Гаджет

Лукьяненко Сергей Васильевич

Иван Перелетный ждал.

С тяжелым вздохом барон Трэш поднес руку к животу и сделал себе харакири ультразвуковой пилой. Кровавые ошметки внутренностей вывалились наружу.

– Никто не устоит перед Новой Демократией, – ничуть не удивившись, сказал Иван и подошел к барону. Губы Трэша шевелились – он что-то шептал. – Чего-чего? – переспросил Иван и нагнулся.

– Нет! – Выскочивший из-за угла герцог Джон Смит оттолкнул Ивана в сторону. И вовремя – умирающий барон извернулся и укусил герцога за ногу.

Сраженный герцог, упал как подкошенный. Пнув для

верности мертвого барона, Иван присел над умирающим Джоном Смитом.

– Его зубы были отравлены… ядом… – прошептал герцог. – Неблагородно…

– Эх, ваше сиятельство… – горько сказал Иван. – Ну что ж вы, аристократы, будто дети малые – чуть что, сразу помирать!

– Зови меня просто… Джон Смит… – прошептал герцог, испуская дух.

***

Жарким марсианским днем, когда яркое солнышко повисло в зените, все население города-музея провожало в последний путь герцога Джона Смита.

Даже вставшая на путь перевоспитания девочка-самурай Миосика проронила первую в своей жизни слезу.

– Теперь вы нас покинете, гражданин комендант? – осторожно спросил профессор.

Но Иван Перелетный покачал головой:

– Ну что вы, профессор, как можно? Музейное дело – основа основ Новой Демократии. Я к вам всерьез и надолго. А вот что я спрошу, профессор… неужели никого не заинтересовала моя странная фамилия?

– Я думал… да, очень заинтересовала… – признался профессор.

Иван Перелетный покачал головой:

– А с фамилией моей связана таинственная и загадочная история… Но не настаивайте, еще не пришло время поведать ее миру.

И он бесхитростно улыбнулся, как и подобает настоящему герою, предчувствующему впереди еще много удивительных приключений.

ЕСЛИ ВЫ СВЯЖЕТЕСЬ ПРЯМО СЕЙЧАС…

Этот рассказ комментировать я не стану по той же причине, по которой на обложке детектива не пишут зазывную надпись: «Убийца – садовник!»

Если вы хоть иногда включаете телевизор – вы все прекрасно поймете.

Корабль будто и не летел – плыл в океане космоса. Почти километровый в диаметре шар медленно вращался, и по поверхности его бегали цветные узоры. Два полотнища радужного света стлались за ним, и по всей Земле люди поднимали головы, глядя в небо – с тревогой, подозрением, а то и с откровенным страхом. И все-таки большинство просто любовалось невиданным зрелищем. Слишком красива была эта чужая радуга, плавно скользящая по земной орбите, всем своим великолепием она отметала дурные мысли, обещала что-то радостное и небывалое. Наверное, со времен первого спутника люди не смотрели в небо так часто…

А на закрытом заседании Совета Безопасности ООН представители великих (и не очень) держав смотрели на экран. Зрелище было, быть может, не столь впечатляющее, но зато куда более познавательное. Впервые инопланетная раса вошла в контакт с человечеством.

– Нет, мы не будем высаживаться, – говорил с экрана пушистый комок оранжевого меха с крохотными бусинками глаз. – Нет, нет, нет. Спасибо за гостеприимство. Мы очень спешим. Мы благодарим за приглашение. Мы рады общению с вами. Но нам еще предстоит долгий-долгий путь.

Перевод

обеспечивали Чужие. И на русский, и на английский, и на китайский, и на французский, и на испанский языки. Перед представителями других рас они вежливо извинились и посетовали на недостаток времени и способностей.

– Но мы хотели бы еще очень многое узнать, – сказал особый представитель ООН, гражданин Мадагаскара, выбранный после двухдневной подковерной борьбы представителем со стороны человечества. Мадагаскару повезло именно по причине его обычности – представитель Китая настаивал на кандидате от самой многочисленной нации, представитель США – на кандидате от самой развитой и демократической страны мира, представитель России – на кандидате от самой большой по площади страны. На самом деле личность господина Особого Представителя не играла никакой роли – он лишь озвучивал текст, появляющийся перед ним на маленьком неприметном экране. Где-то в недрах здания ООН этот текст торопливо вырабатывали никому не ведомые референты, психологи, политологи и сотрудники спецслужб.

– Мы ответим, – любезно сказал Чужой. – Спрашивайте, мы ответим.

– Много ли цивилизаций разумных существ известно вам? – косясь в экран, спросил мадагаскарец.

– Восемьдесят три с половиной, – любезно ответил Чужой. – Включая дельфинов. А если засчитают человечество – то восемьдесят четыре с половиной.

С одним из психологов случилась легкая истерика, его увели. Возникла небольшая заминка, но вот появился текст нового вопроса, и Особый Представитель человечества проникновенно произнес:

– На чем основываются отношения между различными цивилизациями космоса?

– На дружбе, сотрудничестве и взаимовыгодной торговле, – немедленно сообщил Чужой. – Иногда возникают вооруженные конфликты, но это позорно и недостойно разумных существ. Мы – убежденные пацифисты.

Представитель США удовлетворенно кивнул. Впрочем, от сердца отлегло у всех.

– Каким образом мы можем вступить в контакт с другими цивилизациями? – поинтересовался гражданин Мадагаскара.

– Развивайте науку и технологии, добросовестно трудитесь, живите в мире, летайте к другим звездам, – дал ценный совет Чужой.

Снова возникла маленькая пауза, потом был озвучен новый вопрос:

– Земная цивилизация имеет ряд нерешенных проблем, можем ли мы рассчитывать на какую-либо форму помощи со стороны вашей, более развитой, цивилизации?

В последнюю секунду слова “более развитой” изменились на “дружественной”, но Особый Представитель человечества уже прочел первоначальный текст.

– Сложный вопрос, – опечалился чужой. – Давно уже было замечено, что полученная безвозмездно помощь не идет впрок. Цивилизация начинает отставать в развитии, надеяться на инвестиции, кредиты, гуманитарную помощь… Сложный, сложный вопрос. Мы думаем, что могли бы вступить с вами в товарные отношения и продать некоторые любопытные приспособления. В качестве платы мы согласны принять некоторые тяжелые металлы и произведения кустарного искусства. Но торопитесь – наше время очень ограничено.