Галлоуэй, мой брат

Ламур Луис

— Вот человек, на которого стоит поглядеть, — пробормотал Галлоуэй. — Он явился на пикник в Джорджии с пуговицей от мундира армии Шермана [5] .

Он рывком открыл двери, переступил порог и пошел к бару. Проходя через комнату, заметил четырех человек, сидящих за одним столом, — видно, это и были наездники с ранчо «Тройка клевером».

В углу, недалеко от бара, сидел еще один человек. Он был одет в охотничью блузу из оленьей кожи, украшенную бахромой, под блузой виднелась синяя рубашка, новая или, по крайней мере, свежая. На голове у

него была черная шляпа с низкой тульей, лицо было чисто выбрито, рыжеватые усы тщательно подстрижены и нафабрены.

5

Намек на вражду между северными и южными штатами; Джорджия — южный штат.

Человек в кожаной блузе носил два револьвера — один рукояткой вперед, второй — рукояткой назад; хитрый трюк, так можно выхватить револьвер любой рукой, а можно — оба сразу. На столе перед ним была бутылка вина, стакан и колода карт.

Кроме неряшливого бармена за стойкой, в комнате находились еще двое — человек в грязной белой рубашке, рукава которой были подхвачены резинками, и лохматый старик в засаленной одежде из оленьей кожи.

Галлоуэй Сакетт, который умел оценить ситуацию не хуже любого другого, заказал стаканчик ржаного виски и примостился в торце стойки, чтобы видеть все, что случится… если что-нибудь случится.

Четверо наездников с ранчо «Тройка клевером» были, кажется, чем-то смущены и озабочены, в то время как одинокий посетитель в охотничьей блузе преспокойно попивал вино, тасовал карты и раскладывал пасьянс, как будто окружающее его не касалось.

Наконец один из наездников с «Тройки клевером» прочистил горло и заметил:

— Ну и клеймо же у вас, мистер…

Не отрывая глаз от карт, тот отозвался:

— Вы ко мне обращаетесь, я полагаю?.. Да, это клеймо мне очень по вкусу.

— Он поднял глаза и весело улыбнулся. — Полностью перекрывает ваше тавро, верно?

Галлоуэй просто остолбенел, но четверо ковбоев только поежились беспокойно, а затем тот же человек сказал:

— Хозяин хочет потолковать с вами.

— О-о, теперь он уже хочет говорить со мной? Ну, так скажи ему, пусть подъезжает сюда… если у него еще какие-то лошади остались.

— Я хотел сказать… у него есть предложение к вам. В конце концов, это не он…

— Ну, конечно, это не он был! Кто же сможет ожидать, что он, сосчитает всех коров до последней на своих пастбищах? Скажи своему хозяину, пусть приезжает прямо в город. Скажи ему, что я буду его ждать. Скажи ему, что я давно мечтал о встрече с ним. Скажи ему, что я очень хотел сказать ему «здравствуй и прощай».

— Послушайте, Шэдоу [6] , — запротестовал человек с «Тройки клевером», — у хозяина просто нет времени…

— Вот это ты в самую точку попал, Уилл. — У твоего хозяина нет времени. По сути дела, у него совсем не осталось времени. — Человек, которого назвали Шэдоу, положил карту, потом поднял глаза. — Передай Пастену, что если он выпустит свою ремуду [7] на волю, уволит своих работников и уберется со своих пастбищ с тем барахлишком, какое сумеет увезти на седле, то может спокойно уезжать.

6

От

англ. shadow — тень.

7

Ремуда (от исп. remuda — замена) — табун сменных лошадей для ковбоев (в течение дня работы со стадом ковбою приходится несколько раз менять лошадь).

Помолчал и добавил:

— А иначе я его убью.

Никто не сказал ни слова. Галлоуэй Сакетт неторопливо отхлебнул виски и ждал, что будет дальше, — как все вокруг.

Наконец Уилл проговорил:

— Господи, дайте же ему шанс… Вы же знаете, он этого сделать не может.

— Пастен ограбил массу людей, чтобы собрать свои стада. Частично это был мой скот, частично он принадлежал моим друзьям. Некоторых из них уже нет в живых, и они не могут забрать то, что он им задолжал, но я уж присмотрю, чтобы он не нажился на их добре. Ты ему скажи, что у него есть двадцать четыре часа… но не больше.

— Слушай, ты! — приподнялся с места один из ковбоев. — Тебе это с рук не сойдет! Ты…

— Двадцать четыре часа, джентльмены. Езжайте туда и передайте ему мои слова. — Его голова слегка повернулась. — А что касается вас, то я вам рекомендую либо сесть на место, либо вытащить револьвер. Решайте сами…

Он говорил спокойным тоном, будто вел светскую беседу, без всякого раздражения.

Медленно, осторожно ковбой опустился на место.

Галлоуэй Сакетт еще раз отхлебнул виски, а когда бармен оказался рядом, сказал ему:

— Мне нужен человек, который знает горы Сан-Хуан. Бармен пожал плечами, а потом кивком головы указал на Шэдоу.

— Вот он знает, только я сейчас не стал бы заводить разговоры об этом. У него другие дела на уме.

— А еще мне нужна лошадь — хорошая верховая лошадь, ну, и пара вьючных лошадей или мулов.

— Поговорите с ним. — А потом бармен добавил: — Те места хороши, когда нас там нету. Поговаривают о заварушках с ютами, да и хикариллы там пошаливают…

Четверо ковбоев, не сказав ни слова, поднялись из-за стола и осторожной походкой вышли за дверь. Галлоуэй Сакетт допил свой стаканчик, а потом подошел к столу человека в охотничьей блузе.

— Мистер Шэдоу? Я — Галлоуэй Сакетт.

— Это имя мне небезызвестно. Не желаете ли присесть? Что будете пить?

— Я закажу кофе и что-нибудь поесть, но что мне на самом деле нужно — это поговорить со знающим человеком. Бармен говорит, вы знаете горы Сан-Хуан.

— Знаю.

— С неделю назад я наскочил на шайку апачей-хикарилл, которые держали в плену моего брата. Они уже начали его обрабатывать. Я был один, но понадеялся, что если смогу устроить суматоху, то он как-нибудь освободится. Это мне удалось — и ему тоже.

— Он убежал?

— Определенно. И исчез начисто. Я его искал, индейцы тоже. Эти хикариллы не собирались его упустить, они кинулись в погоню. Он был совершенно голый со связанными руками, но он исчез.

— Тогда он мертв.

— Только не Флэган. Мы, Сакетты, так просто не умираем, а Флэган — человек крепкий. Среди бизоньих равнин он не уступит команчам и арапахам, он может одолеть любого человека или зверя. Он — крепкий человек.

— Эти горы, Сан-Хуан, и самого крепкого угробят. Красивее местности на свете не найти, вот только две трети ее стоят дыбом.