Г 2
Шрифт:
– Вам лучше поговорить с отцом, – девушка нахмурилась, впрочем, ей это даже шло. – Прошу подождать десять минут, урок уже заканчивается.
Мне указали на скамью вдоль стены, я кивнул и присел, наблюдая за происходящим на тренировке. Мастер был прилично стар. Если бы не слова девушки, то я и не подумал бы, что он её отец: ровная спина, расправленные плечи, но при этом полностью сед и лицо изрезано морщинами. Высокий, по-прежнему лёгкий в движениях, он прохаживался вдоль строя, давая неслышные мне советы. Его скупые жесты создавали странное впечатление – словно передо
Мастер вёл урок о стойках обычного пехотного меча. Классика. Парни лишь послушно кивали и сосредоточенно сопели, перетекая из одной позиции в другую. Они явно оканчивают школу и ещё не могут считаться взрослыми, хотя и ростом, и шириной плеч уже могут поспорить с Рино. Даже завидно – вот же здоровяки эти северяне! А ещё, судя по тому, что видел, каждый из них лучше меня – это может стать проблемой. Если планка учеников у старика так высока, то мне тяжело будет уговорить его. Но я оборвал свои размышления: будь это так, то его дочь сразу бы сказала о начальном экзамене или требованиях для ученика и не говорила об отставниках.
За этими мыслями окончание урока наступило почти мгновенно. Ученики поклонились седому мастеру и гурьбой двинулись возвращать мечи в стойку. Идущий впереди, явно заводила, оглядел меня от сапог до ворота застёгнутого на все пуговицы плотного гражданского камзола. Скривил губы в усмешке, шепнул что-то приятелям. Те с удовольствием грянули громким смехом. Я лишь вопросительно поднял брови, но ко мне уже потеряли интерес, выстроившись у порога:
– Прощаемся с мастером.
Седой лишь кивнул выходящим и шагнул ко мне.
– Я Версус. Мастер меча, – тёмные глаза смотрели не мигая. – Что привело вас ко мне?
– Аор, – коротко, резко кивнул, приветствуя старика. – Мне нужны уроки обычной подготовки. Меч и щит, копьё, строй. И отдельно уроки эспадона.
– Редкий старый меч, пора его рассвета давно миновала. Сейчас он не более чем забава: для него нет ни целей, ни условий применения, – мастер оглядел меня. – В чём причина столь странного выбора?
– Обычного желания недостаточно? – вопрос застал меня врасплох.
– Не для меня, – мастер и бровью не повёл на моё возмущение. – Я не гонюсь за учениками. И глупых мне точно не нужно.
Не удержавшись, я хмыкнул. Однако…
– Мне подарили такой клинок, и начинали учить ему. Хотелось бы продолжить и здесь.
– Развлечение?
Понятно, что такой ответ будет неверным. Уж на это моего знания людей хватило.
– Я беру его с собой в патрули.
– С каких пор командиры позволяют тащить три кило лишнего железа? И в чём вы повздорили с ротным мастером?
– У меня особое положение. А своего мастера я ещё не видел. Он в поле.
Хозяин зала, наконец, моргнул, снова оглядел меня.
– К чему эта скрытность? Вы маг. При этом не гарец. У крепостных никто не ходит в патрули. А поле – это вторая бригада. Если не гарец, то стихийник или големщик. К чему вам меч?
– Он несколько раз здорово
Мы со стариком молчали и глядели друг на друга. Наконец, он повёл рукой.
– Я хочу убедиться, что смысл существует. Берите меч.
– Не хочу обижать мастера, – я тяжело вздохнул, – но если бы я был уверен в себе, то зачем бы хотел получать уроки?
Но вредный старик не ответил, отвернувшись к стойке с мечами. Пришлось идти и брать обычный короткий меч, который висит на поясе у всех солдат крепости.
– Без транса. Я хочу увидеть честное тело.
Ещё лучше. Вот какого тёмного старик так усложняет дело? В училище мне оказалось не до меча, суметь бы выспаться. Сколько месяцев я не повторял стойки? Нужно было вчера выйти с мечом на разминку, но кто же знал?
Дело шло со скрипом. Умом и глазами я помнил переходы. Иногда… Но вот исполнение… Даже мне оно не нравилось. Представляю, какого мнения обо мне старик. Понимая, что провалил проверку, я завершал круг комплекса на одном упрямстве. Приставной шаг вправо. Возврат в основную позицию. Рукоять направлена в живот, остриё в глаза старику. Короткое противостояние взглядов и я опускаю глаза и меч.
– Теперь с эспадоном.
Удивлённый, я вскидываю голову и успеваю поймать новый меч, который швырнула мне дочь мастера. Он брошен твёрдой, сильной рукой: едва поверил своим глазам, что железку с меня ростом может так, через четверть зала, метнуть хрупкая девушка.
– Это интересно, но больше похоже на обман, а не честное фехтование.
Старик глядит на двуручный меч, что висит в воздухе, пойманный моим Хлыстом. Здесь разум мага оказался на высоте. Тело ещё ничего не поняло, а заклинание, всегда висящее на активном участке ауры, уже действует. Раньше для этого требовались сознательные усилия и контроль, но мастеру доступен новый уровень умений.
– Я слышал подобные слова, – меч свистнул, рассекая воздух. – К счастью, с тёмными не нужно соблюдать кодекс дуэлей.
– Какова длина?
– До четырёх, – и честно дополнил ответ, – но с мечом, чтобы сохранить точность и силу – не более двух.
– Противник с двухметровыми руками? – старик вскинул брови. – Какой силы будет удар? К манекену!
Что, мастер, ты заинтересовался? Я развернулся к нему спиной и позволил себе ухмыльнуться. Где здесь эти болванчики?
Они обнаружились у дальней стены. Пять ростовых кукол разного размера и защищённости. Если первая из голого дерева, то последняя в доспехе, толщине которого мог бы позавидовать огр. Не представляю, как живой человек может носить на себе такую тяжесть. Даже стыки суставов перекрыты дополнительными пластинами в полпальца толщиной. Впереди вместо горжета что-то вроде несъёмного воротника в палец толщиной, вырастающего из груди и ограничивающего противнику углы ударов в шею. Это кто-то из противников прошлых армий? При всей моей любви к мемуарам и истории, в такие детали я никогда не вдавался. Это скорее к Рино, да и он больше по клинкам.