Гадкий месяц ноябрь
Шрифт:
– У меня есть надёжный паспорт на чужое имя, и загран тоже. А визу за деньги делают быстро, даже в обычной турфирме.
Георгий устало сказал:
– Не я принимал решение. Наверное, ты нужнее здесь со своими талантами и спецсредствами. И ты – фигура слишком широко известная … в наших узких кругах.
Дмитрий ушёл.
Георгий остаток вечера провел за ноутбуком, смотрел материалы с компьютера Моравского.
Перед сном Георгий одиннадцать раз отжался от пола, одиннадцатый раз – с трудом. По нормам ГТО для его возраста – на одно отжимание
_______________________
[1] …с латинской буквой "z". – Автор обращает внимание, что к тому значению буквы "z", которое появилось в России в 2022 году, название кафе отношения не имеет. Кафе "Беzухов" открыто задолго до тех событий. Когда в 2009 году на выходе из этого заведения расстреляли из автомата Калашникова местного армянского криминального авторитета Захара Григоряна, то название "Беzухов" уже было.
1. Марихуана
Глава первая
Марихуана
Бухого ангела поймали на крючок!
Бухого ангела поймали на крючок!
Бухого ангела поймали и нашли кусочек шмали,
Арестовали, и сказали, что торчок.
(Умка)
17 ноября 2015, четверг, Нижний Новгород.
Моравский решил поехать на радиорынок "Герц" на такси. Прямая маршрутка от его дома к рынку была, но добираться около часа, да еще и пешком идти. Мобильными таксистскими приложениями для смартфонов Артемий не пользовался, вызвал такси по телефону. И, конечно, был услышан наблюдающими за ним людьми.
Георгий и Дмитрий также решили ехать на рынок: посмотреть поближе на Моравского перед завтрашним с ним разговором. На рынке народу много, удобно наблюдать.
Радиорынок "Герц" горожане называли так, вообще-то, по привычке: официальное название у него поменялось уж лет пятнадцать назад. Да и радиорынком как таковым он быть перестал. Давно миновали времена, когда основную часть торговцев составляли народные умельцы, продававшие самодельные компьютеры ZX-Spectrum, а потом и другие, посовременней; торговцы радиодеталями, компакт-дисками с ломаными ("леченными") компьютерными программами и музыкой. Радиорынок стал просто группой магазинов, продающих фабричную электронику, телефоны, бытовую технику, стройматериалы, автозапчасти и прочее. Прирос к нему и участок, где продавалась одежда, и продуктовые торговые ряды.
Моравский ехал туда, чтобы купить анаши. Она же – марихуана, она же – дурь, она же – план, она же – ганджа, она же – шмаль, она же – каннабис…
Точка продажи была традиционная. Сейчас коноплю стали продавать как и сильные наркотики, через "закладки" в укромных местах с оплатой по интернету, без контакта покупателя и продавца. Но Артемий предпочитал старую десятилетнюю проверенную точку в продуктовом павильоне, в секции специй, где продавец знал в лицо большинство покупателей и не
Моравский не очень боялся: "точка", разумеется, была "крышуема" стражами порядка, покупателей не трогали. Хотя напрягало, что продавец отпускал товар только помногу – не "корабликами" (спичечными коробками), а "стаканами" (это на самом деле поменьше стандартного 200-граммового "чайного" стакана). "Стакан" каннабиса подпадал под определение "значительное количество растений, содержащих наркотические вещества" – от 6 до 100 граммов. За приобретение и хранение без цели сбыта – от штрафа в размере 40 тысяч рублей (обычно присуждают, если впервые попался) до трех лет лишения свободы.
Артемий всё сделал как всегда: сказал опознавательные слова, передал продавцу деньги, получил картонную коробку "чая черного байхового". Только внутри – не чай, а полиэтиленовый пакет с "травой царя Соломона". Кинул пачку в рюкзачок, пошел прочь.
Дмитрий, наблюдавший вместе с Георгием за Моравским, всё понял сразу, тихонько рассказал начальнику.
– Ну, что, берем его под маркой фээсбэшников? В минивэн – и сразу в работу сердешного.
– Квэд.
Дмитрий дал команды членам группы по Телеграму.
Но их опередили: к Моравскому, вышедшему на большую парковочную площадку, за которой была нужная ему автобусная остановка, подошел полицейский…
Дмитрий взял на себя роль человека, принимающего решения, Георгий не возражал: по "силовым" вопросам специалистом был Дмитрий.
– Дело не бросаем! Мент один, молодой сержантик. Берём обоих.
Полицейский отвел Артемия к краю полупустой, в связи с будним днем, парковочной площадки. Члены группы видели, как Моравский слушает, что сержант говорит, и кратко ему что-то отвечает, внимательно оглядываясь вокруг. Полицейский протянул руку к рюкзаку, Моравский на пару шагов отступил назад, отрицательно покрутил головой.
Синий микроавтобус, сделав крутой вираж, подкатил к сержанту и Артемию, заслонив их от обзора со стороны. Из микроавтобуса выскочил Дмитрий и еще трое.
– ФСБ! – Дмитрий сунул к лицу сержанта удостоверение. – Оба в автобус!
В микроавтобусе были не кресла, а мягкие скамьи со спинками вдоль бортов, чтобы больше людей могло уместиться. Артемий подумал, что такие машины используются в качестве катафалков.
Моравского и сержанта посадили рядом. На руках сержанта защелкнули наручники, Моравскому руки оставили свободными.
Сержант испуганно представился и начал говорить о том, что он проводит операцию по изъятию наркотиков.
– У него в рюкзаке анаша в картонке из-под чая…
– Врёт про операцию, – крикнул Артемий. – Он просто деньги хотел с меня получить, лично для себя. Он один.
Дмитрий, сказал странные слова:
– Глаза, рот.
Один из мужчин быстро залепил скотчем рот полицейскому, потом глаза. Спросил Дмитрия:
– Ему?
– Не надо, это же наш друг. Обыщи сержанта.
Мужчина обыскал, забрал бумажник, служебное удостоверение, телефон.