Гадес
Шрифт:
Силт быстро кивнул и вышел, оставив Гадеса с мыслями о том, чем заняться в первую очередь.
Одно было ясно: он не скажет ничего о случившемся Кэт. Она уже и так через многое прошла. Теперь ему предстояло придумать как оставаться с ней рядом и не поддаться желаниям. Каким-то образом он должен представить, что находиться рядом с ней просто, когда на самом деле быть с ней и не быть в ней было самым сложным делом в его жизни.
Переводчик и редактор: Casas_went
Чем дольше Гадес отсутствовал, тем злее становилась Кэт.
Да, она знала, что он занимается делами. А учитывая текущее положение… всего, вероятно, делами серьёзными. Но то, как он вылетел из душа, а потом и из комнаты было оскорбительно. И, естественно, его оскорбления были тоже обидными.
Играл ли он с ней в какую-то игру? Хотел ли хорошенько посмеяться над Непавшей, которая вздыхала по нему, пока он держался от неё на расстоянии? Была ли она для него лишь игрушкой для забавы?
Обругав себя, Кэт закончила обтираться грубой льняной тканью, которую посчитала полотенцем, и попыталась "вообразить одежду" – трюк, о котором упомянул Гадес. В одно мгновение она оказалась в джинсах и корсете, идентичном тому, что валялся на кровати. Ух-ты. Кэт поменяла цвета, сделав корсет ярко оранжевым, а джинсы – чёрными.
Мило.
Хотя, может, стоит попробовать что-нибудь другое. Что-нибудь, что выведет Гадеса из равновесия. Он считал, что за тем, чего она хочет, Кэт стоит отправиться к Зубалу, так, может, ей нужно показать, что он теряет.
Но что же надеть?
Если хочешь привлечь внимание мужчины, сделай так, чтобы ему было на что посмотреть.
Это Кэт сказала Лиллиана, выбирая наряд для отвлечения Азагота от какой-то бумажной работы, которой он занимался несколько недель. Несколько часов спустя, если всё же шаги Азагота не перепутали, выбор наряда Лиллианы одобрили.
"Да какого чёрта!", подумала Кэт. Она вообразила наряд, состоящий из красной кожаной юбки, кожаного короткого топа и шпилек в тон. Осмотрев себя, она улыбнулась. Пусть только Гадес на это не клюнет.
Словно предчувствующий, что его ждут, дверь открылась и вошёл Гадес. Но, к разочарованию Кэт, он лишь мельком взглянул на неё по пути к окну.
– Силт разыскал Орфмейджа. – Гадес провёл рукой по занавескам. – Ещё немного времени и тот выдаст местоположение человека.
Отлично. Ужасно. Вероятно, Кэт должна была что-то по этому поводу сказать, учитывая, что весь этот беспорядок произошёл по её вине, когда она в поисках человека вошла в Чистилище.
Вместо этого, она открыла рот и сказала совершенно другое, не соответствующее теме:
– Да что с тобой? – рявкнула она. – Я тут задницей перед тобой верчу, а ты ведёшь себя
– Эй, – произнёс Гадес, взмахнув рукой, – не обижай тушёные личинки. С хорошим количеством специй и томатами…
– Чёрт! – Кэт отвернулась от него, слишком злая, чтобы продолжать разговор, и понадеялась, что он не заметил, как она едва не сломала лодыжку на этих дурацких шпильках, которые явно не привлекли его внимание. Весь наряд не привлёк внимание. Может, пришло время сдаться и прекратить так унижаться. – Не бери в голову.
Опустившаяся на плечо рука, остановила Кэт. Ещё через мгновение перед ней оказался Гадес с серьёзным выражением лица.
– Поверь, у меня нет иммунитета к твоим… женским хитростям.
– Во-первых, – начала Кэт, сбрасывая руку Гадеса с плеча, – у меня нет никаких хитростей. Во-вторых, ты большой, жирный лжец.
– Детка, да эти чёртовы женские хитрости сейчас на тебе. – Гадес схватил её за запястье и, прежде чем Кэт успела опомниться, прижал её ладонь к своему возбуждённому члену. – Похоже, что я не обращаю на тебя внимание? Разве казалось, что у меня к тебе иммунитет, когда я был в душе, а ты меня ласкала?
Святый боже. Кэт так и застыла, прижимая ладонь к огромному возбуждению Гадеса. В конце концов, она подняла на него взгляд и дыхание застряло в горле от страсти в его глазах.
– Я… я не понимаю. Если ты меня хочешь, почему же ведёшь себя как большой ублюдок?
Он ухмыльнулся одним уголком рта.
– Ублюдок? Мне нравится.
Кэт засопела и отдёрнула руку.
– Это не комплимент.
– Твоя рука была на моём члене. Всё, что ты говорила, было комплиментом.
Как он так быстро переходил от придурка до очаровательного мужчины?
– Ты всё ещё не ответил на мой вопрос.
– Хочешь правду? – Гадес провёл рукой по волосам и устало, протяжно выдохнул. – Ты для меня под запретом.
– Под запретом? – спросила она с недоверием. – И кто же его наложил?
– Азагот.
Она нахмурилась и задумалась о том, зачем бы Азаготу такое делать, но так и не нашла причину.
– Зачем ему налагать на меня запрет?
– Имеешь в виду, почему он сказал это мне, когда ему, по-видимому, насрать, что ты трахаешься с Зубалом?
Ауч. Взволнованная, Кэт открыла рот. Закрыла. Снова открыла.
– Это не то, что… – Она выругалась. – Как ты узнал обо мне и Зубале? Что он сказал?
– Он ничего не сказал. Этот ублюдок скрытный как Гастем.
Ну, учитывая, что у Гастемов не было ртов… то, да.
– Тогда откуда ты узнал? И почему мне приходятся дважды задавать один и тот же вопрос?
Гадес пожал плечами, мышцы его обнажённых плеч медленно перекатились.
– Без понятия.
Кэт была готова его убить.