Гамбит
Шрифт:
Но я все равно пошел к стойлам, чтобы взять свежего молока, которое я всегда пил на завтрак. Выпив литр парного молока, я вернулся, переоделся и пошел в дом. Дворецкий уже ждал меня и объяснил все мои обязанности. Оказалось, что сегодня будут дегустировать не только вина де Геша, но и всех его конкурентов. В общем двадцать сортов вин, от игристых, до простых. Дегустаторов будет пятеро: де Гешь отец, де Гешь сын, месье Гийон, месье Коре, тоже один из крупных виноделов Шампани, и приглашенный месье де Голь, то есть мой шеф. Тот якобы должен набираться опыта и еще хочет сделать какое-то заявление. У каждого из дегустаторов будет свой собственный официант, и Гийон выбрал
— Привет Жан! — сказал он. — Я надеюсь ты не в обиде на меня из-за того что я оторвал тебя от твоих коров. Но у меня не было другого выхода, у каждого из местных снобов будет свой личный виночерпий, а мне они хотели предложить какого-то мальчишку который не сможет, отличит Шато от Бурбона. А это никак не годится друг мой! Сегодня я должен быть на высоте. А потом приглашаю тебя по-настоящему выпить в тот милый трактирчик в городе. Как ты на это смотришь?
— Положительно месье. — поклонился я.
— Вот и здорово! Ну я пойду, прогуляюсь, надо подышать свежим воздухом и нагулять аппетит перед обедом. Мои вкусовые рецепторы должны быть готовы ощутить весь букет. Увидимся за обедом.
И он ушел. Я попробовал порасспрашивать дворецкого о том, что происходит в доме, но тот молчал как рыба. Он работал здесь уже двадцать лет, и хранил тайны своих хозяев не хуже чем свои собственные. Тогда я решил прогуляться по дому, но и это мне не удалось. Дворецкий, кстати его звали де Вилон, начал натаскивать меня по винам и десять раз объяснил, где что лежит. Мы спустились в погреб, где хранилось вино, и почти два часа я заучивал наизусть как что называется, а потом еще час де Вилон гонял меня по этикету и порядку подачи блюд. Хотя я все это хорошо знал, но притворялся, чтобы расспросить его. Но результата так и не добился.
В двенадцать мне дали ливрею, и я начал помогать накрывать на стол. Обед был назначен на час дня, но гости прибыли раньше. Первым прибыл, второй после де Геша, крупнейший винодел Шампани вместе со своей женой. Это был уже не молодой, но еще и не старый маленький веселый мужик. Он смеялся надо всем и всеми, впрочем, беззлобно. Его жена годилась ему в лучшем случае в дочери. Весьма эффектная блондинка, надо сказать. Потом приехал и шеф с Жаком. Оба поздоровались с хозяевами и гостями, и все вместе прошли в столовую. Стол уже ломился от яств, а все слуги и я, в том числе, выстроились в парадных ливреях.
Я внимательно рассматривал гостей, но мое внимание больше привлекали Жак с шефом. Шеф был сама элегантность и шарм. Он просто излучал энергию. Над ним стоял мощнейший купол удачи и еще он повесил на себя благословение ужасающей силы. Определенно он рассчитывал сегодня на большую удачу. А вот Жак был чем-то взволнован. Хотя в его новом теле даже волнение выглядело красиво. Я подумал что парень, наверное, знает, что сегодня будет вершиться его судьба. Гости уселись, и вскоре к ним присоединились женщины де Гешь. Первой вошла Эсмиральда, потом светящаяся счастьем Анна. Очевидно она тоже была в курсе того что должно произойти, но в отличие от Жака не волновалась по этому поводу. Если судить, по словам Эльзы то она ждала подходящую партию уже давно. Последней вошла сама Эльза. Увидев меня в парадной ливрее, она сначала побледнела, а потом напротив, залилась краской. Но смогла собраться и уселась рядом с сестрой.
Дегустация началась. И хотя все здесь неплохо разбирались в винах, месье Гийон определенно давал в этом сто очков форы остальным. Ни де Геши, ни Коре, ни даже шеф не могли с ним поспорить. Хотя шеф, наверное, мог, просто
— Мадам и месье, я очень рад тому, что присутствую на этом празднике вкуса. Признаюсь что никогда не пил ничего подобного. Это наполняет меня сразу несколькими чувствами. Первая это зависть, теперь я понимаю, что мне вряд ли удастся произвести что-то подобное. Но зависть пробуждает во мне и здоровое чувство конкуренции, и я приложу все усилия, чтобы приблизиться к вашему совершенству в произведении вина. И попробовав сегодня эти напитки богов, я знаю к чему мне надо стремиться. Я поднимаю это бокал за вас господа!
И он осушил свой бокал одним глотком. За столом все одобрительно забубнили. Но шеф и не думал садиться. Выпив, он повернулся к де Гешу и обратился персонально к нему:
— Месье, сегодня к вам у меня есть еще одно дело, к моей великой радости. Я знаю, насколько вы чтите старые традиции и полностью одобряю ваш подход к ним. И именно поэтому сегодня я прибыл не только в качестве гостя, но и в качестве просителя. — у меня слегка закружилась голова. В это время на де Геша был направлен целый шторм колдовства. Он наверняка ничего не почувствовал как и все присутствующие, но у меня на это дело организм непременно реагирует легкой дурнотой. — У вас есть прекрасная дочь месье, а у меня есть сын. И за их недолгое знакомство между ними воспылал костер любви и страсти. Они полюбили друг друга и хотят пожениться. И от лица своего сына я прошу у вас руки вашей дочери.
За столом все сразу заохали и начали перешептываться. Де Гешь и его жена были в легком шоке от такой новости. Но на них шеф обрушивал целые потоки заклятий, так что выбора у них в принципе не было. Нельзя заставить одного человека полюбить другого, но повлиять на его мнение очень даже можно. Шеф бил по самой сути де Гешей, и они дрогнули. Не сразу конечно, сначала отец семейства обратился к дочери и спросил у нее согласия на брак, а получив его он сдался. В конце концов, партия с Жаком действительно была ему выгодна. Богатый и красивый, да еще и сосед. Просто идеально. Все сразу повеселели. Жак и Анна сидели довольные собой, хотя в глазах жениха чувствовалось какая-то растерянность. Он, очевидно, не мог поверить в свое счастье. Гийон сразу произнес тост за здоровье и любовь, и Жак с Анной даже поцеловались. Весьма целомудренно, но все же. Обед затягивался и скоро перешел в ужин. Де Гешь под конец подсел к шефу и долго с ним о чем-то беседовал. Очевидно о вине. А Гийон тем временем, выхлестав бутылку вина за несколько тысяч евро, сказал, что ему нездоровится, еще раз пожелав возлюбленным счастья, попросил меня отвести его в комнату.
По пути он протрезвел на глазах и сказал, что готов отвести меня в трактир. Я не видел причин отказаться и, переодевшись в нормальную одежду, присоединился к Полю, который уже ждал меня на улице рядом с машиной. Я сел за руль, так как Гийон сегодня уже выпил, и мы через пять минут подъехали к трактиру. Там нас уже встречали как завсегдатаев, причем весьма щедрых. Поль был богатым человеком, а я гулял здесь, разумеется, не на пастушье жалование. Мы заказали виски, кое-какой еды для меня, и начали обсуждать произошедшее сегодняшним вечером.