Галили
Шрифт:
— Глупая ты старуха, — ответил на это Эрик. — Но я все равно тебя люблю.
И он чмокнул жену в щеку на виду у всех этих незнакомых людей, что, конечно, было вопиющим нарушением правил хорошего тона.
Наконец настал день свадьбы, и выдался он на славу. Ярко светило солнце, но жарко не было. Дул несильный свежий ветер. Воздух все еще был пропитан ароматами лета, но в нем уже ощущалась терпкость, свидетельствующая о приближении осени.
Впрочем, невеста затмила красоту этого дивного дня. Утром Рэйчел волновалась чуть ли не до тошноты, но стоило
— Я тебе врать не буду, — торжественно изрекла Лоретта. — Думаю, ты узнала меня достаточно хорошо, чтобы понять — я всегда говорю правду.
— Да.
— Значит, можешь мне поверить — сегодня все пройдет замечательно, а ты... ты выглядишь на миллион долларов. — Она рассмеялась и поцеловала Рэйчел в щеку. — Я тебе завидую. Правда. У тебя вся жизнь впереди. Знаю, то, что я сейчас говорю ужасно банально. Но когда ты сама состаришься, то поймешь, насколько это справедливо. У нас одна жизнь. Один шанс побыть собой. Познать радость. Познать любовь. А потом все кончается. — Лоретта пристально смотрела на Рэйчел, словно в том, что она говорила, был некий скрытый смысл, который нельзя выразить словами. — Ну, пора в церковь, — заключила она и улыбнулась. — Множество людей жаждет увидеть, как ты хороша сегодня.
Как и обещала Лоретта, все прошло замечательно. Венчание состоялось в маленькой церкви в Калебс-Крик, двери которой были настежь распахнуты, так что все, кому не хватило места внутри, могли полюбоваться короткой, но проникновенной церемонией. После ее завершения гостей ожидал свадебный прием, равного которому Калебс-Крик не знал со дня своего основания. Процессия, возглавляемая идущими рука об руку женихом и невестой, направилась по Главной улице, согласно местной традиции усыпанной цветочными лепестками, дабы «усладить путь молодых». По обеим сторонам улицы толпились зеваки, встречавшие шествие ликующими криками и улыбками. Обстановка в городе царила на редкость радостная и непринужденная. В довершение всего девочка лет четырех, выдернув свою ладошку из материнской руки, подбежала к жениху и невесте, чтобы получше рассмотреть их. Митчелл подхватил малышку на руки и пронес ее несколько метров, к великому удовольствию как зрителей, так и самой девочки, разразившейся слезами, когда Митчелл передал ее матери.
Стоит ли говорить, что вся армия присутствовавших на свадьбе фотографов поспешила запечатлеть этот трогательный момент, редакторы, просматривая снимки, неизменно отбирали именно эти, а репортеры не упустили случая подчеркнуть символичность произошедшего. Никому не известная девочка из толпы оказалась в сильных, надежных руках Митчелла Гири — тут явно просматривалась параллель с судьбой Рэйчел.
Глава VII
1
Волнения, связанные с приготовлениями и сборами, и торжественность
— Все удалось на славу, Лоретта, — сказала Дебора, когда две женщины случайно оказались рядом за столом.
— Спасибо, — кивнула Лоретта. — Честно говоря, хлопот было не так уж много.
— Более удачной свадьбы и придумать нельзя, — продолжала Дебора. — Жаль только, Джорджа нет с нами.
— Как ты думаешь, она бы ему понравилась?
— Рэйчел? Да, очень. Я уверена, он бы ее полюбил, — без колебаний ответила Дебора.
— Конечно, она девушка без претензий, — заметила Лоретта. Даже сейчас, разговаривая с Деборой, она не сводила глаз с Рэйчел: та, не выпуская руки своего молодого мужа, хохотала над шуткой одного из приятелей Митчелла по Гарварду. — Самая что ни на есть заурядная.
— А мне она вовсе не кажется заурядной, — возразила Дебора. — По-моему, у нее сильный характер.
— Если так, тем лучше для нее. Сильный характер ей еще пригодится, — изрекла Лоретта.
— Митчелл ее обожает.
— В этом нет ничего странного. По крайней мере, сейчас.
— Как ты считаешь, Лоретта, нам не следует... — при этом губы Деборы превратились в тонкую нить.
— Сказать ей правду? Если не хочешь, не говори.
— Мы получили от жизни свою долю счастья, — вздохнула Дебора. — Теперь их черед.
И она поднялась, намереваясь выйти из-за стола.
— Погоди, — Лоретта легонько схватила Дебору за руку. — Я не хочу, чтобы мы с тобой спорили.
— Я никогда не спорю.
— Да. Но ты уходишь, а это даже хуже. По-моему, нам пора стать друзьями, тебе так не кажется? То есть... кое-что нам с тобой следует предусмотреть и подготовить.
Дебора высвободила руку из пальцев Лоретты.
— Не понимаю, о чем ты, — проронила она, и тон ее недвусмысленно свидетельствовал о том, что она не желает продолжать разговор.
Лоретта сочла за благо сменить тему.
— И все же присядь на минутку. Я рассказывала тебе о своем астрологе?
— Нет, — покачала головой Дебора. — Правда, Гаррисон упоминал о том, что ты нашла какого-то астролога и он тебе очень нравится.
— Нравится — не то слово. Он изумительный. Зовут его Мартин Изерман, и живет он на Бруклинских холмах.
— А Кадм знает, что ты общаешься с подобными людьми? По-моему, он их не слишком жалует.
— Тебе стоит самой сходить к Изерману, Дебора.
— Зачем?
— Когда строишь далеко идущие планы, совет такого человека может очень пригодиться.
— Но я давно уже не строю далеко идущих планов. Жизнь все равно расставляет все по своим местам.
— Он может помочь тебе подготовиться к грядущим переменам.
— Сомневаюсь.
— Поверь мне.
— По-твоему, он мог предсказать то, что случилось с Джорджем? — с горечью произнесла Дебора.
В воздухе на секунду повисло молчание, а после Лоретта уверенно ответила: