Фьюри
Шрифт:
"Может он…"От боли она закрыла глаза. "Что? Влюбился бы в меня так же, как я в него? Глупо даже думать, что подобное возможно".
По сути, они не знали друг друга и Элли хотела это изменить. "Он меня ненавидит".Это стало очевидно после того, как он пихнул ее на стол и из него буквально изливалось бешенство.
Элли протянула руку и утерла слезы. Невозможно было избежать того, что она с ним сделала. Элли оставалось лишь надеяться, что однажды Фьюри
– Черт побери, не делай этого с собой, – прошептала Элли вслух, тряся головой.
Глава 3
Элли разочаровано наблюдала за женщинами Нового Вида. Она знала, что подружиться с ними будет трудной задачей, но понятия не имела, какие они уготовили для нее трудные времена.
Никто не проявлял к ней дружелюбия. Женщины держались плотной группой, в которую не включали Элли. Она надеялась, что ей удалось скрывать обиды. Помощь им стала миссией ее жизни, единственной целью, а они до сих пор ее не принимали.
– Кто-нибудь из вас хотел бы научиться готовить? Я могу научить или приобрести кучу DVD-дисков с уроками кулинарии. – Элли переводила взгляд с одного лица на другое. – Уверена, многие из вас устали от еды главного кафетерия комплекса. Мне нравится готовить. Это полезное умение, тем более что все любят поесть.
Три дюжины глаз уставились на нее, но никто ничего не произнес. Элли вздохнула.
– Клянусь, я вам не враг. Я здесь, чтобы помочь вам приобрести жизненно необходимые навыки и помочь влиться в общество. Я хочу помочь вам во всем, в чем вы будете нуждаться. И я правда хочу, чтобы вы позволили мне это сделать.
Их молчание растянулось до неловкости. Плечи Элли поникли в мгновенном поражении.
– Отлично. Возможно, вам нужно больше времени, чтобы узнать меня. Если вам что-то понадобится, пожалуйста, дайте мне знать. Именно для этого я здесь. И, да, я испекла несколько пирогов и положила их в холодильник. Пожалуйста, съешьте их.
Элли покинула комнату, чтобы не позволить остальным увидеть ее угнетенное состояние. Как только она скрылась из вида, то сразу услышала женские голоса, усилившие ее желание расплакаться.
Как только Элли вошла в комнату, все тут же умолкли, но разговор продолжился сразу после того, как она вышла. Элли не могла игнорировать вероятность, что они ее ненавидят.
Они отказывались разговаривать с ней, за исключением тех случаев, когда им просто приходилось и, похоже, не очень-то хотели ее помощи. Элли провела обязательные занятия, просто чтобы научить их базовым основам, таким как пользование бытовых приборов.
Они задали несколько вопросов, а затем снова тишина, но Элли отметила, что некоторые из них обладали великолепной памятью. Они сохранят в памяти информацию и помогут другим, не столь одаренным женщинам.
Она решила уволиться по собственному желанию, но один член из совета переубедил ее, сказав, что женщины будут сторониться любого, кто займет этот пост.
Все просто, она
"Две недели ада",– мысленно проворчала она и направилась в свою комнату. Если бы она уехала отсюда, ей бы некуда было пойти. Она не смогла бы вернуться к прошлой жизни, ведь оборвала с ней все ниточки.
Сама мысль о том, чтобы попроситься к одному из родителей пожить, пока она не встанет на ноги, грозила сильной мигренью.
Ее родители ругались по любому поводу, хотя и жили раздельно, а затем просили Элли рассудить их глупые бои.
Однако оба были категорически против развода Элли – единственный случай, когда они пришли к согласию, – и даже продолжали общаться с ее бывшим мужем.
Они бы заставили ее провести время с ним и их бессмысленными и раздражающими попытками свести их вместе. Элли бы лучше прыгнула в яму со змеями, чем вернулась к жизни, которая у нее когда-то была.
По этой причине она не звонила домой, и уж точно не желала туда возвращаться. Оба родителя злились на нее, а это означало, что наконец-то оставили Элли в покое, чего она не испытывала с момента их развода, когда ей было десять лет.
Ее новая жизнь включала в себя движение вперед и помощь людям с реальными проблемами – то, что она хотела делать вместе с Новыми Видами. Они были для нее важны и нуждались в людях, которые о них позаботятся. А она определенно о них заботилась.
Элли быстро переоделась, натянув спортивные штаны, майку и кроссовки. Ей требовался свежий воздух и время за пределами общежития, о котором она, конечно, скучать не будет. Она пыталась отстраниться от жалости к себе.
Элли рассчитывала, что работа займет все ее время и придаст ощущение полезности, вот только на самом деле она ощущала одиночество и подавленное настроение.
За неимением карманов ей пришлось сунуть MP3-плеер в переднюю часть лифчика, как и удостоверение личности. Она вышла из комнаты и, ожидая прибытие лифта, начала бег на месте.
Покинув здание общежития, Элли глянула на часы и отметила темное небо, на котором мерцало всего лишь несколько звездочек.
Элли повернулась к окнам, чтобы посмотреть на женщин, которые сидели в гостиной на диванчиках и смеялись. Она не слышала, о чем они разговаривали, но дюжина женщин, за которыми она сейчас подсматривала, казались счастливыми.
"Счастливы, что я не там",– мрачно подумала Элли. Она выругалась и отвернулась от окон. Раньше, до переезда в Хомлэнд, она никогда не занималась бегом.
Физическая активность помогала ей справляться со скукой. Элли медленно побежала по тротуару. Территория парка раскинулась вдоль защитных стен.
Она запустила руку в бюстгальтер и увеличила громкость музыки в мп3-плеере настолько, что та загрохотала в ее ушах. Она пролистала список музыки и остановилась на тяжелом металле, который сейчас соответствовал ее настроению.