот горбатой девушки никогда не было, ну не повезло мне. Жасмин – это шлюха из Африки. Она очень красивая, молодая, сисястая и недорогая.
Я отвлёкся от дороги: опять поворот! Слава Богу, навигатор женским голосом меня направил.
Вспоминаю, как сидим на Аксёновском рынке, смотрим сквозь стекло машины и дела обсуждаем. Шура вспоминал рассказ Веллера про какую-то шлюху из Соснового Бора, а я кстати вспомнил про Марину А., которая так и не стала моей женщиной: это была детская любовь, и странно, что я даже вспомнил её имя. Мариночка, тебе спокойно в твоём Сосновом Бору?
А сейчас, думаю, интереснее будет послушать про Жасмин.
Одно скажу: я надевал три презерватива и перчатки, и то было страшно! А после неё я обливался спиртом и руки обрабатывал антисептиком. Все-таки Африка – это родина СПИДа и других, не менее интересных болезней.
Адреналин от страха и гормоны счастья бурлили во мне, до сих пор помню эти непередаваемые ощущения.
На поле
Светлана С. стесняется даже фотографироваться.
Ольга Р. была без комплексов: мы с ней прямо на поле фестивальном «чпокались», на стуле в кафе, недалеко от второй сцены. Бармен подошёл к нам и сказал, что мы так сломаем им стул, а я просто заказал шашлыка и много пива. Нам сразу разрешили, и мы продолжили своё интересное дело. Она закрыла свои прелести моей курткой и продолжала эротический «танец».
Ещё что-то подобное было на пустых холмах. Мы ночевали в будке моего «Ижа-каблука» и всю ночь занимались сексом. А она орала на всё поле. Утром я прочитал зависть в чужих глазах, и самооценка моя возросла! До сих пор улыбаюсь, когда вспоминаю эту
А про сам фестиваль «Пустые холмы», про бесконечные толпы людей, про голых девок, ссущих прямо на поле, про бесконечные вереницы людей, про «дам за ЛСД», про фаер-шоу, про бесконечные музыкальные сцены, про странных артистов в странных нарядах, про странное строение из деревяшек и «пианин», про бочки, наполненные мёдом и пивом, я не хочу рассказывать. Бесконечно можно перечислять то, что происходило на «Пустых холмах».
Жалко, что «Пустых холмов» больше нет, зато воспоминания остались.
Заеду на этот холм и остановлюсь, пожалуй, там на ночь. Шикарный вид открывается.
Киот
Киоты бывают разные, как девушки. Золотые, деревянные, серебряные, в камнях, в эмали. Сижу на рынке, скупаю барахло. Цыгане притащили икону в киоте. Просили 800 рублей, говорили, что у них сорок детей и надо всех кормить. Я посмеялся, дал 500, и они ушли довольные.
А я рассмотрел киот. Бывает, что в них что-то прятали. Но под крышечкой ничего не оказалось. И сама Богоматерь сохранилась не очень хорошо. Но у меня есть друг Семён «Семёныч», он реставратор.
Реставрация – это отдельная сложная история: реставрировать дорого, но выгодно.
А я посижу ещё на рынке: может быть, куплю какуюнибудь дрянь для Фукусимы.
Сиреневая ограда
Она шла в сиреневом платье, и я сразу вспомнил свой «Трансальп», потому что он был сиреневого цвета. Я помню, как я хотел одну девушку одеть так, чтобы её одежда подходила к мотоциклу.
Я одел её в сиреневое бельё и сиреневые трусы, купил сиреневые туфли и фиолетовую сумку. Что-то было даже лилового цвета.
Выглядело всё очень гармонично, красиво и со вкусом. Не помню только, как её звали, зато помню точно про секс в сиреневых тонах. Этот секс был неплохой, а наутро она убежала к мужу, но мне сказала, что не замужем, что это бывший муж и он очень ревнивый. Поэтому я её сразу и забыл. Но с тех пор я очень люблю сиреневый, лиловый и фиолетовый цвета.
Если кто-то вспомнит про эту сказку, то, пожалуйста, покрасьте мне ограду в сиреневый цвет.
Что-то стало очень грустно, надо будет купить бутылочку вискаря, посидеть вечером и повспоминать.
Шахматы
Есть у нас рядом с домом один храм, и там на детской площадке стоят огромные шахматы. Фигуры метрового размера. Я в детстве много играл в шахматы, меня мама научила, и мы играли с ней по вечерам, но это было давно, я был совсем маленьким: наверное, в садик ходил или в начальные классы.
Помню, я что-то читал про быстрые шахматы, про дебюты и про какие-то разные партии. Много разыгрывал позиций: мат в два хода, мат в три хода, а сам играл мат в сорок ходов. Потому что не хватало ума.